Флот Римской империи - Честер Старр

Хотя в целом большое число моряков рекрутировалось из внутренних областей, триерархи происходили, насколько известно по их аттестации, из среды населения прибрежных районов. Двое из них прибыли из Далмации. Многие другие были выходцами с берегов Востока и говорили на греческом языке.[161]В правление Августа и Тиберия появляются триерархи, которые называли себя «Malchio Caesaris trierarchus». Ввиду того что раб Октавиана называл себя «ничтожеством Цезаря», Моммзен предположил, что этот Malchio с приятелями были рабами, но удачное обнаружение другой надписи показало, что наш конкретный Malchio был определенно отпущен Октавианом на свободу.[162]Во всех таких случаях родительный падеж Caesaris зависит от trierarchus и может рассматриваться как эквивалент quei militant Caesari, который появляется в посвящении Миндию Марцеллу. Эти триерархи-вольноотпущенники, вероятно, были моряками, обращенными в рабство во время гражданских войн, которых Октавиан отпустил на волю, чтобы удовлетворить все более острую нужду в офицерах для управления своим огромным флотом. Жена Malchio происходила из пресловутой Дафны у Антиохии, а его имя предполагает сирийское происхождение. Другой триерарх, Гелиос, явно выходец с Востока.[163]При Тиберии Антус, бывший раб из Ливии, стал триерархом флота Форума Юлия, а один из капитанов Клавдия во время его похода в Британию был вольноотпущенником Ti. Claudius Celeucus и, вероятно, происходил из Сирии. Последним из до сих пор известных вольноотпущенников был Ti. Claudius Zena из Перинфского флота при Домициане.[164]Эти последние примеры легче всего объясняются повышениями вольноотпущенников, пользовавшихся благосклонностью.

Триерархи-liberti, как и навархи-вольноотпущенники, являлись гражданами в результате получения вольной. Но в правление Клавдия многие капитаны были перегринами, которые получали гражданство только как награду после увольнения.[165]Очевидно, триерархи итальянских флотов никогда не располагали привилегиями навархов в смысле получения избирательных прав перед увольнением, если Домашевски не ошибается в том, что триерархи допускались к должностям центурионов по повелению Аврелия и Вера.[166]

Обычно должность триерарха занималась посредством продвижения снизу, хотя подтверждает такое продвижение одна-единственная надпись (VIII 21025). В данном случае триерарх поднялся с поста exactus (счетовода). Иногда повышение способного моряка осуществлялось довольно рано, так, один триерарх (VI 3911) умер в возрасте тридцати лет. С другой стороны, выдвижение на пост наварха было возможно лишь для весьма одаренных лиц. Обычно капитанов кораблей освобождали со своих постов с почестями после 26 лет службы, но по меньшей мере в I веке, когда государство не всегда отправляло своих ветеранов на пенсию в принятый срок, многие из них служили дольше. М. Плотий Павел состоял на флотской службе 29 лет. Некий Цельс из Мизенского флота поступил на службу в возрасте 17 лет и, очевидно, погиб при исполнении своих обязанностей в возрасте 60 лет.[167]

Об оплате триерарха можно сказать только то, что она уступала жалованью наварха, но надписи, посвященные триерархам, отражают статус более высокий, чем у обычного матроса. На колумбарии расходовались суммы в шесть и восемнадцать тысяч сестерциев. Каменные памятники с посвящениями встречаются у триерархов гораздо чаще, чем у матросов. Один триерарх вырезал на камне целую поэму, оплакивающую утрату сына, а другой безымянный капитан был, согласно версии, отцом юриста Пегаса, который стал консулом и praefectus urbi (префектом города) при Веспасиане.[168]Или если обратиться к менее эмоциональному, но более определенному свидетельству, то можно отметить, что Торкват, сын только что упомянутого Цельса, которого приняли в декурионы Мизенума и который был дуумвиром колонии до достижения возраста в 25 лет, убедительно доказывает наличие почетного статуса его отца-триерарха в конце I столетия после Рождества Христова.