Кланы Америки. Опыт геополитической оперативной аналитики - Константин Черемных

Какими бы улыбками не пытались очаровать государства-мишени «голубиная партия», было слишком очевидно, что действовать она собирается отнюдь не только методами убеждения. Президент Пакистана, в отличие от его предшественников, не слыл диктатором. Но как в известном советском мультфильме про дом с надписью «Во дворе добрая собака», с ним вели себя так, что не показать зубы он просто не мог. 11 марта Асиф Али Зардари приехал в Тегеран и торжественно открыл строительство пакистанской части газопровода (иранская уже построена).

Известие об этой церемонии было неприятно для двух государств — Туркменистана и Афганистана, поскольку эти два государства были еще давно, еще до рождения Талибана, включены в другой проект под названием ТАПИ. Один из его ключевых лоббистов, владелец израильской компании «Мерхав» Йосеф Майман, состоял в организации US/Middle East Project (дочерняя структура Совета по международным отношениям) вместе с Хейглом. И никак не ожидал, что троица Байден-Керри-Хейгл окажется столь беспомощной.

На форуме AIPAC президенту Обаме было мягко указано на его неспособность защитить израильские интересы, а через три дня состоялось закрытое мероприятие еще одного учреждения, именуемого Институт американского предпринимательства (AEI). На его трибуне оказались одновременно главная фигура неоконсерваторов — экс-вице-президент Дик Чейни, экс-кандидат в вице-президенты Пол Райан и действующий спикер Палаты представителей Джон Бейнер. Уже само сочетание этих лиц, да еще в присутствии глав военно-промышленных корпораций, не оставляло сомнений в том, что Белому Дому, вместе с еще толком не сформированным новым Госдепом, брошен не менее серьезный вызов, чем в ходе президентской кампании прошлого года.

В это время энергичный молодой публицист Яир Лапид, рассчитывавший сменить Нетаниягу в кресле премьера Израиля, ждал от Барака Обамы сигнала поддержки — и не дождался. Покровителю Лапида, экс-премьеру Эхуду Ольмерту, израильская пресса припомнила его готовность подарить Палестине 93 процента оккупированных территорий. У спонсоров самого Ольмерта в это время возникли неожиданные проблемы: на одном из роскошных лайнеров их круизной компании Carnival Cruise Lines без предупреждения отключился свет, на другом случился пожар, из-за которого вышла из строя канализация. По мэйнстримным сайтам гуляли кадры элитных кают, залитых дерьмом.

Несчастный Лапид понял, что ветер дует не в его паруса, и покорно признал лидерство Нетаниягу. Леволиберальная Haaretz ломала голову по поводу его поразительно легкой сдачи позиций: он вдруг перестал бороться за пост главы МИД, удовлетворившись портфелем министра финансов не в самой радужной ситуации с бюджетом. Партия Лапида рассчитывала получить хотя бы портфель министра просвещения впри-дачу, но Нетаниягу поставил ей ультиматум: если Лапид будет саботировать формирование правительства, то вместо него в коалиции окажется религиозная партия ШАС. Спор разрешил лидер «новых сионистов» Нафтали Беннет, в недавнем прошлом американский IT-предприниматель, у которого откуда-то появились соответствующие полномочия: Лапид, так и быть, получил министерство, но прежнему его главе, ликудов-цу Гидеону Саару, достался портфель главы МВД.

Податливость Лапида была неслучайной. По совпадению правая пресса припомнила его покровителю, экс-премьеру Эхуду Ольмерту, злокозненное намерение отдать палестинцам 93 процента оккупированных территорий. А заодно процитировала прямую речь Ольмерта о том, что он сам рассчитывал стать премьером — очевидно, не предупредив наивного Лапида. Между тем находящийся под судом Авигдор Либерман не только получил гарантии сохранения за собой поста министра иностранных дел, но и продвинул своего протеже Юлия Эдельштейна на пост спикера.

Конфигурация израильского правительства оказалась астрономически далекой от «голубиного» идеала. И в этом тоже есть резон. Ведь отрешенная от действительности концепция «глобального нуля» распространяла императив «взять ядерные материалы под надежную охрану», в том числе и на Израиль. А в Израиле, как и в Штатах, весьма значительная часть элиты мыслит не в парадигме «общечеловеческих ценностей», а в парадигме национального и культурного превосходства (над другими культурами и нациями).

Неоконсерваторы в Америке и «Ликуд» в Израиле весьма успешно эксплуатируют консервативные чаяния избирателей, которые упаковываются, соответственно, в пафос «новых крестовых походов» или «защиты сионизма» — несмотря на то, что в риторике республиканцев-экспансионистов уже давно не различаются христианские основания их «священного гнева», а так называемые религиозные сионисты в Израиле вместе со светскими политиками подвергают остракизму «правоверных» иудеев. И это закономерно, поскольку экспансионизм не может обойтись без экономической подоплеки. Геополитическая логика неоконсерваторов идеально соответствует способу мышления производителей крупных вооружений. Легкое оружие пользуется большим спросом в «мирных» суррогатных, как бы бессубъектных войнах — как в Сомали, а ныне в Сирии.

18 марта по лентам всех мэйнстримных агентств проходит сообщение: в Сирии что-то взорвалось, и не простое, а химическое. Террористы, вопреки обыкновению, не берут на себя этот взрыв. Неясно, впрочем, был ли там газ и какой именно. Однако в сводках, по традиции, звучат слова «Иран» и «Хизбалла».

Уже на следующий день в свежем номере «Хаарец» со ссылкой на источник в военном ведомстве сообщается, что США подготовили «план точечного удара по объектам, имеющим отношение к ядерным разработкам Исламской республики Иран»; что этот план, согласованный с Израилем, вступит в силу в сентябре, если следующий президент Ирана (избранный в июне) «пойдет тем же курсом, что Ахмадинеджад». Это пишет газета, которая не любит Нетаниягу, и поэтому написанное больше похоже на утечку, чем на провокацию, заготовленную специально к визиту Обамы. А значит, провокации уже не нужны: Обама сам принял решение закончить «голубиные» песни.