Немецкие диверсанты. Спецоперации на Восточном фронте. 1941-1942 - Георг фон Конрат

– Какое оружие вас интересует?

– Противотанковое, – ответил водитель.

– Следуйте указателям. По правой стороне.

Шофер снова завел машину, и мы поехали, совершенно никем не охраняемые. Внутри территория напоминала отдельный город. Боеприпасы находились в квадратных блоках, высотой примерно в тридцать, а шириной – в сто и более метров. Мы ехали среди складов, не задавая друг другу никаких вопросов, и, наконец, добрались до хранилища противотанкового оружия, где машину ждала группа солдат, чтобы разгрузить ее. Не подумав, я спустился и уже было направился исследовать местность. Но Вилли, незаметно для остальных, немедленно схватил меня за руку и буквально силой остановил. Я не понял, что заставило его вцепиться в меня. Лейтенант, руководивший разгрузкой, спросил у водителя:

– Кто эти два офицера?

– Политработники из гавани.

Лицо лейтенанта сделалось строгим. Никто не любил политрука. От его людей не приходилось ждать ничего, кроме каких-нибудь неприятностей. Прикинув ситуацию, мы тут же начали благодарить его за упорный труд и хорошую работу, за то, что его люди делают для Советского Союза. После наших похвал он немного расслабился и его отношение сменилось на почти дружелюбное. С гордостью показав нам склады с боеприпасами, он сказал:

– Хватит не только для того, чтобы расправиться с немцами здесь, но еще и вдогонку добавим, когда будем гнать оставшихся до Берлина.

Ты дурак, подумал я. Даже если бы нам не удалось подорвать вас сегодня ночью, то с тем оружием, что вы имеете в запасе, вы не сможете продержаться больше часа. Но вслух я восхитился, разыграв чистосердечность:

– Да русской армии раз плюнуть, и немцев ждет та же участь, что и Наполеона.

Грузовик разгрузили, и мы, сказав лейтенанту, что будем рады увидеться снова, влезли в машину.

Он ответил, что всегда готов служить отечеству, но мы знали, что в душе он предпочел бы убить нас, чем опять увидеть здесь. В пустом грузовике мы вернулись обратно в гавань.

Едва подкатив к баракам, водитель притормозил, и мы спрыгнули. Все это время я сгорал от нетерпения узнать, зачем Вилли потащил меня на склады, и, как только мы остались вдвоем, я остановил его и задал вопрос.

– Это будет не так просто, как кажется, – произнес он, читая мои мысли. – Наши маленькие бомбы могут действовать как укусы блох. Понимаешь, ни одна из бомб не имеет боеголовок. Поэтому, пока ты всю прошлую ночь гулял, – только не подумай, что я говорю это в укор, так как знаю, что ты должен был пойти, – я пронюхал ситуацию, взяв с собой пару ребят. Мы наблюдали, как происходит выгрузка боеприпасов, но тогда я все равно ничего не понял. Поэтому пришлось следить всю прошлую ночь. Вот для чего я взял тебя сегодня утром туда – чтобы ты убедился, как просто туда попасть. Мы-то думали, самым трудным будет пролезть на ту территорию, но на самом деле сложности совсем в другом. В общем, установить бомбу так, чтобы взорвать весь склад сразу, не получится. Это просто невозможно.

Разозлившись из-за последней фразы, я перебил его:

– Я не думал, что ты такой дурак. Нет ничего невозможного!

– Хорошо, – произнес он мягко. – Может, у тебя имеется предложение, как все устроить.

Глядя на него не моргая, я напряженно думал несколько минут и наконец смирился с правотой его слов.

– Прости, Вилли. Ты прав. У нас просто нет возможности делать там все, что необходимо, и при этом оставаться незамеченными.

Вилли произнес со счастливой улыбкой на лице:

– Не волнуйся, Георг. Я провел ночь не впустую. Рядом с большим кораблем с боеприпасами стоит другой, поменьше. Его кораблем назвать неприлично. Он размером с ночной горшок, но знаешь, что я увидел, когда его разгружали? Ты даже не поверишь! Сначала я подумал, что это соль, но весь груз, находившийся в бочонках, был так плотно и тщательно закупорен, что я понял: обычную соль бы так не перевозили.

– Вилли, хватит испытывать мое терпение. Говори, что же там оказалось, – охваченный любопытством, спросил я.

Он снова засмеялся и в упор поглядел на меня.

– Сырой нитроглицерин, белый как мука. Вспомни, нам показывали такой вид взрывчатки еще в Академии. Мы снабжали им Японию. Это нитроглицерин в сыром виде. Бывает еще какое-то вещество, я забыл, как оно называется.

Я быстро прокрутил в мыслях его слова.

– Ты имеешь в виду то вещество, которое находилось в мешках?

– Да.

– Но я не могу понять, каким образом это разрулит ситуацию?

Он опять посмотрел на меня, но теперь уже серьезно.

– Я лучше объясню тебе все по порядку, с самого начала. После того как мы обнаружили сырье, мы нашли самого тупого водителя, которого только можно было отыскать, – я имею в виду, действительно тупого. Это происходило где-то в половине пятого утра. Один из ребят открутил клапан, чтобы шина медленно сдувалась. Когда водитель доехал до темного места на пристани, один из наших остановил его и показал на колесо. На спущенной шине он уже ехал минут пять, но я же говорю, он слишком тупой, чтобы догадаться и посмотреть. Он бы скорее взлетел на воздух, чем слез и поменял колесо. Но все же ему пришлось вылезти и обойти машину сзади, чтобы снять запаску, а к тому времени мы, уже опередив его, убрали колесо. Тут он разразился такими ругательствами, что, думаю, его мама с папой у себя дома подпрыгнули. Ну, скажу я тебе, для меня это был бесценный опыт – мой словарный запас значительно пополнился.

Потом я подошел к нему и поинтересовался, какие проблемы. Он очень путано объяснил, что где-то потерял запасное колесо. Я посоветовал ему перегнать грузовик на обочину, ближе к зданиям, чтобы не блокировать дорогу и не мешать движению других машин, но на самом деле то, что грузовик оказался в темном месте, требовалось для нашего удобства. В любом случае все проезжающие грузовики ехали с включенными фарами, поэтому, отъехав немного в сторону, наш грузовик оказывался в кромешной тьме. Затем я сказал ему, что пара моих людей позаботится о том, чтобы найти запасное колесо, возможно, его даже и принесут к баракам, и посоветовал ему идти туда. Как только он скрылся за углом, мы с ребятами открыли цилиндр, насыпали в середину пороха, и у нас еще осталось время, чтобы начинить другой.

Конечно, когда водитель пришел в казарму и все рассказал, ребята накачали его водкой, сказав при этом, чтобы он не обращал на меня внимания, так как я еще со школы считаюсь идиотом. В общем, ему вручили запаску, и он вернулся к своей машине довольный и радостный. Я гарантирую, что даже со стетоскопом ты бы ни за что не расслышал тиканья часов, так хорошо мы поработали. Ты видел такое высокое строение на складе боеприпасов? Оно еще накрыто здоровенным зеленоватого цвета непромокаемым брезентом? Там они и хранятся.

– Я умираю от любопытства, что там находится?

– Понимаешь, на всем складе сейчас тикают наши часы, и когда наступит нужное время, то весь город расколется пополам.