Город праха - Кассандра Клэр

– Я думал, ты пробудешь с Идрисе всего пару дней, – сказал Саймон, в замешательстве глядя на кучу вещей.

– Ну да, просто я не представлю, что брать с собой. У меня нет ни юбок, ни платьев. А вдруг в Идрисе женщинам нельзя ходить в брюках?

– Это еще почему? Ты отправляешься в другую страну, а не в другой век.

– Но Сумеречные охотники такие старомодные… А Изабель всегда ходит в платьях. – Клэри вздохнула. – Ладно, это все неважно. На самом деле я нервничаю по поводу маминого состояния, а волнения из-за гардероба – просто попытка переключиться на что-нибудь другое. Лучше расскажи, как у тебя дела. Как репетиция? Название группе придумали?

– Репетиция нормально, – отозвался Саймон, усевшись на стол. – Думаем сменить девиз. Что-нибудь такое, с иронией – вроде «Нас видели миллионы, и восемьдесят процентов из них поражены в самую пятку».

– А ты рассказал Эрику и остальным?

– Про то, что я вампир? Нет. Такую новость сложно ввернуть в разговор.

– Они же твои друзья! Тебе стоило бы рассказать им. Они наверняка воспримут это с энтузиазмом. Станешь для них настоящим рок-идолом, прямо как вампир Лестер.

– Лестат, – поправил Саймон. – Вампир Лестат. И он вымышленный. И вообще, что-то я не заметил, чтобы ты спешила рассказать всем друзьям, что ты нефилим.

– Каким друзьям? – спросила Клэри, сев на кровать. – Ты мой друг. И я тебе рассказала.

– У тебя не было выбора. – Саймон рассматривал ее, склонив голову набок. Свет прикроватной лампы отражался в его глазах, делая их серебристыми. – Мне будет тебя не хватать.

– Мне тебя тоже, – сказала Клэри, хотя у нее уже мурашки бегали от нетерпения.

Она так волновалась в предвкушении этого путешествия, что совсем не могла сосредоточиться – ее сердце пело. Я отправляюсь в Идрис! Я увижу родину нефилимов и Город стекла! Я спасу маму!

И я буду рядом с Джейсом!

Глаза у Саймона вспыхнули, словно он прочел ее мысли, но голос его звучал спокойно:

– Напомни, а зачем тебе вообще нужно в Идрис? Разве Мадлен и Люк не справятся без тебя?

– Заклятие, которым воспользовалась мама, дал ей маг по имени Рагнор Фелл. Надо найти его и выяснить, как снять заклятие. Но Рагнор Фелл не знает Мадлен и не захочет говорить с ней. Она надеется, что мне он поверит, потому что я очень похожа на маму. А Люк с нами не пойдет. Он сможет находиться Идрисе, но ему запрещен вход в Аликанте без разрешения Конклава. Ему такого разрешения не дадут. Лучше даже не напоминай ему. Он очень не хочет отпускать меня одну. И не пустил бы, если бы не был знаком с Мадлен.

– Но ведь Лайтвуды тоже будут там. И Джейс. Они тебе помогут. В смысле, Джейс же обещал тебе помочь? Он не против того, чтобы ты отправилась в Идрис вместе с ними?

– Конечно, он поможет мне, – сказала Клэри и соврала: – Он совсем не против.

Клэри побежала в Институт сразу после той встречи с Мадлен. Джейсу она поведала о маминой тайне раньше всех, даже раньше Люка. Она рассказывала ему, как собирается спасти маму, а он стоял и смотрел на Клэри, становясь все бледнее и бледнее, как будто каждым словом она беспощадно выжимала из него кровь по капле.

– Ты никуда не поедешь, – заявил он, как только она умолкла. – Ты не поедешь в Идрис, даже если мне придется связать тебя и держать, пока ты не откажешься от этой бредовой идеи.

Для Клэри это стало настоящей пощечиной. Она-то думала, что Джейс обрадуется. Она бежала сломя голову всю дорогу от больницы до Института, спеша поделиться с ним этой новостью, а он теперь стоит в дверях и смотрит на нее мрачно, как смерть.

– Но ты же едешь!

– Да, вместе с Лайтвудами. Мы обязаны поехать. Конклав собирает всех Охотников, кто может покинуть свой пост, на всеобщий Совет в Идрисе. Та м будет решаться, что теперь делать с Валентином, а поскольку мы последние, кто его видел…

Клэри не дослушала.

– Тогда почему я не могу поехать с тобой?

Прямота вопроса разозлила его еще больше.

– Потому что тебе опасно там находиться.

– А здесь, значит, безопасно?! За последний месяц я раз десять чуть не погибла, именно здесь, в Нью-Йорке!

– Это потому, что здесь были два Орудия смерти, которые интересовали Валентина, – процедил Джейс сквозь зубы. – Теперь он обратит взоры на Идрис, мы это точно знаем…

– Да, в этом мы уверены как ни в чем другом, – вмешалась Мариза, выходя на свет.

Все это время она стояла в тени бокового коридора, и ни Джейс, ни Клэри ее не заметили. Теперь яркие лампы осветили ее изможденное лицо. Муж Маризы, Роберт Лайтвуд, получил серьезный ожог ядом демона в битве на корабле Валентина и теперь нуждался в постоянном уходе.

– Конклав желает видеть Клариссу. Ты прекрасно знаешь об этом, Джейс.

– Конклав перетопчется!

– Джейс! – возмущенно воскликнула Мариза совсем «родительским» тоном. – Манеры!

– Я хочу сказать, – поправился Джейс, – что на этот раз Конклав вряд ли получит желаемое.

Мариза бросила на него многозначительный взгляд – они с Джейсом уже явно обсуждали этот вопрос и не пришли к согласию.

– Конклав может быть прав, Джейс. Вполне понятно, что они хотят поговорить с Клэри – после всего, что она пережила. Она может рассказать им…

– Я и сам могу рассказать им все, что они хотят знать, – отрезал Джейс.

Мариза вздохнула и обратила взгляд своих голубых глаз на Клэри:

– А ты сама хочешь ехать в Идрис, я правильно понимаю?

– Всего на несколько дней. Я не доставлю вам никаких неприятностей, честное слово, – умоляюще сказала Клэри, не обращая внимание на разъяренный взгляд Джейса.

– Дело не в этом. Согласна ли ты предстать перед Конклавом? Если нет, вполне возможно, что нам не разрешат взять тебя с собой.

– Нет, она не… – начал Джейс.

– Я согласна, – быстро сказала Клэри.

Однако от одной мысли об этом у нее мороз шел по коже. Пока Клэри приходилось иметь дело только с одним представителем Конклава – Инквизитором, и эта женщина была не самой приятной собеседницей.

– Значит, решено, – сказала Мариза, массируя себе виски. Сейчас она напоминала перетянутую скрипичную струну, готовую в любой момент лонуть. —

Джейс, проводи Клэри и приходи в библиотеку: мне надо поговорить с тобой.

И она растворилась в тенях, даже не попрощавшись. Клэри смотрела ей вслед, чувствуя себя так, будто ее окатили ледяной водой. Алек с Изабель явно очень любили мать, и Клэри не сомневалась, что Мариза в целом хороший человек, но приветливостью и гостеприимством она не отличалась.

Джейс сжал губы:

– Ну что, довольна?