Джейнсвилл. Как выживал маленький городок после закрытия завода General Motors - Эми Гольдштейн

Она вешает трубку. «Добро победит, – говорит она Дейву. – Это будет долгая ночь».

Здравый смысл подсказывает обеим сторонам перевыборной борьбы, что ночь подсчета голосов в Висконсине будет долгой. Возможно, будет пересчет. Опросы общественного мнения этой весной пророчили напряженную гонку. Несколько недель назад Уокер и Барретт шли с разрывом в один процентный пункт, впрочем, согласно последним опросам, губернатор, похоже, на несколько пунктов вырвался вперед. Поэтому обе стороны находятся в ожидании, когда самые активные демократы и республиканцы Джейнсвилла сходятся на своих местах сбора, чтобы наблюдать за результатами выборов.

Демократы, включая Дейва и Майка, собираются в ресторане Steve and Holly’s, в длинном узком переулке недалеко от Милуоки-стрит, перед телевизором, расположенным высоко над стойкой бара. Республиканцы сидят в Speak-easy Lounge and Restaurant, более элегантном месте с внутренним двориком, который прекрасен в такую весеннюю ночь, как эта.

Рестораны находятся в двух с половиной кварталах друг от друга, разделенные главным полицейским управлением Джейнсвилла и пресвитерианской церковью, которая стояла на этом месте еще до гражданской войны. Несмотря на то, что они находятся близко друг от друга, эти два собрания символизируют раскол, который возник в некогда объединенном Джейнсвилле после объявления General Motors о закрытии сборочного завода – четыре года и два дня назад перед этой ночью перевыборов.

В Steve and Holly’s прошло не больше часа с момента закрытия избирательных участков, когда Фред Йосс начал кричать на телевизор над головой. Фред работал сегодня сотрудником избирательного участка в другой церкви, которая является самым большим местом для голосования в Джейнсвилле. В данный момент он сидит на барном стуле, через несколько мест от Дейва и Майка. «NBC – как они могут делать такие скоропалительные заявления? – кричит Фред, встревоженный, что канал предсказывает победу Уокера. – Я собираюсь выступить с предположением, что они пока еще не понимают, о чем говорят».

Несколько минут спустя, за столом в патио Speak-easy, Джей Мильке выкуривает сигару. Джей – инженер городского телерадиовещания и коллега Дейва: председатель Республиканской партии округа Рок. До 9:30 вечера крупные телевизионные сети объявили, что в гонке победил Уокер. Вместо того, чтобы стать третьим губернатором США, отстраненным от должности при повторных выборах, Скотт Уокер только что стал первым губернатором США, когда-либо прошедшим повторное голосование.

Джей сияет, когда Мэри Уиллмер входит во внутренний дворик. Rock County 5.0 – она беспристрастна в работе по экономическому развитию, но общеизвестно, что сопредседатель Мэри, Дайана Хендрикс, выделила $510 000 на кампанию Уокера – крупнейшее пожертвование от одного человека. Мэри улыбается так же широко, как и Джей, когда «дает пять» ему и другим республиканцам, сидящим вокруг стола в патио.

Для Мэри, которая так старалась восстановить экономику города, эта решительная победа – никто не ожидал, что она произойдет так быстро – лучшая новость для Джейнсвилла. Джей видит это в том же свете. Предприятия, говорит он, начиная философствовать, боялись приезжать в Висконсин, когда над будущим губернатора, выступающим за бизнес, был занесен дамоклов меч.

Сегодня ночью меч убран, губернатор прочно обосновался на своем посту, Джейнсвилл – а на самом деле, весь Висконсин – готовится к резкому росту рабочих мест. Что за ночь!

В Steve and Holly’s настроение как на похоронах. Люди уходят рано. Дэйв стоит возле конца бара, руки в боки. «Какой облом, – тихо говорит он. – Я подавлен».

«Я просто поражен, – говорит Майк. А потом смотрит в телевизор. – Вот идиот».

Еще нет 10:30 вечера, и несколько других демократов, оставшихся в ресторане, обращают внимание, когда Уокер появляется на экране над стойкой, чтобы заявить о своей победе. На сцене Экспоцентра округа Уокешо, к западу от Милуоки, перед ликующей толпой губернатор, который останется губернатором, обнимает жену и двух сыновей и благодарит Бога за щедрую благодать. «Избирателям действительно нужны лидеры, которые встают и принимают сложное решение», – говорит Уокер. И затем плавно переходит к примирительному тону. «Завтра – день после выборов. Завтра мы уже не противники. Мы едины, как виcкoнcинцы, поэтому вместе сможем продвигать Висконсин вперед».

Дейв и Майк скептически относятся к продвижению Джейнсвилла вперед вместе с Уокером, который все еще находится на посту. По всему штату губернатор, возможно, победил, получив 53 % против 46 % Барретта. Но не в округе Рок. В Висконсине семьдесят два округа, Рок является одним из двенадцати, которые проголосовали против губернатора. «Теперь губернатор знает, что он нам не нравится», – говорит Майк Дэйву. Во время своей первоначальной кампании губернатор Уокер обещал создать 250 000 рабочих мест в Висконсине в течение первого срока; через полтора года после принятия присяги количество рабочих мест выросло менее чем на 30 000.

Майк рассуждает вслух. Если General Motors когда-нибудь задумается о возвращении в город, когда Джейнсвилл и округ проголосовали против, пошевелит ли Уокер хотя бы одним пальцем, чтобы помочь?

Дэйв спокоен. Он в одиночку идет в конец ресторана Steve and Holly’s, берет белую бумажную тарелку и хот-дог и немного поливает его кетчупом. Он открывает металлический котел и кухонными щипцами вытаскивает братвурст. Висконсинская еда. Та самая еда, которую Уокер подаст законодателям штата, как республиканцам, так и демократам, когда пригласит их в особняк губернатора в знак примирения.

Дейв возвращается к двум потрясенным ветеранам профсоюза в разбредающейся толпе. «Мы проиграли битву, – говорит Дэйв, пытаясь подбодрить обоих. – Мы не проиграли войну».

«Ты не можешь отрицать, что мы сожгли все мосты», – говорит Майк.

«Мы сожгли все мосты», – соглашается Дэйв.