Путешествие Жана Соважа в Московию в 1586 году. Открытие Арктики французами в XVI веке - Бруно Виане

Что же до города Архангельска, там нет ничего примечательного, кроме масштабной торговли, которую там завели англичане, и я лишь сообщу, по какому случаю и каким образом этот порт был открыт, во времена Эдуарда VI, короля Англии, и Ивана Васильевича, великого князя Московского. В это время английские купцы, видя, что их торговля каждый день слабеет, в то время как испанцы и португальцы, напротив, наслаждаются сокровищами Индий благодаря недавно открытым ими странам, решили попытаться открыть Восточный берег. С этой целью они снарядили три корабля и поручили их кавалеру по имени Хью Уиллоби, человеку хорошего происхождения и добрых нравов. А поскольку, чтобы отправиться морем на Восток (как было решено), нужно было идти Северным путем, хотя в то время он был малоизвестен, его флотилия была снабжена продовольствием на восемнадцать месяцев. Рассудили, что нужно пищи на шесть месяцев, чтобы дойти туда, куда они предлагали дойти, и не меньшее количество, чтобы там зазимовать, в случае, если крайний мороз удержит их, и столько же, чтобы вернуться. Итак, 20 мая 1553 года они отплыли из Рэтклиффа, неподалеку от Лондона. Но через некоторое время в результате грозной бури флотилия оказалась настолько разбросана, что корабли уже не смогли воссоединиться. Они назначили друг другу встречу в одной норвежской гавани, но из трех кораблей туда прибыл лишь один, капитан которого звался Ричард Ченслер, бросивший там якорь в ожидании двух других кораблей. Он оставался в этой гавани семь дней, не получая никаких вестей о других кораблях; и капитан Ченслер решил продолжить свой путь. Его пример воодушевил его спутников, и они решили, что вернуться назад, к безопасности, будет бесчестием, и лучше великодушно пойти на смерть вместе с ним ради блага своей родины. С таким решением они отплыли из гавани и спустя несколько недель благополучно прибыли в бухту Святого Николая рядом с Архангельском, где, бросив якорь, они заметили вдали рыбака, и капитан вместе с несколькими из своих людей попытался догнать его. Рыбаки тоже увидели корабль, показавшийся им новым водным чудовищем, и в изумлении сразу же обратились в бегство; но капитан так быстро гнался за ними на своей шлюпке, что в конце концов нагнал их и, выражая знаками вежливость и дружеские намерения, дал понять, что он не желает причинить им зло (как они думали). Эти бедные варвары, испугавшись, что попали в его плен, вначале бросились к его ногам; но капитан отверг их раболепство и, обращаясь с ними очень мягко, постарался их убедить, что не имеет каких-либо злых намерений. Удивленные столь чрезмерной учтивостью, они перешли от страха к радости и, попрощавшись с капитаном, отправились сообщить своим соседям об этом деле. Население сразу же сбежалось посмотреть на новоприбывших, проявив к ним всяческую доброжелательность. Им предложили помощь, еду и все, что только можно было предложить к их удобству. Англичане узнали, что эта страна называлась Россия или Московия, что государь, правивший в это время, звался Иван Васильевич, то есть Иван, сын Василия. В свою очередь, капитан сообщил им, что он по национальности англичанин, и послал его к этим берегам его государь Эдуард VI, и у него есть что передать их монарху от его короля, что будет во благо обоим государствам. Тогда был послан гонец в Москву, чтобы сообщить царю о том, что произошло, и получить приказы по этому поводу. Спустя некоторое время пришел приказ, чтобы капитана и его людей отвезли ко двору за счет его царского величества, и царь хорошо их принял. Чтобы достойным образом вознаградить великодушное предприятие англичан, его величество предоставил им и их наследникам заверенные привилегии, позволяющие торговать в его землях беспошлинно. Так в Архангельске завелась торговля, и установилась великая дружба, столь долго продолжающаяся между этими двумя коронами, приносящая великую выгоду как одной, так и другой нации. А кавалер Уиллоби доплыл на своих двух кораблях до Лапландии, до гавани неподалеку от Кегора^[63], самой северной точки Лапландии. Там они увидели на суше огромное количество медведей, крупных ланей, лисиц и многих других зверей, которые были им неизвестны, но не встретили ни одного человека. Они оставались там неделю, в течение которой очень похолодало, и решили там зазимовать. Капитан отправил троих людей на восток-юго-восток, чтобы попытаться найти кого-нибудь; они шли три дня, но так никого и не встретили. Тогда он отправил других троих людей в западном направлении, но и они вернулись ни с чем. Наконец, он послал еще троих на юго-восток, но и они за три дня не встретили ни людей, ни жилищ. Оказавшись в ужасном одиночестве, они умерли от холода в тьме зимы, страшной в тех краях – в это время года нет никакого света, кроме того, что дает белизна снега. Но благодаря завещанию, найденному на одном из этих кораблей, теперь известно, что господин Уиллоби и большинство его людей были еще живы в январе следующего, 1554 года.

Комментарии: Два корабля, бывшие с Уиллоби, не смогли пройти Святой Нос: им помешали противные ветры в сочетании с мощным течением. Уиллоби предпочел повернуть назад и бросить якорь в бухте острова Нокуев перед устьем реки Варзина.

Кстати о «диких лопарях»

Рассказ, приводящийся ниже, извлечен из книги «О государстве русском» авторства Джайлса Флетчера, посла Елизаветы I Английской^[64]. Он побывал в России в 1588 году.

На северной стороне от России, близ Карелии, лежит Лапония, которая простирается в длину, начиная от самого дальнего пункта на севере (со стороны мыса Нордкап) до самой отдаленной части на юго-востоке (которую русские называют Святым Носом [Sweetnesse], а англичане мысом Благодати [Capegrace]), на 345 верст или миль. От Святого носа до Кандалакши [Candelox] через Варзугу [Versega] (как измеряется ширина этого края) расстояние 90 миль или около того. Вся страна наполнена озерами и горами, которые близ моря называются тундрами [Tondro], потому что все состоят из твердого и неровного камня; но внутренние части покрыты обильными лесами, растущими по горам, между коими лежат озера. Пища у них весьма скудная и простая: хлеба нет, и едят они лишь рыбу и дичь. Они подвластны русскому царю и двум королям, шведскому и датскому, которые все берут с них подать (как было замечено выше); но русский царь имеет самое значительное на них влияние и получает с них гораздо большую дань, нежели прочие. Полагают, что первоначально они названы лопарями [Lappes] по причине их краткой и отрывистой речи. Русские разделяют всех лопарей на два рода: одних называют лопарями мурманскими [Nowremanskoy Lapary], то есть норвежскими, потому что они держатся вероисповедания датчан, а датчан и норвежцев признают здесь за один и тот же народ. Других, не имеющих никакой веры и живущих дикарями и в язычестве, без всякого понятия о Боге, называют дикими лопарями [Dikoy Lopary].