Через Гоби и Хинган - Юрий Завизион

танков – 502, самоходных установок – 120 (СУ-100–107, СУ-76–13), орудий и минометов – 360, батальонов мотопехоты – 25.

В состав 6-й гвардейской танковой армии входили: два механизированных корпуса и один танковый корпус, четыре отдельных танковых батальона (устаревших танков БТ), две мотострелковые дивизии, две самоходно-артиллерийские бригады, одна легкая артиллерийская бригада, два тяжелых артиллерийских полка резерва Верховного Главнокомандования, одна зенитно-артиллерийская дивизия, один отдельный гвардейский минометный полк, две инженерные бригады, один армейский мотоциклетный полк, армейский батальон особого назначения, вооруженный машинами «амфибия».

Схема 10. Построение боевого порядка 6-й гвардейской танковой армии для маневра по решению командующего

Всего в боевом составе армии было 826 танков, 193 самоходно-артиллерийские установки СУ-100, 188 бронетранспортеров и бронемашин, 945 полевых орудий и минометов, 43 установки реактивных минометов, 165 зенитных орудий, 6489 автомашин и 948 мотоциклов^[11].

Включение в состав 6-й гвардейской танковой армии двух мотострелковых дивизий, которые длительное время находились на Забайкальском направлении и были хорошо подготовлены в условиях горно-пустынной местности, существенно увеличивало самостоятельность армии при действиях ее на большой глубине и в отрыве от остальных сил фронта. Дивизии имели личного состава: 36-я мсд – 9574 человека, 57-я мсд – 10 382 человека. На вооружении дивизий поступили устаревшие танки Т-26.

Командование армии намеревалось использовать эти дивизии для закрепления захваченных на хребте Большой Хинган перевалов и удержания их до подхода главных сил фронта, в то время как главные силы армии должны были как можно быстрее выйти в центральные районы Маньчжурии. В случае же захвата противником перевалов и основных проходов через хребет Большой Хинган дивизии предполагалось использовать для прорыва обороны с целью сохранить силы танкового и механизированных корпусов для последующего удара в глубину.

Таким образом, 6-я гвардейская танковая армия значительно превосходила противника в силах и средствах на всю глубину операции. Это превосходство сохранялось даже в случае подвода японцами резервов из Кореи и Южной Маньчжурии.

Из статьи заслуженного деятеля науки РСФСР, доктора исторических наук, профессора, генерал-майора танковых войск И. Е. Крупченко

И. Е. Крупченко

«По сравнению с другими танковыми армиями того времени 6-я гвардейская танковая армия имела несколько необычный состав. Кроме двух механизированных и одного танкового корпуса, в нее на период операции были включены две мотострелковые дивизии (36-я и 57-я), две самоходно-артиллерийские бригады, приданные мехкорпусам, и четыре отдельных танковых батальона.

Следует особо подчеркнуть, что включение в 6-ю гвардейскую танковую армию двух мотострелковых дивизий, которые длительное время находились на Дальнем Востоке и были хорошо подготовлены для действий в условиях пустынной и горной местности, существенно увеличивало не только боевую самостоятельность армии, но и ее боевые возможности, особенно при действиях в оперативной глубине в отрыве от главных сил фронта. Своеобразие состава 6-й гвардейской танковой армии (44 батальона мотопехоты и 25 батальонов танков), которую по справедливости можно было бы назвать механизированной армией, придает особое значение опыту ее применения…»

Из работы американского военного историка полковника Дэвида Гланца «Августовский шторм. Советское стратегическое наступление в Маньчжурии»

«6-я гвардейская танковая армия существенно отличалась от других танковых армий по своей структуре и составу. Она была усилена дополнительными танковыми и мотострелковыми частями в силу характера предстоящих боевых операций. Эта армия состояла из двух мехкорпусов, одного танкового корпуса, двух мотострелковых дивизий, двух самоходно-артиллерийских бригад, двух бригад легкой артиллерии, мотоциклетного полка и других частей. Это изменение структуры армии позволило 6-й гвардейской танковой армии иметь 25 танковых и 44 мотострелковых батальона, 1019 танков и самоходных орудий. По своему составу армия с большим количеством мотострелковых батальонов больше напоминала механизированную армию образца 1946 года, чем типичную танковую армию образца 1945 года. Механизированная армия образца 1946 года по своей штатной структуре имела 28 танковых и 30 мотострелковых батальонов, а также около 1000 танков и самоходных орудий. Таким образом, смещение баланса танковых и мотострелковых сил в танковой армии, который Советы опробовали в Маньчжурии, сохранился и после войны в структуре механизированных армий…»

13 июля 1945 года Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский вызвал к себе генерала А. Г. Кравченко и предупредил, что в целях сохранения секретности предстоящей операции никаких письменных директив и распоряжений отдаваться не будет и что задачу армии он поставит устно. После чего Малиновский начал с пояснения замысла Ставки Верховного Главнокомандования…

В общей системе стратегического наступления советских войск в Маньчжурии в августе 1945 года войскам Забайкальского фронта отводилась особо важная роль, поскольку в полосе его предстоящих действий проходили наиболее удобные пути для быстрого выхода крупных группировок советских войск в тыл основным силам Квантунской армии, сосредоточенным на Центрально-Маньчжурской равнине. Ставкой ВГК Забайкальскому фронту предписывалось стремительно вторгнуться в Центральную Маньчжурию во взаимодействии с войсками 1-го Дальневосточного фронта, рассечь и окружить противостоящую группировку основных сил Квантунской армии, находящихся на этом направлении, с последующим ее разгромом и овладением района Чифын, Мукден, Чанчунь, Чжаланьтунь.