Яхромский мост: Крах «Тайфуна» - Василий Карасев

Немецкий плацдарм ликвидирован. Изменение планов противника. Взрыв Яхромского моста. Судьба железнодорожного моста южнее Яхромы. Версии события. Три генерала решают судьбу моста через канал у Дмитрова. Несостоявшийся контрудар 1-й Уд А. Армия передается в состав Западного фронта. Боевые действия группы Захарова на Рогачевском шоссе. Части 23-й пд немцев появляются в тылу группы. 2-я тд немцев отражает контратаки 16-й А и продвигается в сторону Красной Поляны. Начинаются бои в районе Крюково. Вступление в бой 2-й Московской сд МЗО. Начало формирования 20-й А. 64-я сбр занимает рубеж обороны.

Ночь с 28 на 29 ноября, части 1-й УдА провели перед немецким плацдармом. «Учтя трудностъ борьбы пехоты против вражеских танков без противотанковой артиллерии в дневное время, мы приняли решение отложить атаку до утра 29 ноября (в утренние часы видимость была слабой)»^[280]. Так объясняет решение прекратить атаки генерал Кузнецов. Аргументация не совсем убедительная. Ночью подобраться к танку с гранатой (а видимо это и имеется ввиду) проще, чем в сумерки. Это подтверждает рассказ из книги посвященной боевому пути 1-й УдА. Согласно этому свидетельству по приказу Кузнецова была успешно произведена ночная вылазка на окраину Перемилова, где группа в 46 добровольцев из 18-го олсб, используя темноту, подобралась к танкам врага и забросала их бутылками с горючей смесью и гранатами. Несколько танков удалось поджечь, а группа отошла, потеряв 17 бойцов ранеными ^[281].

Положение на правом фланге Западного фронта 29 ноября 1941 г.

Скорее всего, войска за день боя (а перед этим марша) просто устали: и физически, и морально и были приведены в расстройство. Поэтому наступление и было отложено.

«Повторная атака деревни Перемилово, назначенная на 6 часов утра 29 ноября, увенчалась успехом. Под покровом темноты части 29-й и 50-й стрелковой бригад под командованием командира 50-й бригады полковника Субботина, сблизившись с охранением противника на 150–200 метров, внезапно перешли в атаку и ворвались в деревню Перемилово. Враг, застигнутый врасплох, не оказал серьезного сопротивления и, потеряв несколько десятков солдат из 14-й мотодивизии и 20 танков 7-й танковой дивизии, в беспорядке отошел на западный берег канала. Преследуя его, подразделения 3-го батальона 29-й бригады захватили мост через канал. Однако огонь противника помешал наступавшим частям с ходу овладеть Яхромой»^[282].

Деревню Семешки отбили несколько ранее: «Политрукроты 1-го лыжного батальона Ф.С. Оборин в ночь на 29 ноября первым ворвался с ротой в деревню Семешки. Сняв посты противника, открыли огонь по всем избам. Полагая, что деревня окружена, гитлеровцы, не оказав упорного сопротивления, оставили Семешки» ^[283].

Все произошло в отличие от предыдущего дня как-то очень легко и тому есть простое объяснение. Еще накануне в 21.00 командир 7-й тд получил приказ 56-го ак: «плацдарм сдать еще сегодня, мост не взрывать, но на берегу с этой стороны заградить и подготовить к взрыву»^[284].

Прошло много лет и это решение обрело более художественную форму.

«Высшее военное руководство 29 ноября 1941 года потребовало отвести войска с занятого плацдарма, на который ожидалось мощное наступление сибирских элитных дивизий. По поводу этого приказа генерал барон фон Функ заметил:

– Когда вызвавший нас генерал сообщил, что у германской армии нет никаких резервов, чтобы развить крупный успех, достигнутый у Яхромы, и расширить добытый потом и кровью плацдарм, перед нами, словно в яркой вспышке молнии, предстали дальнейшее развитие компании и исход всей войны»^[285].

Здесь упомянуты пресловутые сибирские дивизии, хотя в этом бою участвовали только бригады и батальоны из европейской части страны. Элитными эти части назвать весьма трудно. Состояли они на 60–70 % из солдат старших возрастов, прошедших ускоренную военную подготовку и, как мы видели выше, недостаточно вооруженных. Следует отметить, что, как отмечалось ранее, противник в тот день имел достаточно точное представление о противостоящих ему силах. Что касается хода войны в целом, то момент осознания поворотного момента еще не настал, и вся эта проницательность приписана задним числом.

Решение о прекращении наступления на восток вызревало у немецкого командования уже в течение нескольких суток. Еще днем 28 ноября, получив известие о захвате плацдарма у Яхромы, фон Бок обдумывал предложение командующего 3-й танковой группой Г. Рейнгардта об этой операции. Из его дневника мы узнаем, что «эта идея занимает меня давно, так как ее реализация может вызвать обрушение всего северо-западного фронта под Москвой при условии, что мы одновременно будем поддерживать наступление северного крыла 4-й армии. Однако это наступление полностью пока не обеспечено»^[286]. Тогда же в ходе переговоров начальником Генерального штаба вермахта Гальдером он описал сложившуюся ситуацию и «сказал в частности, что, если нам не удастся обрушить северо-западный фронт противника под Москвой в течение нескольких дней, атаку придется отозвать, так как это приведет к бессмысленным встречным боям с противником, в распоряжении которого, судя по всему, имеются многочисленные резервы и большие запасы военных материалов, а мне здесь второй Верден не нужен»^[287].