Великие Тюдоры. "Золотой век" - Борис Тененбаум

Король Эдуард VI, за контроль над которым бились насмерть его опекуны, почувствовал себя плохо в начале апреля 1552 года. Ему еще не было и 15 лет, так что, конечно, обзавестить потомством он не успел. Вопрос о наследовании престола встал во всей своей остроте, и заботил он очень многих, включая и самого мальчика-короля. Англия была расколота по религиозному принципу – и без надежды на примирение. Речь шла как-никак о спасении души – в XVI веке в Европе это было не пустое словосочетание. Верить следовало правильно, и при этом надеяться на то, что несогласные с формулировкой веры, предпочительной данному лицу, оставят это самое лицо в покое, было невозможно. С веротерпимостью дело обстояло плохо.

Католики преследовали протестантов всех мастей и оттенков как еретиков, но и протестанты считали своим долгом вводить единство веры в тех краях, где правление принадлежало им[20].

Эдуард Тюдор, несмотря на юный возраст, был умным и серьезным мальчиком. Согласно всем протестантским учениям, не папа, а король был Божьим Викарием, и от него зависело установление справедливости и истинной веры. Эдуарда VI воспитали протестантом, он глубоко ощущал свою ответственность перед Господом.

В чьи же руки передаст он наследие, данное ему Богом? Согласно завещанию Генриха VIII, следующей за Эдуардом в линии престолонаследия стояла его сестра Мария, дочь Катерины Арагонской.

А она была убежденной католичкой…

К концу апреля король вроде бы поправился, члены Тайного Совета вздохнули свободнее – но вопрос остался. И за советом в его решении король Эдуард VI обратился к Джону Дадли, герцогу Нортумберлендскому. Как это ни странно – он ему доверял. Свежеиспеченный герцог вел себя по отношению к королю самым предупредительным образом. Его приглашали на заседания Тайного Совета, он мог даже делать там определенные заявления – конечно, заранее согласованные и утвержденные лордом-президентом Совета, Джоном Дадли[21].

Эдуард VI в вопросы правления государством не входил, его интересовали только вопросы веры. Вот ими он интересовался, и ему самым искренним образом аплодировали два его главных советника: Томас Кранмер, архиепископ Кентерберийский, глава духовной ветви королевской власти, и Джон Дадли, герцог Нортумберлендский – глава, так сказать, той ветви власти, которая отвечала за дела земные.

Друг друга они не любили, но обоих радовало пристрастие их подопечного к религии. По разным мотивам, разумеется. Кранмер был по своим взглядам близок к кальвинизму и надеялся с помощью короля подвинуть английскую Церковь в этом направлении, а Дадли, вполне искренний протестант, в вопросы веры особо не вникал, но был рад тому, что в его сферу деятельности король не вмешивался. Так что вопрос о престолонаследии оказался, пожалуй, первым «земным» делом, которое король и Дадли обсудили в деталях. Надо было найти способ обойти официальную наследницу престола, принцессу Марию Тюдор.

И они измыслили провести в этом направлении некий маневр.