История рыцарей Мальты. Тысяча лет завоеваний и потерь старейшего в мире религиозного ордена - Эрнл Брэдфорд

Теперь настало время вернуться к этому вопросу и обеспечить добрую волю папы. Момент для этого был удобный – орден находился на пике популярности. Проект строительства нового города, безусловно, дорогостоящий, однако он обеспечит остров новым домом, в котором орден будет защищен от вторжений врагов христианского мира. Ла Валетт, предвидя разногласия в ордене – все его члены были готовы немедленно покинуть Мальту, и даже самые ценные реликвии ордена и некоторое имущество уже были упакованы, – отправил гонцов к папе с просьбой о помощи. Папа Пий IV был практичным человеком, отлично понимающим, как важен орден на Мальте для защиты Сицилии и Италии, и решил отправить военного архитектора, который изучит проблему на месте и даст совет относительно строительства более постоянного обиталища для защитников внешнего бастиона христианского мира. Его выбор пал на Франческо Лапарелли, ученика и помощника Микеланджело и эксперта в области военной архитектуры, который уже выполнял некоторые задания Ватикана.

Лапарелли прибыл на остров в декабре и сразу начал его осмотр. Прежде всего он предложил незамедлительно провести работы по укреплению Биргу и Сенглеи. Ведь турки могли вернуться раньше, чем будет построен новый город. Место для города Лапарелли выбрал там же, где и его предшественники, – на вершине горы Скиберрас. С морской стороны его должен будет защищать новый и существенно укрепленный форт Святого Эльма. Он будет контролировать вход в Большую гавань и Марсамускетто, тем самым сведя роль Биргу и Сенглеи к второстепенной. Им предстояло защищать южный фланг Большой гавани. Лапарелли так быстро понял суть дела, что представил проект своих предложений ла Валетту и совету уже через три дня после своего прибытия. Он заявил – и это мнение разделял ла Валетт, – что весь остров Мальта, в сущности, крепость, и, принимая во внимание его превосходные гавани и наличие источника камня, будет преступной ошибкой уйти с него. Таким образом, оппозиция была преодолена, и 28 марта 1566 года великий магистр заложил первый камень нового города. Город должен был называться Валетта – в честь великого магистра, и, согласно традициям того времени, к нему присоединили описательное прилагательное Humilissima. Получилось название Civitas Humilissima Valettae – Самый скромный город Валетта. Впоследствии, когда великолепие его зданий и надменность рыцарей несколько изменили первоначальный имидж, который имел в виду ла Валетт, в Европе его стали называть Civitas Superbissima Valettae – Самый гордый город Валетта.

Стоимость проекта была заоблачной. Только из-за этого строительство не начинали раньше. Но теперь положение ордена изменилось. Он приобрел такую широкую известность по всей Европе и пользовался настолько широкой популярностью, что все, от папы до никому не известного католического аристократа, считали: спасители Европы и христианства должны получить деньги и помощь. У них должны быть средства, чтобы, если на остров снова нападут враги, они смогли бы повторить или даже превзойти свои подвиги 1565 года. Помимо крупной субсидии от папы, большие суммы были выделены ордену королями Франции и Португалии и Филиппом II Испанским. Последний хорошо понимал, что его предшественник Карл V поступил мудро, отдав рыцарям Мальту, и этот остров-крепость станет гарантом безопасности других его средиземноморских владений. Отдельные члены ордена с готовностью выделяли крупные суммы, чтобы ускорить работы, а командерии^[4] по всей Европе отдавали все, что имели. Можно сказать, город Валетта был возведен на внезапной волне энтузиазма, прокатившейся по всей Евpone. Люди вспомнили почти уже забытые идеалы Крестовых походов. Город также обязан своим появлением естественному для всего живого инстинкту самосохранения. Закрепление рыцарей на крошечном известняковом острове Средиземного моря – хорошее вложение против возможных вторжений турок.

Во всем этом немалую роль сыграла потрясающая народная слава, которую приобрела осада Мальты. Самому ла Валетту была предложена шапка кардинала, честь, от которой он мудро отказался, утверждая, что, как магистр ордена госпитальеров (безусловно имея в виду военную часть ордена), он должен нередко участвовать в акциях, в которых не пристало участвовать кардиналу. За несколько лет после осады появилось великое множество баллад и поэм, листовки с которыми продавались по всей Европе. В произведениях описывался малоизвестный до осады остров, ла Валетт и его противники – Мустафа и Пияле, а также отдельные сцены осады. В этот период беспокойной истории, когда народы выступали друг против друга, а турки прочно закрепились в Восточной Европе и медленно, но верно двигались в западном направлении, европейскому континенту отчаянно нужна была победа. Пусть орден понес очень большие потери, но он и много выиграл оттого, что осада произошла именно в это время. Выбрать более удачное было невозможно. К востоку от Мальты, на другом острове, жившем под сенью турецкой власти, которому было суждено однажды стать частью Османской империи, некий киприот сочинил песню, ставшую знаменитой на всем Средиземноморье. Ее пели всякий раз, когда люди хотели себе напомнить, что турки не всемогущи.