Немецкие диверсанты. Спецоперации на Восточном фронте. 1941-1942 - Георг фон Конрат

Нина вовсе не была глупой. Она просто посмотрела на меня и слабо улыбнулась:

– Григорий... Григорий? А по фамилии?

Маруся хихикнула.

– Кириллов.

Нина сразу же напряглась, и я заметил, как покраснело ее лицо. Затем она протянула руки и, заключив меня в свои объятия, поцеловала прямо в губы.

– Если бы ты не сказала, кто он, я бы ни за что не узнала сама. – Сделав шаг назад, она снова окинула меня взглядом с ног до головы. – Да ты теперь настоящий мужчина. А моего мужа ты знаешь?

– Калошу? Конечно, – ответил я.

Пока все шло хорошо. Сейчас я просто должен был играть свою роль, но я не представлял, как сделать так, чтобы остаться с Ниной наедине и разузнать, в каких отношениях она была с Кирилловым. Судя по тому, как она поцеловала меня, я уже успел понять, что это не случайно. Не скрывая восхищения, я смотрел на нее. Конечно, никто бы не мог смотреть на нее по-другому. Что-то могло произойти между нами, и я даже почти был готов к этому, но мне не хотелось вставать между ней и ее мужем. Совершенно не за этим пришли мы в Одессу.

Нина накрыла на стол и заварила чай. Я пил из своего стакана, предоставив возможность говорить женщинам, и отвечал на вопросы, только когда они спрашивали меня о чем-нибудь. Маруся воспринимала мое поведение вполне естественно, так как думала, что я стесняюсь, но у Нины, казалось, были на то иные причины, и мне необходимо было узнать, какие именно. Но для того чтобы разобраться во всем, мне требовалось избавиться от Маруси. Думая об этом, я отказался от второго стакана чаю, предложенного Ниной, сказав, что мне пора возвращаться в отряд.

Маруся сразу же спросила:

– Я ведь увижу тебя опять, не правда ли?

– Конечно, может, даже сегодня вечером, здесь. – Я посмотрел на Нину, и она кивнула. Затем я попрощался и удалился так, чтобы, будучи скрытым, иметь возможность наблюдать за проходящими вокруг дома. Пройдя метров сто, я спрятался в деревьях и стал наблюдать за домом, ожидая, когда Маруся уйдет.

Спустя пятнадцать минут я увидел, как она вышла и пошла в противоположную сторону. Как только она исчезла из вида, я вернулся в дом, на этот раз постучав в дверь. Нина сразу же откликнулась, и, войдя, я обнаружил ее на кухне.

Перед тем как уйти, я положил свою записную книжку на стул в прихожей, чтобы потом, используя это как предлог, вернуться.

– Извини меня, Нина, но я забыл свою записную книжку. Должно быть, она вывалилась, пока мы разговаривали.

Мы стали искать ее и почти сразу обнаружили на том месте, где я оставил ее.

– В любом случае, – добавил я, – в ней нет ничего важного.

Нина улыбнулась и принесла еще чаю.

– Послушай, а может, тебе налить водки? – спросила она.

Не имея времени, я поблагодарил ее и отказался. Мне нужно было все разузнать о Нине, перед тем как вернется майор и обнаружит меня здесь.

Я пил чай маленькими глотками, ожидая, когда Нина первая начнет беседу. Как я и надеялся, эта мудрая женщина первой заговорила о прошлом.

– А ты, Григорий, был настоящий маленький дьяволенок, – хихикнула она. – Помнишь, как ты водил меня на ржаное поле?

Я покрылся пятнами, догадываясь, что она имеет в виду. Это было более того, чего я ожидал. Нина улыбалась, глядя на меня, и я быстро спросил:

– А Калоша знает?

– Да что ты, конечно нет! – прошептала она. – Он такой ревнивый. Как здорово, что ты познакомился с Марусей! А то он мог обо всем догадаться.

Я согласно кивнул. Сегодня Марусю послал мне сам Бог.

Не успел я опомниться, как Нина сидела у меня на коленях.

– Григорий, все те годы, что я жила с Калошей, я помнила о тебе!

Обхватив руками мою шею, она начала покрывать поцелуями мое лицо. Естественно, мне это понравилось, но все становилось слишком сложно. Я стал крутить головой, пытаясь освободиться и отстранить ее от себя.

– Ах, Нина, – пробормотал я. – Как бы мне ни хотелось остаться, я должен идти. Но мы увидимся сегодня.

– Тогда до вечера, – сказала она, чмокнув меня в нос.

Я вышел из дома с затуманенной головой. Переполненный эмоциями, я ничего не соображал и полубегом-полушагом пробирался по саду. Лишь настойчивые напоминания самому себе, что я офицер Красной армии, отличали меня в тот момент от скачущего двухгодовалого ребенка. Я бросил несколько камушков через улицу и вошел в свою казарму. Сегодня! Боже, сегодня! Внезапно я осознал смысл этих слов. Да настоящие проблемы еще даже и не начинались. Как я мог соревноваться, да просто притворяться, очевидно, уже опытным в любовных делах Григорием? Георг, мальчик, если тебе когда-то и понадобится помощь, так это сейчас.

В казарме я обнаружил Вилли, только что возвратившегося после инспекций наших отрядов.

– Ну, Георг, не ты один здесь гений. Связной отряд нашел для себя целый дом. Они уже устроились и чувствуют себя как короли во дворце. Ты знаешь, все идет неплохо. По крайней мере, пока. Надеюсь, все так и останется. Ребята уже все заминировали, и, как они велели передать тебе, завтра в полночь их центр коммуникаций взлетит в воздух на такую высоту, что даже Сталин, сидя в Москве, увидит это зрелище. Если все сработает как надо, никто не догадается, как это произошло.

– Превосходно. Русским понадобится несколько дней, чтобы восстановить связь и вернуть сообщение. Но этого не будет достаточно. А что там с высоковольтной линией?

Завтра в назначенный час все будет ясно. Наш отряд связистов уже везде, где надо, провел работу. Пока у нас не было возможности пообщаться с другими ребятами, которые на задании, но благодаря машине, которую так любезно предоставил нам Калоша, мы можем постоянно поддерживать контакт.

Я кивнул, полностью удовлетворенный раскладом. Все же я был благодарен майору Калоше за его участие. Он очень облегчил нашу задачу.

Приближался вечер, и уже было пора снова идти к Нине, поэтому я пошел к себе, чтобы почистить форму и привести себя в порядок. Вода была ледяной, но другой не было. Я принял душ, а потом приводил себя в порядок целых десять минут перед зеркалом, причесываясь и стараясь как можно больше походить на Кириллова выражением лица. Затем я отправился в дом майора.

Нина уже открыла дверь и ждала меня на ступеньках крыльца. Маруся тоже была здесь.

– Привет, Григорий, – сказали они вместе. Нина взяла меня под левую руку, а Маруся сразу же подхватила справа. Вот это жизнь. Меня сопровождали сразу две красотки!

Войдя в просторную комнату, я увидел начальника порта, двух полковников, нескольких других офицеров и также нескольких женщин, которые, предположительно, были женами военных. Калоша схватил меня за руку, игнорируя обеих дам, идущих рядом, и представил меня всем, находившимся в доме. Я снова услышал историю о том, как он ставил мне в детстве подножки.