Ротшильды. История династии могущественных финансистов - Фредерик Мортон

Ротшильд Австрийский внес гигантский вклад во всеобщий прогресс, а также, безусловно, в свое собственное состояние. Ротшильд Французский также не захотел остаться на обочине. В 1837 году он открыл дорогу Париж – Сен-Жермен, а в 1839-м – Париж – Версаль. Базируясь на опыте этих двух успешных экспериментов, он приступил к разработке самого масштабного проекта тех дней – Северной железной дороги, которая должна была соединить столицу Франции с индустриальным севером.

Первые шаги Джеймса на новом поприще также не были усеяны розами. Во Франции тоже нашлись эксперты, готовые объяснить всем и каждому, к чему приведет развитие железнодорожного транспорта: леса и поля будут гореть от искр, вылетающих из труб паровозов; сельское население бросит насиженные места и бежит от шума, гари и копоти; скот в окрестностях дороги будет вести себя беспокойно.

В Австрии правительство поддержало австрийского Ротшильда. Во Франции все обстояло по-другому. В 1835 году французский парламент рассмотрел предложение о создании государственной сети железных дорог. Идея была признана утопичной и смешной. Теперь Ротшильд упорно настаивал на выдаче ему частной лицензии, и противостоять ему было невозможно. Тьер, первый министр короля, уступил. Но ему было далеко до Меттерниха – он не смог правильно оценить ситуацию.

– Мы должны дать парижанам эту игрушку, – сказал он, – но она, конечно, никогда не будет перевозить ни пассажиров, ни грузов.

Были также другие противодействующие силы – они были гораздо менее высокопоставленными, но не менее опасными. Среди них был, например, некий Жюль Мире, человек недюжинных способностей. Он начал с того, что издавал в Бордо бульварную газету. Помимо прочих пикантных подробностей, он публиковал некрологи, причем в каждом сообщал фамилию врача, который не смог справиться с данной болезнью. Врачи города Бордо быстро поняли причину такого интереса к медицине. Мире прекратил публикации и уехал из города богатым человеком.

Переселившись в Париж, он основал другую газету, где освещались все несчастные случаи, аварии и промахи, связанные с железными дорогами. Газета так и называлась – «Железнодорожная» (Journal des Chemins de Fer). Ее голос становился все громче и громче, а Мире – все богаче и богаче, получая обильную плату за молчание в определенных случаях.

Все эти сложности Джеймс преодолел с присущим ему величием. Он выпустил акции Северной железной дороги на сумму 150 миллионов франков. Затем предоставил (совершенно бесплатно и без всякой помпы) акции на сумму семь с половиной миллионов министрам, депутатам и журналистам. Внезапно шум возмущения по поводу негативных сторон железнодорожного сообщения утих. Строительство продолжалось в спокойной обстановке. 15 июня 1846 года в присутствии представителей королевской семьи, правительства, парламента и прессы барон Джеймс открыл свою Северную железную дорогу.

Но проблемы на этом не кончились. Инженеры-железнодорожники были первопроходцами, и многое им приходилось осваивать на своем горьком опыте. Движение поезда на крутых поворотах было недостаточно исследовано, в результате, когда через три недели после открытия дороги поезд не снизил скорость на повороте, это привело к гибели 37 человек. Этот инцидент потряс Францию. Началась массовая антисемитская истерия, направленная против президента железнодорожной компании. Наиболее известным стал памфлет «История Ротшильда Первого, короля евреев». Появился и контрпамфлет – «Ответ Ротшильда Первого, короля евреев, Сатане, последнему королю клеветников».

Самое интересное заключается в том, что этот материал был написан автором по собственной инициативе, и, когда к Джеймсу обратились с просьбой его оплатить, – он отказал. Подобные булавочные уколы были ниже его достоинства. Он боролся на самом высоком уровне. Несмотря ни на что, Северная железная дорога была построена и исправно функционировала. Она больше не нуждалась в защите.

Французская Северная железная дорога стала таким же национальным достоянием, как и Императорская Северная железная дорога в Австрии. Так же как и в Австрии, во Франции Ротшильды получили новый мощный источник доходов, а промышленная революция – новый мощный стимул развития.

Но муха завязла в варенье, а вернее сказать, гриф попал в сеть. Были еще три направления, на которых целесообразно было проложить железнодорожные пути, нашлось и несколько инициативных и бесстрашных личностей, готовых соперничать с Ротшильдами на этом поприще. В результате этого железнодорожного соревнования образовался синдикат, соперничающий с Ротшильдами. Конкуренция в области железнодорожного транспорта перехлестнула через национальные границы и затронула каждое отделение банков Ротшильдов. Но им грозил враг несравненно более опасный и стремительный – он готовил суровую проверку для семьи Ротшильд. Он доказал им, что и они смертны. Старший брат не мог торжествовать вместе с остальными, когда международное нападение было отбито. Его уже не было с ними.