Красный Франкенштейн. Секретные эксперименты Кремля - Олег Шишкин

Все те, кто присутствовал 19 апреля 1929 года на историческом заседании, где решалась дальнейшая судьба опытов по скрещиванию человека с обезьяной, чувствовали себя ответственными за грядущий успех. Решение этого научного форума было поистине впечатляющим: «Совещание присоединяется к постановлению Физико-математического отделения Академии наук СССР от 30.IX.25 относительно большого научного интереса, представляемого намеченными профессором И.И. Ивановым опытами по межвидовой гибридизации на антропоидах между отдельными видами обезьян, а также между обезьянами и человеком.

Имея вместе с тем в виду вынесенное по предварительному докладу профессора Иванова решение Комиссии Академии наук в составе профессоров Бялыницкого-Бируля и Руденок от 27.7.1927, а также то обстоятельство, что с июля — сентября месяца 1928 года и до настоящего времени Академия наук СССР не могла еще составить намеченную ею особую комиссию из специалистов для подробного рассмотрения полного отчета и дальнейших планов профессора Иванова (письмо АН № 4092 от 31.VII—1927 года), совещание признает необходимым: просить Коммунистическую академию взять на себя всестороннее рассмотрение выдвинутых профессором Ивановым предложений путем создания при Комакадемии специального комитета, который мог бы еще раз подвергнуть эти предложения детальному обсуждению и затем организовать постановку необходимых опытов»26.

Задачей секции естественных и точных наук Коммунистической академии стало субсидирование исследований, наиболее важных с точки зрения материализма. В 1928 году она выделила средства на генетические исследования, проводившиеся Серебровским и Левитом в Московском зоотехническом институте. Комакадемия помимо чисто научной выполняла еще и пропагандистскую роль. Ее поддержка столь смелого эксперимента, как гибридизация человека и обезьяны, была для Иванова оптимальным развитием грядущего научного чуда.

Механика будущего процесса необычной гибридизации была описана профессором в проекте постановления комиссии при научной секции Совнаркома. Здесь уже имелись пикантные подробности будущего опыта. И те, кто одобрял работу Ильи Иванова, подписывались и под этими не совсем человеческими идеями.

«1) Опыты межвидовой гибридизации на антропоидах, начатые профессором Ивановым в Западной Африке, должны быть продолжены профессором Ивановым в Сухумском питомнике обезьян как между отдельными видами обезьян, так и между обезьянами и человеком.

2) Опыты гибридизации путем искусственного осеменения женщин спермой антропоида могут, по мнению Комиссии, быть поставлены только при письменно выраженном со стороны женщин согласии подвергнуться искусственному осеменению спермой антропоида, взять на себя риск опыта и на время опыта подчиниться требуемому режиму изоляции.

3) Опыты должны быть обставлены всеми необходимыми предосторожностями и протекать в условиях строгой изоляции женщин, исключающей возможность естественного осеменения.

4) Опыты должны быть поставлены на возможно большем числе женщин и, во всяком случае, не менее как на 5.

5) Научное руководство опытами должно быть всецело возложено на профессора Иванова, в помощь и распоряжение которого необходимо предоставить врача. На врача-помощника должен быть возложен общий надзор и медицинское наблюдение, а также проведение под руководством профессора Иванова техники искусственного осеменения женщин.

6) На проведение вышеуказанных опытов необходимо выделить специальную сумму денег для оплаты расходов, связанных с содержанием опытных женщин, оплатой содействия врача — помощника профессора Иванова, поездок профессора Иванова из Москвы в Сухум и обратно»27. Для того чтобы развязать себе руки, профессор Иванов сделал и расплывчатую приписку к проекту: «…а также для оплаты других расходов, связанных с данной опытной работой»28.

Теперь перед профессором Ивановым официально открывались двери для проведения экспериментов на людях. Их одобряла Советская власть. Она подталкивала профессора к той самой сенсации, осуществление которой откроет дорогу к дальнейшим экспериментам на людях и их гибридах, а впоследствии, возможно, и путь к другой цивилизации. Цивилизации еще не известных нам существ. Ее облик любил обсуждать на своих лекциях и выступлениях автор популярной брошюры «Почему нельзя верить в бога» и доброжелатель Ильи Ивановича энциклопедист Анатолий Васильевич Луначарский.