Уоррен Баффетт. Танцуя к богатству! - Кэрол Дж. Лумис

«Опасно скрещивать невежество и упорство».

Какие же остроты отпускал Чарли в этом году? Баффетт говорил о том, что его акционеры иногда инвестируют самостоятельно, и это отлично работает для многих. К чему Чарли добавил: «А для многих – не работает». Мангер раскритиковал аудиторов, сказав, что: «Они ничтожны. Они абсолютно продажны». Коррумпированные зарубежные правительства – это «правление воров». Широко известный автор бизнес-книг «страдает слабоумием». Что касается лагеря исполнительных директоров, Америка «экспортирует яд в Европу», говорит он. Бизнесу хедж-фондов и частных инвестиций необходима хорошая встряска в конце концов, а Уолл-стрит наполнена «ипподромными спекулянтами». И так далее. Но Мангер не просто называет всех шарлатанами. Многие его изречения – это примеры человеколюбия и истинной мудрости. «Мы с Уорреном избегаем делать то, что кто-то другой в Berkshire может сделать лучше, – говорит он мне. – Нельзя называть себя компетентным, если вы не знаете этой простой истины».

Накануне собрания Berkshire объявила, что за $4 миллиарда она купила 80 % компании Iscar – израильского производителя режущих инструментов (это первая покупка Berkshire за границей). В Iscar, по словам Мангера, он и его партнер нашли менеджмент с суперталантом и суперпринципиальностью. Я слышал, что Мангер, который обычно более скептичен к сделкам, чем Баффетт, с энтузиазмом отнесся к Iscar с самого начала и даже сильнее хотел заключить сделку, чем Баффетт. «А кто бы не захотел?» – говорит Мангер.

Меня всегда удивляло в Berkshire, Баффетте и Мангере то, что они одновременно и ведут бизнес, и занимаются искусством инвестирования. Я нахожу это очень сложным и запутанным делом, хотя кажется оно очень простым. Berkshire в бизнесе основывается на самых простых предсказаниях», – объясняет Мангер. Если сделка выглядит слишком сложной, партнеры просто не рассматривают ее. Но высказывание Мангера, которое я по-настоящему запомнил лучше всего со встречи этого года: «Мы морально ответственны за то, чтобы быть рациональными», – говорит он. Подумайте над этим минутку. Вы когда-нибудь слышали, чтобы бизнес-лидер описывал свои обязанности таким образом? Существует причина, по которой есть только одна компания Berkshire Hathaway и только один Уоррен Баффетт. И один Чарли Мангер тоже.

29 мая 2006 года

Эндрю Сервер

Баффетт поддерживает GM – и покупает Cadillac

Уоррен Баффетт – далеко не из тех людей, которым всегда нужно иметь самую роскошную побрякушку в районе. В конце концов, это миллиардер, который любит продукты Dairy Queen. И его ежедневная поездка на работу занимает только пять минут. Но после того, как он увидел Рика Вагонера, председателя и исполнительного директора General Motors, в программе Face the Nation канала CBS в начале апреля, Баффетт решил, что пришло время приобрести новый крутой автомобиль. Он отправил по факсу Вагонеру сообщение, в котором похвалил его за «искренность, сдержанность и рациональность» в обсуждении проблем, с которыми столкнулся GM, хоть он и не был тому виной. Баффетт добавил постскриптум: «Я не слишком часто покупаю машины, но следующей будет Cadillac. Вагонер написал в ответ, предложив Баффетту помощь с покупкой, но это было не обязательно. Баффетт отправил свою дочь к ближайшему дилеру, чтобы, по его словам, отдать «один голос за парня». Она выбрала Cadillac DTS – седан, модель, которую предпочитают пожилые водители и цена которой начинается с $41,9 тысячи. «Я думаю, что стану продавать машины, потому что у меня не будет проблем продать эту машину кому угодно, – говорит Баффетт. – Я на 100 % поддерживаю GM. Если вам интересно, он заплатил наличными».

29 мая 2006 года

Алекс Тэйлор III

На премьере документального фильма «Стать Уорреном Баффеттом» в Нью-Йоркском музее современного искусства. 19 января 2017 г.

Появление филантропа

В начале мая 2006 года я зашла в офис нашего главного редактора, Эрика Пурли, закрыла дверь и сказала, что у него есть шанс напечатать сенсационную историю. «Как ты знаешь, – начала я с общих фраз, – Уоррен Баффетт всегда говорил, что большая часть его состояния пойдет на благотворительность, но никогда не рассказывал о планах, как собирается это сделать. В июне он решил объявить, что начнет делать пожертвования на благотворительность уже сейчас. Его деньги постепенно будут уходить в пять фондов, и самым крупным получателем будет фонд Гейтса. Fortune может, взяв у него интервью, написать статью, в которой расскажет об этом, если нам это интересно».

Эрик выглядел ошеломленным и через долю секунды заявил: «Да, это интересно». Без сомнения, сразу решив, что это станет темой номера, он тут же распорядился позвонить Грэгу Понду, начальнику нашего отдела фотографии. Когда приехал Грэг, Эрик попросил меня повторить новости. Я начала изложение, и когда добралась до упоминания о том, куда уйдут деньги, Эрик перебил меня и сказал голосом, который определенно было слышно за закрытой дверью офиса: «И он отдает Биллу Гейтсу!»

«Вы не достигнете успеха в инвестициях, если не будете мыслить независимо».

Баффетт хотел сделать заявление в конце июня, и мы определили статью в выпуск от 23 июня. Но статья не попала в предварительный перечень, который составляется для каждого номера и обычно проходит через руки всего персонала. Вместо этого наша небольшая команда держала все в секрете, в то же время поддерживая нормальную работу журнала: создавались, писались и редактировались статьи; даже фотограф точно не знал, к какой именно истории нужно подобрать фотографию на обложку; лишь наш арт-директор, посвященный в эту тайну, создал дизайн страниц и обложки.

Это можно считать небольшим чудом – нам удалось держать эту историю в абсолютном секрете, даже от сотрудников, больше месяца. Только за несколько дней до публикации какой-то догадливый ум спросил на нашем утреннем собрании: «Может быть, есть статья в этом номере, о которой мы не знаем?» Эрик Пурли сказал, что так оно и есть, и отсутствие дальнейших вопросов будет поощряться. И, когда команда Fortune по связям с общественностью выпустила длинный пресс-релиз в воскресенье, 25 июня, в котором сообщались новости, это был абсолютный сюрприз для всего мира (и даже для большей части персонала издательства).

Баффетт сделал свои первые пожертвования в пять фондов в августе 2006 года и продолжал каждое лето. Считая все пожертвования, которые были сделаны вплоть до 2012 года, он внес $13,3 миллиарда в пять организаций. Из этого числа $11 миллиардов пошли в фонд Билла и Мелинды Гейтс; $1,1 миллиарда в фонд Сьюзан Томпсон Баффетт; и $1,2 миллиарда – а именно около $400 миллионов каждый – в фонды под управлением троих его детей.