Машина Судного дня. Откровения разработчика плана ядерной войны - Дэниел Эллсберг

Военные стратеги в американском правительстве в действительности думают о ядерной войне постоянно на протяжении последних 72 лет: и не только или даже не столько в связи со сдерживанием или ответом на ядерный удар Советов по Соединенным Штатам, их вооруженным силам или союзникам. Приготовления и готовность начать ядерную войну «в случае необходимости» являются основой основ давней американской политики, заявлений в периоды кризисов и действий не только в Европе, но и в Азии и на Ближнем Востоке.

Представление, характерное практически для всех американцев, о том, что «ядерное оружие никогда не использовалось после Нагасаки», глубоко ошибочно. Американские ядерные арсеналы не просто наращивались годами, а потом лежали, не находя применения, если не считать удержания Советов от применения ядерного оружия против нас. Раз за разом, как правило, в секрете от американской публики, наше ядерное оружие использовалось для совершенно других целей.

Как я уже говорил, оно использовалось точно так же, как пистолет, который направляют на кого-то во время стычки, необязательно нажимая на курок. Для некоторых смысл использования пистолета – это получение возможности добиться своего, не нажимая на курок. Именно для этого он приобретается, именно для этого его держат заряженным и под рукой. Все американские президенты, начиная с Франклина Рузвельта, смотрят на ядерное оружие с этой позиции: с точки зрения возможности угрожать ядерным ударом, если определенные требования не будут выполнены.

Секретная с самого начала история этого периода^{269}, охватывающая не только холодную войну, показывает, что слова о законности президентского права на первое использование – права Америки первой нанести ядерный удар в случае эскалации конфликта с применением обычного оружия – являются не символическими и не риторическими. В действительности каждый президент от Трумэна до Клинтона чувствовал себя в праве в определенный момент – обычно в глубокой тайне от публики – угрожать и/или обсуждать с Объединенным комитетом начальников штабов планы и готовиться к возможному нанесению Соединенными Штатами тактического или стратегического ядерного удара в разгар текущего неядерного конфликта или кризиса.

Это общее утверждение кажется, я точно знаю, странным, ошеломляющим и, на первый взгляд, совершенно немыслимым. Чтобы немного развеять такое впечатление, я привожу ниже перечень наиболее достоверных ядерных кризисов, которые теперь можно подтвердить документами, относящимися к последней половине XX в. За ним следует обсуждение более близких к нам примеров ядерных угроз от Джорджа Буша-старшего до Дональда Трампа^[19].

1. Хиросима и Нагасаки, август 1945 г. (с угрозой продолжать бомбардировку до тех пор, пока Япония не капитулирует).

2. Размещение Трумэном бомбардировщиков B-29^{270}, официально характеризуемых как «способных нести ядерное оружие», на базах в Великобритании и Германии в самом начале блокады Берлина в июне 1948 г. (критически важный, с точки зрения администрации, шаг для того, чтобы не дать Советам установить воздушную блокаду).

3. Пресс-конференция Трумэна, на которой прозвучало предупреждение об активном рассмотрении вопроса применения ядерного оружия, 30 ноября 1950 г., в Корее после вступления Китая в войну.

4. Тайные угрозы Эйзенхауэра^{271} в адрес Китая с тем, чтобы заставить его поддержать урегулирование в Корее в 1953 г.

5. Секретное предложение госсекретаря Даллеса французскому министру иностранных дел Бидо^{272} двух (возможно, трех) тактических ядерных боеприпасов в 1954 г. для освобождения французских войск в Индокитае, попавших в окружение у города Дьенбьенфу.

6. Внутреннее согласие при Эйзенхауэре и Даллесе^{273} во время первого кризиса в Тайваньском проливе в сентябре 1954 г. – апреле 1955 г. относительно необходимости применения ядерного оружия в качестве последнего средства для защиты островов Цзиньмынь и Мацзу. Чтобы поставить Китай в известность об этом, в его адрес был сделан целый ряд заявлений, которые, по мнению Даллеса, и привели к разрешению кризиса.

7. «Дипломатическое использование бомбы»^{274} (выражение Никсона) для сдерживания односторонних действий Советов против Великобритании и Франции во время Суэцкого кризиса 1956 г.