Яхромский мост: Крах «Тайфуна» - Василий Карасев

Уместно задать вопрос, что заставило комбрига принять участие в атаке одной из высот, которые в изобилии встречались на пути бригады. Видимо, нельзя исключить того, что на действия В.А. Молева оказали влияние руководящие указания высоких чинов, присутствовавших на командном пункте бригады: командующего армией генерал-лейтенанта В.И. Кузнецова и заместителя командующего фронтом генерал-майора Г.Ф. Захарова. Несомненно, что они оказывали давление на командира, на свою беду оказавшегося рядом, даже одним фактом своего присутствия. И уж конечно они требовали от него активных действий по взятию Клина. Был ли этот нажим непосредственной причиной рокового поступка полковника В.А. Молева – ввиду отсутствия соответствующих документальных свидетельств утверждать нельзя.

О том, какие задачи ставились высокими начальниками именно в этот день можно судить по приказу, сохранившемуся среди документов 24-й кд. Вот какое указание получил в Бородино начальник ее штаба 24-й 13 декабря в 13.30.

«Генерал-майор Захаров зам. ком. войск Зап. фронта, в присутствии ген. лейт. Кузнецова приказал:

Передаю приказ Сталина – Клин сегодня должен быть взят.

24 кд совместно с 18 кд выйти из боя в р-не Пустые Меленки и следуя по лесам севернее Залесья, Акатьево сосредоточиться в р-не опушка леса 1 км ю.з. выс. 177.6 (высота расположена на опушке леса примерно в 2 км от южной окраины Клина – Прим. автора), после чего атакой взять Клин с ю. востока»^[916].

Приказ приходилось выполнять, несмотря на то, что конницу загоняли в места для кавалерии совсем не пригодные. Это показал весь дальнейший ход операции:

«Прокладывая путь по лесным проселкам и тропам, дивизия совершала марш по 0,5 клм в час, к 2.00 выйдя к Акатьево, где была обстреляна огнем автоматических пушек пр-ка с северной окраины.

Из-за отсутствия троп и просек [ведущих] к выс. 177.6 дивизия вышла к 5.00 в КЛИН КОБО… Дивизия, произведя кормление и отдых личного состава, в 12.00 выступила в направлении БОРОЗДА» ^[917].

Пока кавалерия плутала в лесах по глубокому снегу, истязая лошадей и людей, фронт стронулся с места и, придя утром 14 декабря в Клинково, кавалерийские дивизии оказались в очередной раз в тылу 29-й сбр соседней армии.

Вот как это произошло.

Немцы хоть и испытывали определенные трудности, но продолжали постепенно вытаскивать на запад свои тылы и готовились к отводу боевых частей из Клина. Утром 13 декабря немецкий 56-й ак издал приказ № 68, о занятии оборонительных позиций на Бол. Сестре на линии (иск.) Теряева Слобода – (иск.) Ошейкино. Это означало отступление. Промежуточным рубежом отхода для немецких соединений, оборонявшихся восточнее города, была назначена его восточная окраина. В связи с неблагополучным положением на южном фланге корпуса начало отступления было перенесено на 18.00.

Но на участке перед 29-й сбр и ее правым соседом 348-й сд оно началось даже раньше. Немцы воспользовались плохой погодой и тем, что в первой половине дня им удалось отбить атаки наших частей, которые перед тем как повторить наступление должны были приводить себя в порядок.

Вот как был организован и происходил отход 6-го сп X. фон Мантейфеля (фактически это была вся мотопехота 7-й тд).

Разбитая немецкая техника на дороге Клин – Высоковск.

«По приказу дивизии 37-й разведывательный батальон и 7-й мотоциклетный батальон под командованием гауптмана фон Люка занимают тыловой рубеж восточнее Напругово. Этой боевой группе также нужно подчинить одну стрелковую роту.

В 14.00 ч. 1-й б-н 7-го сп получает приказ полка отодвигаться из Напругово и достигать восточного края Клина в пешем строю, чтобы собираться там.

Следующим отрывается от врага 2-й б-н 7-го сп и около 15.00 ч. двигается через Напругово.

Командир полка находится с этого времени со связными-мотоциклистами в Напругово, в то время как остаток штаба полка посылается вперед при помощи транспортных средств на Клин.

Под защитой огня артиллерии и 11-й роты тяжелого оружия в 15.00 отрываются от врага также 1-й и 2-й б-ны 6-го сп, чему благоприятствует наступающая метель.

8-я рота 6-го сп будет подчинена боевой группе гауптмана фон Люка.

6-я и 7-я роты 6-го сп еще остаются до 18.00 в перелеске 1 км к северо-западу от Напругово как боевой резерв.

Подразделения достигают пешим маршем Лаврова, 2,5 км юго-западнее Клина, куда был выдвинут транспортный эшелон.

Оба подчиненные 1-му батальона 6-го сп зенитные подразделения выбывают из состава полка и будут подчинены боевой группе гауптмана фон Люка.

Стянутый в Лаврове автотранспорт не достаточен для перевозки всех войск, так что батальонами были сформированы группы, которые отправляются в дальнейший путь пешком.

Главная дорога Клин – Некрасино не может использоваться, так как к вечеру в 2 км западнее Першутино снова прорвались вражеские силы, поддержанные нескольким танкам, и блокируют дорогу. При этом разрушаются также снова транспортные средства полка, при этом также машина технического инспектора.

Полк сворачивает на юг и марширует по дороге Лаврово – Василево – Селино – Слодково – Бакланова.

Марш протекает исключительно трудно и идет долгое время в темпе пешехода. Эта дорога предназначена для нескольких дивизий, включающих подразделения пехоты. Следствие этого – большие заторы… До ночи с 13 на 14.12.41 весь полк стоит на пути отступления и лишь медленно продвигается вперед»^[918].

Так главные силы 7-й тд еще раз незаметно смогли уйти из-под удара соединений армии В.И. Кузнецова. Если бы наша бригада «продолжала наступать в западном направлении», как это сказано в сводке армии, то она смогла бы заметить отход врага и создать для него более значительные затруднения. Но, так или иначе, на следующее утро 29 сбр все же оказалась в предместьях Клина.