Немецкие субмарины в бою. Воспоминания участников боевых действий. 1939-1945 - Йохан Бреннеке

Оперативная сводка

В начале 1941 года в Германии вовсю выступали за более тесное сотрудничество с Японией. Осенью 1942 года желанное военное сотрудничество стало весьма значительным. Германское верховное командование, словно не замечая уменьшения наших собственных сил, планировало расширение военных операций, помимо Ближнего Востока, и на Индию. И это в любом случае требовало координации японских и германских интересов. Предложение Германии о том, чтобы германским подводным крейсерам серии IXd2 было разрешено действовать в Персидском заливе вместе с японскими подводными лодками, было встречено японцами сдержанно, хотя и с чисто восточной вежливостью. Японцы были наверняка слишком самоуверенны в тот момент, поскольку им удалось добиться успехов против основных группировок вражеских сил довольно малой ценой.

Весной 1943 года, однако, этот победный психоз уступил место размышлениям более реалистического содержания. Японцы решили, что операции германских подводных лодок в Индийском океане будут служить японским интересам, особенно после того, как главные силы японского военно-морского флота пришлось сосредоточить в Тихом океане, чтобы противостоять усиливающейся там военной мощи Соединенных Штатов.

Вдобавок из-за недостатка сырья и блокады со стороны противника там подумали, что подводными лодками при их возвращении на базу после завершения боевых заданий можно будет доставлять немало сырьевых материалов. И японцы согласились. Весной 1943 года были созданы германские базы в Сингапуре и Батавии — для прорыва блокады — и в Пинанге[42]— для снабжения и материально-технического обслуживания подводных лодок.

В начале июля с баз во Франции и Норвегии вышла первая группа «Муссон». Из общего количества в одиннадцать лодок Индийского океана достигли только пять, и все были определены для операций в районе между Индией и Суэцким заливом. В конце 1943 года отправилась в путь вторая группа «Муссон». Только одна лодка добралась до назначенного района. Позже, весной 1944 года, подводные лодки по одной уходили в японские воды. Из шестнадцати таких лодок только шести удалось достичь баз в Азии. Остальные, наподобие лодкам групп «Муссон», были уничтожены на переходе, в основном в Атлантике. Командующим военно-морскими силами Германии в Южной Азии был фрегаттен-капитан — капитан 2-го ранга Вильгельм Доммес, который добирался до Пинанга морем 156 дней, включая операции в Индийском океане. Трудности, с которыми он столкнулся, оказались огромными.

* * *

Вильгельм Доммес среди командиров различных германских баз на Дальнем Востоке оказался единственным специалистом-подводником, и ему приходилось мотаться туда-сюда всякий раз, когда необходимо было услышать мнение подводника. А расстояния между базами нельзя было измерить европейскими мерками: между крайними базами оно составляло 1200 миль — как от Кёнигсберга до Мадрида.

В распоряжении Доммеса имелись две летающие лодки «арадо», первоначально принадлежавшие вспомогательному крейсеру, но ему захотелось приобрести японский гидросамолет, пусть даже на запчасти. Используя крайнее любопытство японцев в том, что касается новинок в технической области, он на свой страх и риск провернул с японцами совершенно невероятную сделку.

Японцы загорелись желанием приобрести «Bauchstelze» — летательный аппарат наподобие змея, созданный для применения большими крейсерскими подводными лодками с целью увеличения поля обзора. Аппарат был снабжен подвесным сиденьем для наблюдателя, он запускался и держался в воздухе на максимальном ходу лодки.

На практике он не оправдал себя, потому что представлял собой опасность в случае внезапного появления самолета.

И Доммес заключил с японцами сделку. Он поменял змей на «рейтики» — летающую лодку, которая была в тысячу раз дороже. Но зато благодаря этому Доммес стал мобильнее.

Дальневосточные базы были не столь удобны для лодок и комфортны для подводников, как европейские, но со связью здесь обстояло хорошо. На каждой базе имелась адекватная базе радиостанция, оборудование для нее поставлялось по большей части из Японии. Все радиостанции имели связь с германским военным командованием в Токио. Прямая радиосвязь с Германией была тоже возможна, но тут возникали проблемы в зависимости от времени года и суток.

А между Пинангом и Сингапуром имелась даже телефонная связь. Но работала линия скверно и большую часть времени была перегружена, занята японцами.

Неважно обстояло дело с кадровой комплектацией баз. Каждая база могла иметь во всех службах не более полсотни немцев, и почти все это количество потребляли административная служба и связь.

В рамках доступных им возможностей японцы старались удовлетворить запросы немцев на уровне европейских стандартов и с учетом местных возможностей. На каждой базе стояли административные и жилые времянки. Несмотря на растущие нехватки, подводники получали широкий выбор продуктов питания.

Японцы старались создавать на базах спортивные сооружения — для стрельбы, плавания, гольфа, тенниса и других игр. Они с душой откликались на просьбы предоставить подводникам условия для отдыха, и те часто отдыхали в таких курортно-оздоровительных центрах, как Пинанг-Хилл, Фрейзер-Хилл и Камерон-Хайландз в Малайе и Чикопо на Яве.

* * *

Главной проблемой, однако, оставался капремонт технически высоко оснащенных подводных лодок, материально-техническое обслуживание которых требовало высококлассных специалистов. В Восточной Азии не было в самом начале и опытных подводников, не говоря уж о технических специалистах. Только после того, как японскому ВМФ в качестве модели для собственного строительства была передана немецкая подводная лодка, ее команда послужила ячейкой для формирования группы, занимавшейся ремонтом и материально-техническим обслуживанием. Но для приходящих на базу лодок они не могли сделать ничего иного, кроме как оказать помощь. Они не могли составить временную команду подлодки в порту, чтобы дать возможность отдохнуть подводникам, которые после полутора, а то и двух сотен дней пребывания в море нуждались в смене режима и отдыхе.