Немецкие диверсанты. Спецоперации на Восточном фронте. 1941-1942 - Георг фон Конрат

– Продолжайте так же внимательно нести службу, – произнес я грубоватым тоном.

Они переглянулись и, толкнув друг друга локтями, объяснили, что они здесь для того, чтобы указать нам маршрут дальнейшего следования в штаб «Гроссдойчланд».

Мне стало любопытно, что общего мы имеем с СС. Хотя они тоже служили Гитлеру, но цель их обучения была совсем другой, нежели наша. Их учили, оказываясь лицом к врагу, идти до конца, не сдаваясь. «Смерть за Родину!» – таков был их девиз. И в то время как мы представляли засекреченные войска, они, наоборот, были лицом германской армии, примером для остальных, на кого нужно равняться. Я уважал их, но одновременно недолюбливал.

Следуя за солдатами военной полиции, мы двигались по узкой тропинке, но вместо остановки в Погегене, как мы ожидали, они провели нас прямиком к приграничной территории. Я ощущал себя каким-то дезертиром, пока не понимал, куда мы движемся. К тому моменту, когда мы въехали в лес, находившийся в трех милях от границы, я уже стал не на шутку беспокоиться. На протяжении нашего пути мы видели сотни танков, тяжелую вооруженную артиллерию и миллионы пехотинцев, и вопрос, который вертелся у меня в голове, имел два ответа: или мы нападаем на Россию, или защищаемся от нее. Воздух охраняли патрульные самолеты. Мы были еще совсем мальчишками и от восторга и предвкушения чего-то нового почти потеряли голову. Я видел Вилли, сидящего в машине на переднем сиденье, его голова крутилась во все стороны, так что создавалось впечатление – еще немного, и она отвалится. Да и все остальные ребята вели себя точно так же.

Главный дивизионный штаб находился в доме, располагавшемся в лесу, и в действительности здесь было все необходимое, включая телефон, радио и радары. Двое посыльных выехали на мотоциклах нам навстречу и повели за собой на свободную территорию. Достаточно много времени заняло у нас расположение оборудования и установка пушек, и только после этого появилась машина гауптштурмфюрера. Один из мальчиков подошел к нему и отсалютовал. Тот в ответ засмеялся.

– Добро пожаловать в дивизию, – сказал он. – У меня есть для вас особое распоряжение. Я жду командиров отрядов в штабе.

Вилли собрал всех старших вместе. Мы сели в одну из ожидавших машин и поехали следом за автомобилем бригадного генерала. В штабе каждому, кто находился в кабинете, был дан приказ покинуть помещение. Патруль СС делал обход вокруг здания, и в комнате остались только офицеры СС, сам генерал и мы. Затем началось секретное совещание, и никто здесь не отчитывал нас, словно новичков. Они были отлично проинформированы о том, какую школу мы прошли и насколько готовы.

Перед тем как раскрыть все планы, генерал обратился к офицерам, сказав, что если хоть одна живая душа за пределами этой комнаты узнает о разговоре, происходившем здесь, то каждый из присутствующих понесет смертельное наказание за разглашение военной тайны. Только после этого началось секретное собрание. Сначала перед нами положили большой пакет, содержащий фотографические снимки, переснятые с карт, а потом поставили ящик с маленьким экраном внутри.

– Настало время бороться с врагом, – сказал нам офицер СС, – и конечно же вы приняли присягу. В воскресенье, 22 июня, в четыре часа утра, все пушки Германии будут направлены на Россию. В данный момент об этом известно лишь Верховному руководству и нам с вами. Все другие генералы будут осведомлены в ближайшие двадцать четыре часа. Пока все считают, что проходят крупные маневры, и это единственный способ ввести нашего врага в заблуждение. Но мы собрались не для того, чтобы вести разговоры о войне против России. У нас с вами несколько другая цель. Наша разведка донесла, что на латвийской границе, в пятнадцати километрах отсюда, русские стянули многочисленные войска, устроили бункеры, артиллерию, возможно, они готовятся отразить нападение. Именно поэтому я нахожусь здесь, и по этой же причине также здесь все 115-е подразделение. Если Россия опередит нас в своих действиях и ей удастся укрепить оборону, то будет потеряно множество наших соотечественников. Поэтому слушайте предельно внимательно. Три отряда 115-го подразделения ровно в полночь с субботы на воскресенье будут сброшены с парашютами на их территорию. Их цель такова: уничтожить сообщение на всей территории от границы и Тауроггена^[2] до главного штаба, расположенного в Шяуляе, но основная задача – нарушить связь с Москвой. Сейчас мы с вами просмотрим фильмы о расположении оборонительных сил.

Он повернулся к бригадному генералу:

– Само подразделение не вступит в военные действия с врагом напрямую. Ушли годы на то, чтобы обучить этих молодых ребят всему тому, что они умеют, но, даже несмотря на это, мы не можем быть уверены в абсолютном успехе. Поэтому, когда начнутся непосредственные бои, держите их как можно дальше от линии огня.

Затем к нам присоединились другие эсэсовские офицеры, и, когда окна завесили темными шторами, нам начали демонстрировать фильм. Сначала мы увидели дорогу, ведущую от границы к Тауроггену, вдоль которой располагались телефонные линии, особое внимание обращалось на провода, обозначенные красным цветом. Эти кабели тянулись и тянулись на большие расстояния.

– Этот кадр, если в этом будет такая необходимость, вам покажут сто раз. Это относится к людям, находящимся под командованием капитана фон Конрата, – объяснил нам офицер СС. – Мы изучим этот сюжет основательно; это упреждающее мероприятие необходимо провести, как уже ранее обсуждалось, с капитаном и бригадным генералом.

Я не сдержал улыбки. Эти парни из секретной службы обычно ни с кем не церемонились. Они ставили себя выше всех генералов и даже самого Господа Бога.

Внезапно картинка сменилась, и мы увидели мост через реку, вдоль которого тянулись стальные трубы. По правую сторону реки возвышался холм, на самом верху стояла церковь с высокой колокольней, построенная из красного кирпича.

– Вот это главный центр связи. Отсюда сигналы распространяются автоматически. Теперь взгляните по левую руку от дороги. Вы видите старинный литовский замок, в котором теперь располагаются штабы Красной армии. Эти два места и трубы вдоль моста должны быть разрушены первым делом, в четыре часа утра. По возможности сделайте это в три. Смотрите внимательно и все запоминайте.

По окончании фильма шторы на окнах снова распахнули и старший из офицеров СС показал на меня пальцем:

– Капитан фон Конрат, что вы увидели в самом начале?

– Зигзагообразные вырытые траншеи, метров шесть глубиной. Также нам показали дорогу, со стоящими вдоль нее телеграфными столбами и растянутым между ними кабелем красного цвета.

– Что еще?

– Перед мостом, на правом берегу реки – завод стройматериалов, дальше – трубопровод, а слева – плотина. Правее на холме построена церковь, а дальше, опять слева, – замок.

– Прекрасно, – ответил старший. Затем он продолжил, глядя на бригадного генерала: – Вы понимаете, что все это значит. Эти мальчики долго обучались. Я имею в виду, что жизнь каждого из них стоит дороже, чем целый полк регулярной армии.