Флот Римской империи - Честер Старр

После изучения эпиграфических свидетельств любая концепция о навархе как капитане корабля быстро рушится. Навархи никогда не ссылаются в своих памятниках на какой-нибудь корабль. Это делали порой триерархи. Они командовали небольшими отрядами кораблей. Навархи не замечены на таких постах.[139]В заключение опровержения тезиса о том, что навархи командовали судами более крупными, чем триремы, можно добавить еще один факт. Минимум пять из флотов провинций, в которых определенно не было квадрирем и квинкерем, имели навархов.[140]И наконец, в литературе имеется определенное замечание Галена: «Издавна они называли командиров трирем триерархами, но теперь они называют так командиров всякого корабля, даже если корабль не является триремой».[141]

Если наварх не был капитаном корабля, то он мог занимать только пост командира эскадры. У нас нет прямых доказательств того, что имперские флоты были разделены на эскадры, но до и после этого периода флоты, в общем, так делились. Эллинистические флоты и флоты поздней римской республики часто формировались на основе эскадры, в каждой из них числилось по шестьдесят кораблей. В византийском флоте дромоны объединялись по три – пять единиц под командованием комеса (comes) или наварха (nauarchos).[142]У Вегеция есть замечание, что имперские флоты делились на десять когорт под командованием десяти трибунов, и хотя это само по себе сомнительно, стоит учитывать, что командира эскадры в конце IV века, которого грек Зосима называет навархом, Аммиан Марцеллин называет трибуном.[143]Иначе, за словами Вегеция может стоять ссылка на командование навархом эскадрой. Фибигер полагает, что δεκανοι (командиры десятью кораблями) итальянского флота, которые посвятили надпись Луцию Веру в Августеуме Александрии, были навархами и что их эскадры насчитывали по десять кораблей. Это смелое предположение не может считаться доказанным, но в нем много привлекательного. Следует помнить, что Август посвятил Аполлону Акция десять кораблей и что подразделение из десяти судов упоминается повсюду.[144]

При Августе должности навархов и триерархов занимали в основном опытные греческие моряки, которые использовали родной и латинский язык в посвящении М. Миндию Марцеллу. Один из таких навархов, С. Нумизий Прим, поселился в Синопе, где стал жрецом культа Августа и занимал высшую муниципальную должность. Другой наварх, некий Селевк из Розоса в Северной Сирии, обнаружился недавно в его родном городе в длинной надписи на греческом языке. Она содержит несколько писем Августа, весьма похвально отзывающегося о преданном ему офицере.[145]Селевк, обеспечивший помилование Розосу сразу после битвы при Акции, служил во время противоборства с Секстом Помпеем в 36 году до н. э., видимо в качестве одного из моряков, одолженных Антонием Октавиану в соответствии с Тарентским договором (37 г. до н. э.). После сражения при Навлохе его наградили предоставлением римского гражданства с широкими привилегиями. Он продолжил службу Октавиану навархом во время битвы при Акции.

Хотя предоставление гражданства Селевку, а также Нумизию, возможно, стало результатом экстраординарных обстоятельств, весьма вероятно, что навархи с давних пор, в отличие от обыкновенных моряков, получали римское гражданство, пребывая еще на службе. Вопрос ясен в отношении liberti (вольноотпущенников), которые ранее служили навархами, поскольку вольноотпущенники обычно становились гражданами по получении вольной.[146]Что касается других, их имена являются в каждом случае римскими tria nomina (тремя именами), а дети навархов, рожденные во время его службы, становятся законными, но, как мы убедимся дальше, эти имена не являются точными показателями гражданства.[147]Однако случай с Селевком показывает, что свободные навархи могли получить избирательные права перед увольнением. Позднее, во всяком случае, навархи становились в целом римскими гражданами, поскольку Антонин Пий выдвигал их на более высокие должности центурионов.

Это свидетельствует о том, что пост наварха во многих отношениях сравним с постом центуриона. Каждый из них в соответствующих организациях формировал высокопоставленных офицеров, служивших постоянный срок, причем ни один из них не пересекал четко очерченную демаркационную линию между miles (солдатом) и всадником или сенаторским офицером. Наварх исчислял срок службы (stipendia) так же, как и обыкновенные моряки.[148]Надежды и мечты, вынашиваемые рекрутом в армии или во флоте, едва ли выходили за уровень этих должностей и даже доходили до него. На самом деле центурион мог в редких случаях дослужиться до преторианского центуриона и постепенно подняться, таким образом, до сословия всадников. Моряки же до правления Антонина Пия (137–161) не ожидали повышения за уровень наварха в любом виде службы.[149]Навархи и центурионы обычно уходили в отставку в своем звании, довольствуясь тем, что становились членами муниципальной аристократии в небольших городах.[150]