Немного ненависти - Джо Аберкромби

– Приказ к атаке, ваше высочество?

– К атаке, полковник Форест? – Орсо не винил этого человека; в конце концов, насилие составляет самую суть работы профессионального солдата. Однако степень ограниченности его воображения становилась все более явной. – Кого здесь атаковать? Сам город является для нас ресурсом, а не противником. Что до жителей, мы не имеем никакого представления, кто из них добрый подданный, а кто изменник. Кто бунтовщик, а кто заложник. Воевать с собственными гражданами… это может произвести ужасное впечатление. Таким образом мы породим больше бунтовщиков, чем убьем.

Орсо снова вгляделся через подзорную трубу в направлении Вальбека. Он мог различить крошечные здания и башни, булавочные дымовые трубы – и поднимающиеся над несчастным городом черные колонны дыма, которые, как он боялся, говорили о разрушении, а вовсе не о промышленной деятельности.

Как бы было здорово отдать приказ к блистательной атаке! Предать мятежников мечу, прочесать весь город дом за домом, пока он не отыщет Савин. Подхватить ее к себе в седло, яростно расцеловать и все такое прочее, к ее величайшему восторгу. В които веки оказаться тем, кто спешит на выручку ей, а не наоборот. Но Орсо знал, что ему следует отложить детские истории подальше и хорошенько подумать.

Савин была выносливой – гораздо выносливее, чем он. И изобретательной – гораздо изобретательнее, чем он. Больше всего шансов и для нее, и для всех других, окажется, если он будет продвигаться вперед медленно, осторожно и очень, очень занудно.

Он надул щеки и выпустил воздух, чувствуя, как щекочут щеки зачатки бороды – он надеялся, что она придаст ему более воинственный вид, но подозревал, что это может оказаться еще одной из его многочисленных ошибок.

– Атаковать город при помощи армии – все равно что есть горох мечом, – провозгласил Орсо. – Неудобно, некрасиво, и к тому же большая вероятность ткнуть самого себя в лицо. Нам необходимо действовать осмотрительно. Спокойно. Твердая, но надежная рука власти. Нужно быть взрослыми людьми.

«В кои-то веки», – добавил он про себя.

Орсо с решительным щелчком сложил подзорную трубу. Выглядеть решительным жизненно необходимо, в особенности когда ты не имеешь ни малейшего представления о том, что делаешь. Конечно, он всю жизнь только и делал, что импровизировал, но никогда прежде судьбы тысяч других людей не зависели настолько прямо от его абсолютного неведения. Впрочем, может быть, это и делает человека героем: невероятная самонадеянность, позволяющая ему танцевать на краю катастрофы и даже не думать о возможности сорваться вниз.

– Окружите город, – приказал он, задумчиво постукивая по ладони сложенной подзорной трубой и окидывая взглядом поля вокруг Вальбека. – Разместите наши пушки так, чтобы их было хорошо видно, но ни в коем случае не пускайте в ход. Перекройте все входы и выходы, отрежьте все линии снабжения, чтобы у них не осталось ни малейшего сомнения, что мы владеем ситуацией.

– А потом? – спросил Форест.

– Потом разыщите тех, кто возглавляет мятежников, и… – Орсо пожал плечами. – Пригласите их на переговоры.

– Всякая война – лишь прелюдия к разговору, – раздался рядом чей-то голос.

Неподалеку стоял человек в опрятной гражданской одежде. Человек, которого Орсо, насколько он мог вспомнить, ни разу не видел прежде. Ничем не примечательный человек с курчавыми волосами и длинной палкой в одной руке. Он улыбнулся Орсо:

– Мой господин всецело одобрил бы действия вашего высочества.

Будучи кронпринцем, Орсо давно привык к тому, что не помнит девять из десяти людей, с которыми его знакомят, а также к тому, что совершенно незнакомые люди суют нос в его дела, поэтому он ответил с предельной вежливостью:

– Прошу прощения, но я не уверен, что мы встречались прежде, господин…?

– Это Йору Сульфур, – подсказал наставник Пайк. – Член ордена магов.