Машина Судного дня. Откровения разработчика плана ядерной войны - Дэниел Эллсберг

Хотя президент Картер, в отличие от Рейгана, прямо не прибегал к таким выражениям годом раньше в послании «О положении в стране», в котором он обнародовал свою «доктрину» для Ближнего Востока, в нем не было недостатка в ссылках на ядерную компоненту политики. На протяжении нескольких недель до и после оглашения послания Белый дом практически засыпал Вашингтон различными ток-шоу и газетными статьями с санкционированными утечками и разъяснениями позиции правительства, которые все без исключения несли послание о готовности президента использовать «любые необходимые средства, включая военную силу», чтобы остановить продвижение Советов в регион Персидского залива, иначе говоря, угрозу начать войну с применением тактического ядерного оружия.

Сразу после выступления Картера 23 января 1980 г. Ричарду Берту из газеты New York Times (впоследствии высокопоставленному чиновнику в администрации Рейгана) показали секретное исследование Пентагона, «самое чувствительное военное исследование региона, когда-либо проводившееся правительством», которое лежало в основе президентских предупреждений. Оно, по словам Берта, содержало вывод «о том, что американские силы не смогут остановить советский бросок в северный Иран и что Соединенные Штаты должны обязательно рассматривать использование “тактического” ядерного оружия в любом конфликте в том регионе». (Я хорошо помню со времен работы в корпорации RAND, что секретные военные игры, проводимые там в 1959–1960 гг., неизменно приносили именно такой результат.)

В 1979 г. это исследование в Пентагоне называли «Отчет Вулфовица». (Да, это тот самый Пол Вулфовиц. В то время, при президенте Картере, он был заместителем помощника министра обороны по региональным программам; позднее, в 2001–2005 гг. при президенте Джордже Буше-младшем, он занимал пост заместителя министра обороны и был идеологом и организатором вторжения в Ирак.) По имеющимся сведениям, в исследовании Вулфовица рассматривалась «доставка тактических ядерных боеголовок с помощью крылатых ракет^{302}, запускаемых с кораблей в Индийском океане».

Несмотря на все разговоры и риторику, на всю военную аналитику, планы и рекомендации, даже на все приготовления, перечисленные выше, в 1980 г. вопрос был один, тот же самый, что и прежде, и впоследствии: могут ли русские, может ли кто-нибудь, поверить в то, что президент Соединенных Штатов в случае необходимости действительно способен реализовать такие ядерные угрозы и, таким образом, принять перспективу в лучшем случае – если война неожиданно останется региональной – уничтожения местного населения вместе с войсками противника? Действительно ли американский президент может отдать приказ на такое кровопролитие?

Интерпретация смысла высказываний Картера для публики в течение недели после его выступления и ответы на такие вопросы входили в служебные функции Уильяма Дайесса, помощника госсекретаря по публичной информации. В одном из интереснейших телевизионных ток-шоу после ознакомления Берта с исследованием Пентагона Дайесс ответил на оба эти вопроса^{303} внятно и откровенно: