Викинги – люди саги. Жизнь и нравы - Аделаида Сванидзе

Выше всех среди местной знати, фактически равным малому королю, был ярл (ср. англ. «эрл»). О ярлах в сагах говорится не меньше, чем о конунгах. Исконно ярл — это «муж-воин», а затем это слово стало обозначать знатного и влиятельного правителя высокого ранга, обычно имевшего в своем подчинении область (позднее «землю»-ланд). Нередко он правил и всей страной^[1155]. В IX–XI вв. ярлы правили в Трёндалеге (Трандхейме), а на юге страны, в Упленде, правителей называли хёвдингами. Но ярлы, знакомые нам уже по «Песни о Риге», были аристократами скандинавского общества, будущими (с XIII в.) герцогами. Ярлы нередко возглавляли конфедерации племен, которые складывались в отдельные государства и уже начинали восприниматься как таковые. Особой известностью пользовался в сагах ярл Хладира Хакон, или Хакон Могучий сын Сигурда, который правил Норвегией в 974–995 гг. Он держал при себе нанятых в Швеции братьев-берсерков, которые бесчинствовали в округе, но обуздать их бондам «было не под силу»^[1156]. В конце концов Хакон был убит, но его должность унаследовал сын Эйрик (1000–1015).

Считается, что ярл — это синоним будущего (не ранее XIII в.) герцога. Во всяком случае, саги называют ярлами герцогов Нормандских и представляют их родичами норвежских правителей^[1157]. В XIII в. ярлы и в Швеции были фактически герцогами, этот титул, судя по «Хронике Эрика», позднее получали братья короля.

Ярлы упоминаются в источниках как весьма важные персоны. Знаменитый шведский ярл Биргер Магнуссон (1210–1266) правил Швецией при муже своей сестры, слабом Эрике Шепелявом; он основал Стокгольм, ввел ряд важных законов. Ярл Биргер был женат на Кристин дочери Никуласа (ум. 1254), внучке конунгов и племяннице правящей королевы, и являлся отцом основателя династии Биргерссонов-Фолькунгов короля Вальдемара. История ярла Биргера демонстрирует роль и те властные возможности, которые были у ярлов.

Ярлы, как и другие знатные люди, особенно находящиеся близко к правителю или, тем более, правящие сами, редко слезали с коня. Чаще всего они были во главе войска^[1158], выступая против соседних ярлов, а то и конунгов. Нередко и бонды помогали тому или иному «своему» ярлу против конунга^[1159]. Свой титул ярл зачастую наследовал, а после утверждения монархии формально получал его от местного или высшего конунга, но, как видно из истории с хладирскими ярлами, они и позднее могли передавать свою власть по наследству.

Ярлы были очень богатыми людьми, имели многочисленную дворню, массу домочадцев — от дружинников до лично зависимой и наемной прислуги; как правило, держали наложниц. Они распоряжались местными бондами, порой весьма своевольно. Некоторые из этих правителей позволяли себе безобразные выходки даже по отношению к знатным людям, допускали дикие нарушения обычаев.

Здесь стоит напомнить уже вкратце упоминавшуюся историю противостояния ярла Хакона и могущественного хёвдинга Орма, у которого ярл вознамерился отнять жену, прославленную красавицу. «Сага об Олаве сыне Трюггви» (гл. XLIV) об этом рассказывает следующее. Когда ярл Хакон «правил Норвегией», сначала все шло хорошо, так что «большую часть жизни бонды любили его». Но затем «ярл стал распутничать… доходило до того, что по его велению хватали дочерей почтенных людей и приводили к нему домой, он делил с ними ложе неделю или две, а затем отсылал домой». «Бонды стали сильно роптать, как жители Трёндалега имеют обыкновение роптать, если им что-либо не по нраву». И после истории с женой хёвдинга Орма возглавляемые хёвдингом «бонды создали рать», свергли правителя Хакона и сделали своим конунгом Олава сына Трюггви (995–1000)^[1160].

Другая причина недовольства ярлами со стороны бондов заключалась в том, что некоторые ярлы буквально душили бондов поборами. И хотя протесты народа на тингах вызывали обещания снизить подати, эти обещания редко сдерживали^[1161]. Кроме того, ярлы охотно скупали земли^[1162], что ставило в сложное положение местное население.