Яхромский мост: Крах «Тайфуна» - Василий Карасев

2-й батальон выступил, имея в голове танковую роту с противотанковым взводом и группой разминирования. За ними шла усиленная 6-я рота, штабы полка и батальона, а следом двигались еще две роты: 7-я и 8-я. «С помощью местного жителя найдена более быстрая прямая дорога на Воронево. Все значительные дорожные трудности, в особенности крутые обрывы, преодолеваются объединенными усилиями» ^[167].

Группа двигалась по северной кромке большого лесного массива, существующего и сейчас. Выйдя в 09.15 в из Мал. Телешова, она прошла в 10.05 через Лишенино. Движение затруднялось лесными завалами. И здесь советские самолеты беспрерывно атаковали немецкие колонны, используя бомбы, ракеты и бортовое оружие. В 11.50 группа оказалась перед северо-западной окраиной Пулихи и встретила сильное сопротивление^[168]. Деревню пришлось брать штурмом и одновременно строить мост через р. Дятлинку. Препятствие незначительное для пехоты, но в боевой группе имелись бронетранспортеры и танки, поэтому без моста обойтись было нельзя.

На пути группы X. фон Мантейфеля оказались подразделения Рогачевского батальона МЗО. Накануне вечером батальону Эппельгарда «была поставлена задача занять оборону опорного пункта на рубеже Пулиха, Астрецово, Воронево (эта деревня находилась в 2,5 км севернее Астрецово – Прим. автора), высота 233.7, высота 220.2. К утру 27 ноября батальон занял оборону этого опорного пункта»^[169]. До Астрецова батальон не добрался, но остальные пункты, указанные приказе, им были заняты.

Бой за Пулиху продолжался до 12.45, когда немцам удалось вытеснить наших солдат из деревни. При этом около 14.00 место переправы у Пулихи было обстреляно нашими установками реактивной артиллерии^[170].

Следующий бой группы Мантейфеля с Рогачевским отрядом произошел в районе высоты (отм. 233.7) южнее Высокова. Немцев встретил огонь противотанковых орудий и пулеметов. Однако им довольно быстро удалось преодолеть сопротивление. Затем наступила очередь Воронево, где тоже произошел короткий бой. Немцы отчитались о захвате двух полевых 76-мм орудий^[171], а командование Рогачевского отряда доложило о том, что в ходе этих боев было уничтожено два вражеских танка, три миномета и рассеяно до двух рот пехоты^[172]. В истории МЗО отмечено, что «благодаря стойкости этого батальона и взаимодействовавших с ним подразделений 30-й армии противник был задержан на подступах к Дмитрову на двое суток (видимо считается и день боя за Рогаче во – Прим. автора), столь необходимых Ставке для вывода на этот участок 1-й ударной армии»^[173]. Расстреляв две роты пехоты, удалось бы покончить с главными силами врага и удержать Воронево. Но этого не произошло. Поэтому потери противника оказались сильно преувеличенными. После Воронево группа Мантейфеля свернула к югу и вышла к Елизаветино и Астрецово, которое и взяла опять же с боем совместно с подошедшим сюда танковым полком.

А вот как описан путь группы у современного немецкого историка.

«Скрытно продвинуться обширным лесным массивом, избегая при этом населенных пунктов, было необходимо для использования фактора внезапности при решительном штурме моста.

Полк двигался обледенелыми тропинками и заснеженными полями, тихо пробирался сквозь широко раскинувшиеся леса. В этих лесах входивший в состав полка саперный взвод впервые пустил в дело моторные пилы, чтобы проделать в них просеки, по которым могли бы пробиться танки и БТРы. Боевые машины группы Мантейфеля гуськом тянулись одна за другой в лесном молчании. За ними на юго-восток своим ходом двигались спешившиеся мотопехотинцы, уже заранее развернувшиеся в боевой порядок. Единственным ориентиром служил компас»^[174].

С момента пересечения немецкой дивизией Рогачевского шоссе прошли сутки. И «ближе к вечеру, примерно за час до наступления темноты, передовое подразделение, в рядах которого был и командир боевой группы, подошло к селению Астрецово. Выходить из леса в направлении Яхромы не было разрешено никому, чтобы сохранить фактор внезапности»^[175]. Астрецово – это тот пункт, где немцы действительно оказались, наконец, на шоссе Федоровка – Яхрома, но прошли они сюда не из Федоровки.

Видимо, X. фон Мантейфель, умолчав о серии боев на пути к Яхроме, хотел подчеркнуть свое искусство командира, благодаря которому удалось выйти к каналу. Но из боевых документов его полка следует, что шума было наделано много. Как же отреагировало на это наше командование?

Обер-лейтенант Райнек со своими солдатами.

С утра 27 ноября части 29-й сбр, стоявшие на западном берегу канала, могли наблюдать хаотическое движение тылов 30-й армии, а затем и отход ее боевых частей. Затем по свидетельству В. И. Кузнецова «к вечеру в Дмитров из района Рогачево прибыл командующий 30-й армией генерал-лейтенант Д.Д. Лелюшенко, имея при себе несколько танков. Он информировал меня об обстановке в полосе 30-й армии и сообщил, что войска ее левого фланга (58-я танковая и 107-я мотострелковая дивизии) к утру 28 ноября отойдут из района Рогачево на рубеж Савелово, Маринино, Волдынское (западнее Дмитрова) и что не исключена возможность появления к утру 28 ноября наступающих частей противника в районе Дмитров, Яхрома»^[176].

Отметим тот факт, что В.И. Кузнецов получил сведения о противнике непосредственно от командующего 30-й А. Исходя из этой информации, им были приняты следующие меры.

«Днем 27 ноября 29-я бригада, закончив сосредоточение, двумя батальонами заняла для обороны подготовленный рубеж на участке Дмитров, Яхрома. Третий батальон, составлявший второй эшелон бригады, сосредоточился в районе Дмитрова.

После информации Д.Д. Лелюшенко стало совершенно очевидным, что 1-й армии нужно готовиться к отражению наступления противника и до окончания сосредоточения большей части сил и средств отказаться от контрудара для оказания помощи группе генерала Захарова. Вызванным мною командирам частей 29-й стрелковой бригады было приказано проверить готовность к отражению возможного наступления противника с утра 28 ноября и в течение ночи вести разведку в направлениях Дмитров, Рогачево, Яхрома, Ольгово, Федоровка»^[177].