Всевидящее око фюрера. Дальняя разведка люфтваффе на Восточном фронте. 1941-1943 - Дмитрий Зубов

В течение всего марта «Юнкерсы» совершали полеты над городом. Время от времени появлялись и одномоторные «Мессершмитты» Bf-109, также, возможно, из 3.(F)/Ob.d.L. Об активности германской авиации говорят боевые донесения 169-го зенитноартиллерийского полка:

«6 марта. В 11.18 два Ме-109 на высоте 2000 м прошли по маршруту Форфоровский мост – Дом Советов – Автово – Урицк.

7 марта. В 14.23 один Ю-88 на высоте 5500 м прошел по маршруту Кировский завод – Урицк…

28 марта. В 10.54 один Ю-88 на высоте 6000 м прошел по курсу Урицк – Кировский завод – Финский залив.

29 марта. С 13.52 по 15.14 один Ю-88 на высоте 6000 м прошел по маршруту Финское Койрово – Пулково – Балтийский вокзал – Исаакиевский собор – Васильевский остров – Торговый порт. По данному маршруту противник произвел затем еще пять заходов»[64].

Всего же в течение марта 1942 г. служба ВНОС зафиксировала 240 пролетов разведчиков. Правда, нередко один и тот же самолет записывался на постах в журналы наблюдений по нескольку раз. В итоге задание было полностью выполнено. Несмотря на то что все корабли были тщательно замаскированы, благодаря качественным аэрофотоснимкам командование 1-го воздушного флота установило точную диспозицию всех целей, о чем красноречиво свидетельствуют пометки с названиями, сделанные на них.

Однако сама операция «Айсштосс», несмотря на тщательную подготовку и разведку, не принесла особых успехов. Утром 4 апреля 132 бомбардировщика и штурмовика нанесли первый внезапный авиаудар по стоянкам флота в Ленинграде. Затем последовало еще несколько налетов, однако ни одна из целей не была потоплена, несколько кораблей получили незначительные повреждения.

Вылеты по-прежнему проходили без потерь. Хотя без мелких неприятностей все же не обходилось.

11 апреля на аэродроме Красногвардейск потерпел аварию при взлете Ju-88D-1 W.Nr. 1425. Повреждения оценили в 45 %.

После того как 4–6 апреля самолеты 1-го воздушного флота бомбили Ленинград, 12 апреля Военный совет Ленинградского фронта принял решение нанести силами 7-го иак ПВО и ВВС КБФ упреждающие удары по немецким аэродромам, в том числе Красногвардейску. Первый авиаудар по этой базе был нанесен в ночь на 15 апреля летающими лодками МБР-2. На следующий день аэродром атаковали 36 истребителей из 26-го иап и 123-го иап. Однако штурмовка оказалась неэффективной, зато нападавшие потеряли два высотных перехватчика МиГ-3, использовавшиеся в несвойственной для них роли.

Утром 19 апреля – в период между 9.45 и 10.46–12 бипланов И-153 из 71-го иап ВВС КБФ вновь атаковали все тот же Красногвардейск. Их встретил интенсивный огонь 20-мм зениток, и две «Чайки», принадлежавшие старшему лейтенанту Александру Шитову и лейтенанту Юрию Спитцыну, были сбиты. Затем в сводке штаба флота говорилось, «обнаружены 20–25 самолетов, находившихся на бетонированных стоянках. Подожжены или уничтожены 15 Ju-88 и Ju-87». Далее утверждалось, что лейтенант Спитцын направил свою подбитую машину прямо в группу припаркованных германских самолетов.

Фактически же протаранил стоящие на земле самолеты старший лейтенант Шитов. Проявив самопожертвование, он тяжело повредил один и уничтожил второй Ju-88D из 5-й эскадрильи дальней авиаразведки Aufkl.Gr.122[65]. Также в результате этого авиаудара были сильно повреждены (60–80 %) и два Ju-88D-1 из 3.(F)/Ob.d.L[66]. Вообще же это был вопиющий случай, когда стратегические разведчики базировались в непосредственной близости от линии фронта, прямо под носом у противника.

22 апреля на аэродроме Госткино потерпел аварию на взлете Ju-88D-1 W.Nr. 1596 (повреждения 35 %). Экипаж при этом не пострадал. А через три дня 3-я эскадрилья понесла первую в 1942 г. серьезную потерю. Во время вылета в район Вологды пропал без вести Ju-88D-1 «T5+HL» лейтенанта Мартина Шнайдера (командир экипажа штурман унтер-офицер Йоханнес Бейер).

Следующие пять недель прошли без потерь.

Утром 31 мая в очередной дальний вылет в район Вологда – Рыбинск отправился Ju-88D-1 «T5+DL» оберфельдфебеля Фрица Люва (командир экипажа штурман обер-лейтенант Ханс Бюман).

В указанном регионе группе Ровеля противостояла 147-я истребительная авиадивизия ПВО под командованием полковника Петра Демидова. В мае 1942 г. в ее состав входили 4, 731 и 721-й иап ПВО. Последний был сформирован 6 ноября 1941 г. на аэродроме Стригино в Горьковской области в составе двух эскадрилий по 12 экипажей и первоначально вооружен самолетами ЛаГГ-3. Уже 27 декабря перебазировался в район г. Рыбинска и вошел в состав 147-й иад ПВО. Несколько иначе складывалась судьба 4-го иап. Накануне войны он входил в состав 20-й смешанной авиадивизии, имея на вооружении 71 истребитель И-153 и И-16, а также 60 высотных перехватчиков МиГ-3. Действовал на Южном фронте до конца года, где понес большие потери (18 августа погиб командир полка майор Владимир Орлов). В конце 1941 г. переброшен на север для перевооружения и переподготовки на английские истребители «Харрикейн».

Затем перебазировался под Ярославль, войдя в состав 147-й иад ПВО.

31 мая на аэродроме дежурил в ожидании приказа на вылет младший лейтенант Амет-хан Султан. Вдруг по радио раздалось: «Тревога! Обнаружен одиночный Ю-88!» Запуск мотора, выруливание на взлетную полосу, короткий разбег, и «Харрикейн» скрылся за верхушками деревьев. Поднявшись в воздух, Амет-хан набрал высоту 7300 м, на которой обычно пролетали самолеты-разведчики, и стал барражировать в указанной зоне. Вскоре с юго-запада на фоне серо-голубого неба появился знакомый силуэт, стремительно увеличивающийся в размерах.

Султан направил свой «Харрикейн» навстречу противнику и предпринял попытку атаковать «Юнкере» с фронта. Не имея серьезного боевого опыта, он еще издали открыл огонь сразу из всех пулеметов, выпустив впустую почти весь боезапас. Естественно, разведчик не получил никаких повреждений и, маневрируя, начал на большой скорости уходить.

С большим трудом советскому летчику удалось развернуть машину, не потеряв при этом противника из виду, и вновь выйти в атаку, на этот раз с задней полусферы. Теперь Султан открыл шквальный огонь по кабине бортстрелка и израсходовал оставшиеся патроны. После этого ничего не оставалось, как идти на таран либо вернуться на аэродром ни с чем. Однако первая попытка срезать винтом часть хвостового оперения «Юнкерса» не удалась. В последний момент немецкий пилот отвернул самолет. Тогда, разогнав «Харрикейн» до максимальной скорости, Амет-хан просто пошел на столкновение и прорезал крылом фюзеляж разведчика. При этом плоскость истребителя буквально воткнулась в него, и самолеты далее летели, уже сцепившись друг с другом!

С трудом вывалившись из кабины, советский пилот удачно приземлился на левом берегу Волги. Немецкий экипаж тоже успел покинуть самолет, и четыре человека опустились в разных местах, кто в реку, кто в прибрежные камыши. Первым повезло меньше: как только они выбрались на берег, то были сразу же задержаны подоспевшими патрулями. Двое других скрылись в прибрежных лесах, но потом тоже были пойманы. Обломки самолетов рухнули на поля колхозников в пяти километрах северо-восточнее.