Немецкие субмарины в бою. Воспоминания участников боевых действий. 1939-1945 - Йохан Бреннеке

* * *

Подходим к Гибралтару.

Ночь темна, новолуние. Редкие облака лениво ползут по небу. Волна мягко вздымается и опускается. Прижимаясь к берегу, идет маленький пароход, светящийся огнями, — испанец. Иначе его и видно не было бы.

Но мир вблизи Гибралтара — вещь обманчивая. Уйма эсминцев, охотников за подлодками, самолетов охраняет крепость и порт, где стоят линкоры и крейсеры.

Гибралтарский пролив по-прежнему оставался одной из жизненно важных артерий британского судоходства — несмотря на Роммеля в Северной Африке, несмотря на германские подводные лодки, уже бродящие по Средиземному морю, несмотря на потенциальную мощь итальянского флота.

В лодке царило полное спокойствие. Те, кто стоял на вахте, внимательно смотрели на приборы, остальная команда спала. Наблюдатели на мостике, казалось, слились с лодкой в единое целое — так гармонично они чувствовали мельчайшее движение корабля. И только то, что они все время поводили своими ночными биноклями, нежно поддерживая их кончиками пальцев, выдавало тот факт, что это живые люди.

Крещение огнем «U-81» прошла уже давно. По следам конвоев союзников она проникала в самые узкие и самые глубокие заливы в районе Мурманска и принимала участие не в одной атаке на атлантические конвои.

Гуггенбергер и его штурман склонились над картой Гибралтарского пролива, расстеленной перед ними.

— Я думаю, лучше всего подойти с юго-запада, герр командир, — сказал штурман. — Это направление, с которого они меньше всего ожидают нашего прихода.

— Согласен, — ответил Гуггенбергер. — В надводном мы пройдем в три раза быстрее, и там вполне хватает глубины, чтобы в случае чего нырнуть. Подождем прилива, он нам поможет.

Таков был план прохождения пролива. Твердо заранее ничто не планировалось, и Дёниц оставлял способ преодоления пролива на усмотрение каждого командира.

На среднем ходу «U-81» подошла к проливу.

— Вахте второй смены заступать в 23.30 в индивидуальном порядке, — объявил Гуггенбергер.

Рулевой тихим голосом передал его приказ. Матрос в центральном посту будил людей, которые стали проворно, но спокойно снаряжаться на вахту — кожаные куртки, бинокли, головные уборы, перчатки…

Вахтенный офицер второй смены, который должен был сменить штурмана, появился на мостике и, потянув носом, почувствовал землю. Прокашлявшись, он пробормотал:

— Жутко близко.

Больше ничего не сказал и стал протирать окуляры бинокля. Он взглянул на небо, потом отошел в кормовую часть мостика. Наконец его глаза привыкли к темноте.

— Вахту принял, штурман.

— И отлично.

Лодка изготовилась к преодолению пролива. Она ровно вибрировала, разрезая форштевнем морскую волну.

Тем временем штурман внизу посмотрел на карту и обратился к командиру:

— Пора менять курс, герр командир.

Все курсы отложились у Гуггенбергера в голове.

— Держать 080 градусов! — приказал он.

Благодаря верно избранной тактике лодка без проблем преодолела внешнюю линию охраны пролива, не встретив никакого противодействия со стороны противника. С левого борта возвышались горы Испании, отчетливо видимые, а с левого смутно вырисовывались на фоне темного ночного неба холмы Северной Африки.

Пролив сужался.

В спокойной воде отражались ломаные линии огней. Справа — от огней танжерского порта, впереди — от нейтральных судов, вероятно испанских или португальских. Отражение слева будило у опытных членов команды воспоминания о пребывании в Испании.

— Затемненное судно слева по борту, герр командир! — доложил один из наблюдателей.

— Спасибо. В настоящий момент в мои планы не входит топить что-нибудь, — тихо ответил Гуггенбергер и дал приказ изменить курс, чтобы не сходиться с неизвестным судном.

Приливная волна была довольно заметна, и она помогала продвижению лодки.

Был уже ясно виден город Тарифа на берегу самой узкой части пролива. Секунды, минуты тянулись как вечность.

Нежно журчало море под форштевнем лодки.

«U-81» неуклонно приближалась к Тарифе.

Вот, наконец, Тарифа на траверзе.

— Будить третью смену? — спросил старпом.

— Пока нет. Чем меньше сейчас шевеления, тем лучше.

Гуггенбергер не боялся, что люди на вахте устали: возбуждение от прохождения пролива не давало притупиться их бдительности.

— Тарифа слева на траверзе.

Хотя лодка держалась по центру пролива, берега были так близко, что казалось, до них можно докинуть камнем. Вращающийся луч маяка казался подводникам больше прожектором, и во время каждого оборота он освещал лодку и так ослеплял наблюдателей, что Гуггенбергер начал подумывать, не погрузиться ли им. Однако решил оставаться в надводном положении.

— Спокойно! Прикрывайте глаза и смотрите на море.

Собственно пролив они миновали, но именно теперь и начиналась самая трудная фаза. Слева береговая линия стала удаляться в сторону Гибралтарского пролива. Темный силуэт знаменитой крепости уже был виден на фоне темно-синего неба.

А что это за огни впереди? A-а, это суда, расположившиеся между берегами. Интересно, не натянуты ли между ними сети или тросы?

«U-81» взяла чуть влево.

Огни все приближались и приближались. Гуггенбергер направил лодку посредине между двух из этих судов. Он достиг линии между ними. Ничего не случилось, прошли, и скоро суда и буи остались за кормой.

— Господь дарует вам, господа, глубокий, освежающий сон, — рассмеялся помощник командира.

Его смех сотворил чудо. Он разрядил напряженную атмосферу и вернул всем уверенность.

Гибралтар — «Скала» — остался далеко за кормой, зловеще и угрожающе возвышаясь в ночи.

Пролив расширился, и улучшилась видимость. Снова прямо по курсу замаячили силуэты. Еще одна линия судов? Нет, это оказались два эсминца, которые ходили туда-сюда в направлении от берега к берегу. Они встречались, затем разворачивались и расходились в противоположном направлении.

«U-81» прошла между ними в точке их встречи, после того как они стали все дальше и дальше удаляться друг от друга. Эсминцы ничего не заметили и ничего не заподозрили.

«U-81» прошла.

Путь в Средиземное море был открыт перед ней.

Теперь можно было и поспать.

Но не все подводные лодки прошли пролив так легко. Более половины из них столкнулись с неприятностями.

На рассвете «U-81» погрузилась.

Радиограмма от службы радиоперехвата сообщила, что британская эскадра в составе линкора «Малайя», авианосца «Арк Ройал», малого авианосца «Фьюриес» и эсминцев эскорта, которые до этого напали на германский конвой, направлявшийся в Африку, шла курсом на запад.