Противостояние. Спецслужбы, армия и власть накануне падения Российской империи, 1913–1917 гг. - Владимир Хутарев-Гарнишевский

6 июля 1916 г. император утвердил Положение об управлении областями Австро-Венгрии, занятыми по праву войны. Не дожидаясь официальных утверждений чинов генерал-губернаторства в должностях, Трепов начал формирование жандармско-полицейского аппарата. Приказом Верховного главнокомандующего № 895 от 3 июля 1916 г., то есть за три дня до утверждения Положения, вместо ликвидированного ВЖУ Галиции было сформировано Временное жандармское управление военного генерал-губернатора в областях Австро-Венгрии, занятых по праву войны^[710]. Штат управления был утвержден расширенный даже по сравнению с полноценными ГЖУ. Кроме начальника управления, адъютанта и секретаря в него входило 10 помощников начальника управления в чине подполковников или ротмистров, 10 вахмистров, 85 унтер-офицеров и 4 писаря^[711]. По численности оно было сопоставимо только с Московским или Петроградским жандармскими управлениями 1‐го разряда, значительно превосходя все второ-и третьеразрядные управления. К примеру, в МГЖУ было всего 7 помощников начальника, 6 вахмистров и 75 унтер-офицеров при 3 писарях, то есть численно оно было даже меньше галицийского.

Изначально содержание сотрудникам ВЖУ Австро-Венгрии было определено идентичным тому, которое было в ВЖУ Галиции. Однако уже 2 августа 1916 г. командир корпуса жандармов Татищев и начальник штаба генерал Никольский выступили с инициативой значительного увеличения жалованья, штатов и в целом финансирования управления, на что 13 августа было получено полное одобрение Ставки^[712]. Распоряжением М. В. Алексеева на секретные расходы ежемесячно начальнику ВЖУ Австро-Венгрии выделялось по 100 руб., а каждому его помощнику – по 50 руб.^[713] Наконец, в начале сентября в административном плане жандармерия Буковины была выделена из состава галицийской жандармерии и подчинена эвакуированному Келецкому ГЖУ^[714].

В 1916 г. жандармерия рука об руку работала с военными контрразведками в Галиции. В июне контрразведывательное отделение штаба Юго-Западного фронта направило в департамент полиции сводку об организации шпионажа против России на оккупированных территориях Австро-Венгрии. Основным противником было обозначено украинизаторское движение. По данным, германское командование направило к русским военнопленным около 80 школьных учителей из Галиции, которые вели агитацию среди малороссов за прекращение войны, революцию и создание независимого украинского государства. Распропагандированных военнопленных отпускали (позволяли «бежать») на родину в целях продолжения антиправительственной пропаганды^[715]. Именно этот контингент и оказался в фокусе внимания жандармских властей.

Жандармерия на занятых территориях Галиции и Буковины испытывала общие для прифронтовой полосы проблемы. Острый кадровый голод и нехватка финансирования не давали возможности организовать работу управления на должной высоте. Необходимость обрабатывать значительные объемы информации и выполнять дополнительные задания от военных властей приводили к переутомлению личного состава. Отсутствие четкого круга обязанностей ВЖУ Галиции распыляло усилия на многих направлениях зачастую в ущерб основному – политическому сыску. Не была прописана схема взаимодействия с военной контрразведкой, что негативно влияло на расследование дел о шпионаже. Жандармам приходилось работать в условиях шпиономанской истерии и развертывания юридически необоснованных репрессий, начинавших приобретать массовый характер.