Яхромский мост: Крах «Тайфуна» - Василий Карасев

Группа Катукова (1 гв. тбр, 17 тбр и 40 сбр) вышла в район Петровское»^[897].

В центре внимания обоих противников оставалось положение под Клином, где сражались 1-я УдА и 30-я А. В течение дня правый фланг последней несколько продвинулся вперед. «185 и 379 сд вели бой на рубеже Селиверстово Чист hiu Мох – Воздвиженское; 82 кд с приданными частями вышла в район Крутцы – Комлево»^[898].

В центре продвижение подвижной группы армии в направлении Теряевой Слободы проходило медленно. Поэтому главные события по-прежнему происходили непосредственно у Клина, где вновь сформированная накануне ударная группа 30-й А перешла в наступление.

В качестве главной задачи на этот день командармы Д.Д. Лелюшенко и В. И. Кузнецов получили от Г. К. Жукова следующее указание:

«1. Частью сил армий на ваших смежных флангах 13.12 завершить полное окружение немцев в районе Клина и пленить их.

2. Посредством самолетов, парламентеров, громкоговорителей немцам, находящимся в Клину, предложить сдачу, обещав им сохранение жизни. В противном случае истребить их до единого.

3. Исполнение под личную ответственность командармов»^[899].

Чтобы выполнить эту задачу, надо было перерезать последнюю дорогу, по которой противник проталкивал тылы частей, отходивших через Клин. Вновь в рассказе А. В. Егорова упоминаются Першутино и Борисово. За эти пункты уже велась борьба тремя днями ранее.

«На рассвете 13 декабря началась наша атака. По сигналу красной ракеты танки двинулись на деревню Стриглово. За танками пошли стрелковые подразделения. Хорошо вижу южную окраину Клина, окутанную черным дымом. Город горит во многих местах. В дыму мелькают вспышки выстрелов немецких орудий. Противник ведет непрерывный сильный артиллерийский и пулеметный огонь. Пехота засела в каменно-земляных укреплениях»^[900].

Естественно, спустя годы, автор воспоминаний не может воспроизвести точно последовательность событий в боях, которые продолжались в течение нескольких дней. Поэтому его рассказ оказался составленным из эпизодов, которые происходили совсем в другом порядке, и не только в этот день. Так, со своих исходных позиций севернее Голядей А. В. Егоров никак не мог видеть южную окраину Клина. Если бы он взглянул на карту перед тем, как написать эти строки, то переставил бы данный эпизод в конец рассказа. Ведь для того, чтобы подойти к Стриглову надо было преодолеть путь, который и описывается далее.

«Шоссейная и железная дороги, подходящие к Клину с юга и пересекающие полосу нашего наступления, пока находятся в руках гитлеровцев. Используя их, немцы все время создают нам угрозу с флангов, цепко держатся за дорожные насыпи и выемки.

И все же мы продвигаемся вперед. Капитан Гуменюк, повернув свои танки на юго-восток, пробивается к железнодорожной насыпи (речь идет не о линии Октябрьской железной дороги, как можно подумать, а о ветке идущей к Клину с запада – Прим. автора). Она стала местом ожесточенного боя. Несмотря на яростное сопротивление противника, танкисты вышли на линию железной дороги…

Танков у нас осталось мало. Это понимали все. Поэтому и действовать старались так, чтобы нанести врагу как можно больший урон и в то же время не оказаться для него легкой добычей»^[901].

Преодолев рубеж железнодорожной насыпи, наши танки оказались на дороге между Першутино и Высоковском: «Первым вышел на шоссе и развернулся на юго-восток танковый батальон капитана Гуменюка. Вскоре он перерезал дорогу у Лаврове. Навстречу ему из Клина выступила колонна фашистских танков. Гуменюк немедленно развернул батальон и открыл по врагу меткий огонь. Головные немецкие танки были подбиты, остальные повернули обратно. Преследуя отходившего противника, танкисты продвигались на Клин»^[902].

Штаб 1-й тд врага оценил силы прорвавшихся в 300 человек, поддержанных 19-ю танками. По его сведениям «К 16.10 враг продвинулся вперед до линии дороги Клин, Некрасино. Он наталкивается там на вытекающие на запад колонны 6-й тд и 14-й мтд, в том числе также отдельные транспортные средства 1-й тд. Это были почти исключительно грузовые автомобили снабжения, не имеющие боевой мощи, которые против танков, частично едущих по дороге бессильны. Команды покидают транспортные средства, русские большей частью разрушают их и грабят»^[903].

Противник указывает время получения донесения, а сам прорыв состоялся несколько раньше. По данным 21-й тбр «В 14.00 соединившись со 2 мсп действовавшим слева, бригада выходит через лес на Волоколамское шоссе и внезапной атакой, двигавшейся автоколонны из г. Клин на Высоковск (так в тексте – Прим. автора), уничтожает до 200 немцев, которые, бросив до 150–200 автомашин, пытались скрыться в лес. В этом же бою был подбит средний танк противника. Из состава немецкой автоколонны много машин осталось заведенными, но увести их в тыл не представлялось возможным. Путь выхода бригады на шоссе проходил через лес непроходимый для автомашин»^[904].

В 16.25 немцы подвели в Першутино для контратаки батальон бронетранспортеров Крита, которому было придано для борьбы против танков зенитное орудие калибром 8,8 см. В 18.10 Крит доложил, что пробился на запад до Тимонино и освободил дорогу. Однако в штабе дивизии сочли, что положение совсем не урегулировано. Видимо там полагали, что, поскольку батальон прорывался уже в темноте, то он мог и не обнаружить противника. Ведь, как стало известно в 17.00, советская пехота уже перешла дорогу и оказалась перед Селинским. Против этих войск был выдвинут 2-й батальон 2-го сп 2-й тд. Он атаковал в направлении Селинского, а затем на Борисово, и достигнув этого пункта перешел к обороне. Эта контратака немцев отражена в отчете 21-й танковой бригады: «К 16.00 противник из района Высоковск контратаковал наши части и часть из них заставил отойти в лес западнее Голяди, а часть подразделений (1 рота и половина 2роты 21МСПБ с взводом ПТО), находясь на шоссе у д. Першутино отразили контратаку пр-ка и организовали оборону по опушке леса, контролируя шоссе, возглавляли эту группу: к-р 1 роты лейтенант Сердяков и отсекр. партбюро политрук Безменов»^[905].