История Средневекового мира. От Константина до первых Крестовых походов - Сьюзен Уайс Бауэр

Протесты Льва ни к чему не привели. Император продолжал настаивать на авторитетности и независимости епископа Константинопольского, и на этом Халкидонский собор закончился. Восточная Римская империя сделала еще один шаг прочь от Рима.

Последствия собора эхом звучали по всей Восточной Римской империи еще много лет. В Египте возмущались тому, что епископа Александрийского поставили ниже епископа Константинопольского. Возмущение переросло в сильное подспудное течение, постепенно ставшее разрушительным, и когда Халкидонский собор признал верной теорию о двойственности и неделимости природы Христа, многие христиане, не согласные с ней, стали перебираться в Персию, где их принял персидский император Йездигерд II (сын Бахрама V, умершего в 438).^[45]

Несмотря на желание досадить Маркиану, приняв бежавших от него, Йездигерд II не сочувствовал христианам. К тому же незадолго до этих событий он ввел в стране свою единую религию. Вместо того, чтобы сделать это с помощью созыва собора, как Маркиан, Йездигерд просто объявил, что зороастризм будет главенствовать во всех частях империи, включая персидскую часть Армении, уже давно христианской. Об этом писал очевидец, армянский историк-христианин Егише. «Он утверждал, что мы, верующие во Христа, его противники и враги, – пишет Егише, – и повелел: „Все народы и языки, населяющие мои владения, отриньте ложные верования и восхваляйте солнце!“»⁴

Как и Маркиан, Йездигерд II руководствовался политическими и религиозными мотивациями. Он был предан своей вере, но его указ был продиктован скорее стремлением искоренить всяческие контакты с Восточной Римской империей, особенно в менее надежных регионах. Армяне усмотрели (и справедливо) в этом указе ограничение их свобод и религиозное преследование, они отказались предать христианскую веру. Йездигерд применил силу. В 451 году, в год Халкидонского собора, он пошел войной на Армению. Шестьдесят шесть тысяч армян собрались вокруг великого полководца Вардана Мамиконяна, готовые идти в бой, как мученики.

В последовавшей Аварайрской битве^[46] Вардан был убит, и обе стороны понесли большие потери. Егише пишет: «Осознание поражения настигло обе стороны, поскольку груды мертвых тел были так велики, что походили на крутые скалы».⁵ Персы победили маленькое армянское войско, Иездигерд II захватил в плен и пытал выживших военачальников, присоединил Армению к Персии и назначил стране нового правителя^[47]. В то же время он принял превентивные меры против других возможных беспорядков: в 454 году он выпустил ряд указов, запрещавших евреям Персии отмечать Шаббат и даже учить детей в еврейских школах.⁶

Оба императора действовали, исходя из убежденности в том, что единая вера укрепит их империи; что правоверность, утверждение единого вероисповедания и религиозного ритуала скрепит их земли. Но и в Персии, и в Восточной Римской империи недовольство народа лишь исчезло из поля зрения, продолжая незримо распространяться, как подземные воды.

СРАВНИТЕЛЬНАЯ ХРОНОЛОГИЯ К ГЛАВЕ 18

Глава девятнадцатая
Верховные короли

Между 451 и 470 годами в Ирландии господствует клан Уи Нейлов, Святой Патрик приносит на остров христианство, а Вортигерн приглашает в Британию англов и саксов

За галльскими полями битв, отделенные водой от растущего влияния вестготов в Испании, вдали от римского трона, на Британских островах рождались новые народы. Находящийся на западе остров Ирландия никогда не был оккупирован римскими солдатами и пересечен римскими дорогами, и его люди шли к осознанию себя нацией собственным извилистым путем.

Как и прочие народы, окружавшие Римскую империю, народ Ирландии состоял из племен и кланов, каждый из которых, руководимый военачальником и его родичами, обладал местными полномочиями. Но даже будучи незавоевана Римом, Ирландия находилась в зоне его влияния. В 451 году сильнейшим племенем Ирландии были фении, а наиболее влиятельным кланом в нем – Коннахты. Вождь рода Коннахт звался Ниалл Девять Заложников. Его мать была римлянкой: отец Ниалла, Эохайд, похитил римскую девушку во время набега на Британию, сделав её своей наложницей.¹

Ниалл, самый младший сын в семье, стал главой клана после смерти отца. Ирландские исторические хроники, большинство которых было создано в последующие столетия, превратили его подвиги в легенду, смешав их с достижениями других ирландских правителей, так что трудно понять, какие из деяний совершил сам Ниалл.

Британия и Ирландия

Одна из легенд указывает, что его путь к власти был кровавым. В «Приключении сыновей Эохайда Мугмедона» Эохайд посылает Ниалла и четверых его братьев (сыновей от законной жены, в отличие Ниалла) на испытание, исход которого определит, кто из них унаследует власть над племенем. В пути сыновей обуревает жажда, и они идут на поиски воды. Они находят колодец, но его сторожит ужасная ведьма:

«С головы до ног каждый сустав ее был чернее угля; словно хвост дикой лошади, росли седые растрепанные волосы у нее на темени. Зеленую ветвь дуба разгрызли бы ее зеленые зубы, что торчали во рту от уха до уха. Темные глаза были у нее, и изогнутый скрюченный нос. Разъеденной была у нее середина тела, покрытая волдырями, бедра кривые и вывернутые. Толстыми были ее лодыжки, огромными колени, а ногти были зеленого цвета».²