Радиевые девушки. Скандальное дело работниц фабрик, получивших дозу радиации от новомодной светящейся краски  - Кейт Мур

Справедливости ради следует отметить, что Radium Dial, таким образом, не были вынуждены внедрять какие-либо изменения. Девушки не отказывались пользоваться кистями в знак протеста, и никто со стороны не требовал от компании изменить методику работы. Потому что, несмотря на проведенное Свеном Кьяером национальное исследование, в ходе которого покраска циферблатов радиевой краской была признана опасной, а также несмотря на подтверждавшие это другие опубликованные медицинские исследования, ни одна организация не вмешалась на государственном уровне, чтобы не допустить причинения вреда другим работникам за пределами Оранджа.

Тем не менее, хотя в Radium Dial и выдали работникам стеклянные палочки, чтобы положить конец смачиванию кистей губами, они оказались непригодными. Возможно, фирма, пребывая в панике, поспешила с их выпуском. С точки зрения девушек, это изобретение сложно было назвать успешным. Кэтрин Вольф называла их «несуразными» и «неудобными в использовании». А так как кисти у девушек никто не забирал, то красильщицы продолжили смачивать их губами, чтобы убирать с циферблатов излишки краски – которых оставалось предостаточно из-за неудобства новых инструментов.

Девушки признавались: «Поначалу за нами пристально наблюдали, чтобы мы не пытались снова браться за кисти», однако подобная бдительность оказалась недолгой. «Управляющий был не особо внимательным», – позже сказала другая девушка.

Изначально предполагалось наказывать за использование кистей вместо стеклянных палочек увольнением, однако это правило не прижилось. Одна девушка вспоминала, что она и еще шесть или семь других стали отставать в своей работе из-за неэффективности новых стеклянных инструментов, так что в один прекрасный день они снова вернулись к кистям. Застав их за этим, мистер Рид их уволил, однако «девушка тут же вернулась с извинениями, и ее восстановили – так же поступили позже и с остальными девушками».

Постепенно, всего через несколько месяцев, от стеклянных палочек и вовсе отказались. Кэтрин Фоль пояснила: «Мы могли выбирать: использовать стеклянные палочки или японские художественные кисти, в зависимости от того, что было более эффективным в использовании». Что ж, при таких критериях кисти оставались вне конкуренции.

Некоторые комментаторы позже критиковали девушек за то, что они вернулись к кистям. «Те, кто был жадным, – написал один из них, – старались делать все максимально быстро, а самым быстрым способом рисовать идеальные цифры было смачивание кистей ртом». Но девушки получали сдельную оплату, а не фиксированную, так что использование стеклянных палочек значительно сказывалось на их доходе.

Разумеется, такой выбор был выгодным с финансовой точки зрения не только самим девушкам: компания Radium Dial тоже оказалась в плюсе. И хотя руководство само поручило мистеру Риду изобретение стеклянной палочки, когда стало ясно, что она непригодна для использования, компания сделала послабление и позволила девушкам вернуться к практике смачивания кистей губами без каких-либо дальнейших вмешательств. В конце концов, с учетом рекордного количества выпущенных Westclox в 1926 году часов, это было не самое подходящее время, чтобы фирма настаивала на новой методике работы, тем более столь неэффективной.

«Компания предоставила нам самим решать, использовать стеклянные кисти или нет, – вспоминала Кэтрин Вольф. – Я предпочитала кисти из конского волоса, так как другие были неудобными. Я не думала, что была какая-то опасность в том, чтобы класть кисти в рот».

Таким образом, она, а также Инез и Элла Круз – еще одна из первоначально нанятых компанией девушек – продолжили смачивать губами и макать кисти на протяжении всего 1926 года. Кэтрин смачивала кисть после каждой раскрашенной ею цифры.

Ближе к концу этого года она отложила кисть в сторону, чтобы сказать особые прощальные слова своей подруге Инез, сидевшей рядом с ней: это был ее последний день на работе перед предстоящим грандиозным событием. В среду 20 октября 1926 года Инез Коркоран вышла замуж за Винсента Ллойда Валлата. Эта счастливая пара встала перед алтарем, чтобы дать свои торжественные клятвы – клятвы, которым они будут следовать в будущем: с каждой осуществленной мечтой, с каждым новым днем, с каждым приятным событием.

Их голоса отразились легким эхом от холодных стен церкви. «Пока смерть не разлучит нас…»

Глава 24

Орандж, Нью-Джерси

– 1927 год—

Грейс Фрайер, хромая, зашла в кабинет доктора Хамфриса, стараясь не плакать от боли. Хамфрис был шокирован произошедшими с Грейс изменениями: какое-то время она у него не наблюдалась. Ее к нему направил доктор Мартланд, сообщив, что «она была в тяжелом состоянии из-за своей спины».

Доктор Мартланд и доктор Хоффман оба пытались ей помочь, размышляла Грейс, когда Хамфрис повел ее прямиком в рентгеновский кабинет, чтобы сделать новые снимки. Хоффман, думала она, был особенно добр к ней. Увидев резкое ухудшение ее здоровья, он написал от ее имени президенту Роедеру, чтобы призвать его помочь Грейс «ради справедливости».

Хоффмана удивил ответ USRC: «Мистер Роедер больше не связан с этой корпорацией».

Конечно, фирме не нравилось, что она вынуждена заниматься урегулированием судебных исков. Неоднозначная история с отчетом Дринкера подмочила репутацию Роедера, и, возможно, именно поэтому было принято решение о смене его рода деятельности. Он вышел в отставку в июле 1926 года. Хотя Роедер и перестал быть публичным лицом компании, он все равно остался в совете директоров.

Несмотря на перемены в руководстве, позиция компании по отношению к заболевшим бывшим сотрудникам не изменилась ни на йоту. Новоиспеченный президент, Кларенс Б. Ли, немедленно ответил отказом на призыв Хоффмана о помощи. Когда Хоффман сообщил об этом в письме Грейс, он добавил: «Вы должны как можно скорее обратиться в суд».

Что ж, подумала Грейс, она пытается. Несмотря на проблемы со здоровьем, она не прекратила поиски адвоката и теперь ждала ответа от фирмы, с которой ее связал банк. Тем временем она пришла на прием к Хоффману, чтобы узнать, что у нее со спиной.