Немецкие субмарины в бою. Воспоминания участников боевых действий. 1939-1945 - Йохан Бреннеке

Конвой был разъединен, разбит на группы и уничтожен. Во время атак, продолжавшихся весь день, ночами, освещенными прозрачным голубым светом осветительных снарядов и ярким пламенем пожаров, пять судов общим водоизмещением в 42 000 тонн были потоплены. Еще шесть судов водоизмещением 36 000 тонн были торпедированы и, по всей вероятности, затонули. Одно судно осталось, эскортируемое семью кораблями охранения.

24 сентября пришла радиограмма от Дёница:

«Всем подводным лодкам конвоя Хесслера: хорошо поработали!»

* * *

Недели, прошедшие после атаки на «конвой Хесслера», дают очень хорошую иллюстрацию взаимодействию между штабом подводного флота и отдельными лодками.

Дёниц приказал «U-68» (Мертен) и «U-111» (Кляйншмидт) встретиться на секретном рандеву[18]в заливе острова Санту-Антан, самого северного из островов Зеленого Мыса. Кляйншмидт должен был передать там Мертену оставшиеся у него торпеды, с тем чтобы «U-68» могла продолжать операции в Южной Атлантике, а сам возвращаться на базу.

Лодка Мертена, которая расстреляла все свои торпеды во время атаки на конвой, первой из двух лодок направилась к указанному острову.

Солнце садилось, когда «U-68» медленно и осторожно подбиралась к секретному рандеву. Согласно международным справочникам, остров был необитаемым. Но как только Мертен вошел в залив, Лауцернис, его новый старпом, молча указал на берег. Рядом с одинокой высохшей пальмой стояло несколько деревянных домишек, а возле них сидели и бродили люди в коричневом. Подойдя поближе, Мертен увидел, что некоторые из них — в какой-то форме. Вскоре быстро стемнело.

На берегу замигали костры, и это подтверждало предположение, что в домиках расквартировано местное военное подразделение.

Мертен хотел бы знать, нет ли на берегу радиостанции. Или связи по подводному кабелю.

Есть или нет, а рандеву должно состояться. Когда подошла вторая лодка, «U-111», Кляйншмидт стал торопить Мертена закончить дело как можно скорее.

— Я нутром чувствую, тут что-то не так, — сказал Кляйншмидт, указывая в сторону берега.

— Брось ты, что они могут нам сделать? У них ничего нет! — Мертен пытался развеять опасения Кляйншмидта, хотя сам признавался себе, что отнюдь не испытывает радости от соседства с теми людьми.

И все равно надо было находиться где-то поблизости, потому что должна подойти еще и «U-67», у которой на борту заболел дизелист, и его должен был осмотреть врач с «U-68», а если нужно, то больного следовало передать на борт «U-111», направлявшейся в базу. Тем не менее, Мертен тоже думал, что чем быстрее они закончат работу, тем будет лучше.

При свете переноски быстро завершили перегрузку торпед. Вскоре после полуночи «U-111» снялась с якоря.

— Ну вот, Кляйншмидт, а ты боялся! — посмеялся Мертен.

Но несмотря на сказанное, он тоже чувствовал, что надо побыстрее закругляться и уходить. Может быть, он тоже «нутром чувствовал» недоброе?

Он отдал приказание поднять якорь и малым ходом уходить из бухты.

С аварийным фонарем боцман Коковски на ходу осмотрел верхнюю палубу, убедился, что там все в порядке. Он носил такую ярко-рыжую бороду, что она разве что не затмевала фонарь. Картина была таинственной и жутковатой и отнюдь не вязалась с мирным тропическим окружением.

— Все нормально, — констатировал Коковски и в подтверждение этого вырубил свет.

И в этот момент на том месте, где несколько минут назад стояли на якоре «U-68» и «U-111», раздался взрыв, словно подземный, и гигантский столб воды взметнулся вверх. Через мгновение прогремел второй взрыв.

Что это было — мины или торпеды, выпущенные с большой дистанции подводной лодкой, которая следила за ними? Об этом Мертен не имел представления.

Он только собрался дать радиограмму с предупреждением другим лодкам, как появился радист и сообщил ему содержание радиограммы, направленной с борта «U-111» в штаб, где говорилось, что через полчаса после того, как они покинули залив острова Санту-Антан, там прогремели два взрыва. В радиограмме также было сказано, что огни, с помощью которых на верхней палубе лодки Мертена производились работы, погасли, и есть предположение, что подводная лодка потоплена.

— Вот как оно бывает, — промолвил Мертен. — Ложишься спать, а наутро просыпаешься мертвым и даже не догадываешься об этом.

* * *

А как же «U-67»?

Давайте почитаем дневник Вибе, механика:

«27 сентября

Мы соорудили на верхней палубе душ: взяли кусок пожарного шланга, сетку от аварийной ручной трюмной помпы — и стали гордыми обладателями прямо-таки королевской бани. Еще мы сняли один из клапанов рядом с боевой рубкой. И вот сидишь на прочном корпусе, а на тебя сверху льется свежая морская вода. И всего-то нужно приложить мозги. И чего у нас в штаб-квартире не додумались до этого?

Позиция — в районе Санту-Антана.

02.15. Видим Санту-Антан. Горизонт в дымке.

03.49. Взрыв. Похоже, глубинной бомбы или торпеды.

03.59. Второй взрыв. Погрузились, чтобы прослушать гидрофонами.

05.04. Всплыли. Все, что мы слышали в гидрофон, — это тихий шум винтов. Было слишком темно, чтобы найти другие лодки на рандеву. Командир решил отложить до рассвета. Впрочем, нас все равно до завтра не ждут.

06.17. С мостика сообщили: на берегу замечены огни.

06.22. Тень слева по носу. Позиция 90°. Торпедный катер?

Командир приказал левый полный вперед, руль — право на борт.

Нет, это был не торпедный катер. Это был силуэт подводной лодки.

— Оба полный назад! Руль — лево на борт!

Но и этого было недостаточно. Довольно сильный удар.

Моя первая реакция — задраить все водонепроницаемые переборки.

Слава богу, они и так все были задраены. Мы таранили лодку в районе выхлопа. Прежде чем она затонула, с мостика успели ясно определить, что это британская лодка класса „Клайд“. На мостике подводной лодки противника возникла паника.[19]

Радиограмма в штаб-квартиру: „Предупредите все другие подводные лодки, что рандеву Санту-Антан известно противнику“.

Позже мы узнали, что „U-111“ тоже видела вражескую подводную лодку.

Мы получили немалые повреждения: нос помят, первый и второй торпедные аппараты вышли из строя. Я спустился под воду с легководолазным аппаратом, но не смог добраться до торпедных аппаратов. Нос был здорово свернут вправо. Передние крышки первого, второго и третьего торпедных аппаратов заклинило, первый и второй аппараты пропускали воду. Форштевень чуть ли не висел на пиле для сетей.