Город праха - Кассандра Клэр

Холодильнику Люка была устроена ревизия. Саймон рылся в его недрах и перечислял:

– Апельсиновый сок, патока, яйца – правда, просроченные… А это что?.. Похоже, зеленый салат.

– Какой еще салат? – Клэри заглянула ему через плечо и скривилась: – Фу… Нет, это бывшая моцарелла.

Саймон содрогнулся и захлопнул дверцу холодильника:

– Может, пиццу закажем?

– Уже заказал, – сообщил Люк, входя в кухню с беспроводным телефоном в руке. – Большую вегетарианскую и три кока-колы. И еще я позвонил в больницу, там никаких изменений.

Вздохнув, Клэри присела на деревянный кухонный стол. Обычно Люк поддерживал в доме идеальную чистоту, но сейчас стол загромождали груды нераспечатанных конвертов и грязной посуды. На спинке стула висел зеленый спортивный костюм. Клэри подумала, что неплохо бы помочь убраться, однако силы у нее просто иссякли. Кухня Люка не отличалась выдающимися размерами и ухоженностью – он вообще был не любитель готовить. Полочка для специй над старенькой газовой плитой использовалась не по назначению – вместо пряностей на ней хранились банки с чаем и кофе. Люк сгреб со стола грязные тарелки и свалил их в раковину.

– Все нормально? – шепотом спросил Саймон, усевшись рядом с Клэри.

– Да, конечно. – Клэри постаралась улыбнуться. – Я не надеялась, что мама сегодня очнется. У меня такое чувство, что она чего-то ждет. Или… кого-то. – Клэри украдкой взглянула на Люка, но он сосредоточенно тер губкой засохшие тарелки и вроде бы ничего не слышал.

Саймон непонимающе посмотрел на нее и пожал плечами:

– Разговор в Институте был не из приятных?

Клэри поежилась:

– У Изабель и Алека очень грозная мама.

– Из головы вылетело, как ее зовут-то?

– Мариза.

– Одно из старых имен, принятых у Сумеречных охотников, – пояснил Люк, вытирая руки.

– И Джейс решил остаться и ждать Инквизитора? Не захотел уйти?

– У него не оставалось выбора, – сказал Люк. – Уйти значило бы покинуть ряды нефилимов, а это для него равноценно отказу от самого себя. Мне приходилось встречать таких же убежденных Охотников, как он, – еще тогда, в Идрисе. Ему подобных милосерднее убить, чем…

В дверь позвонили. Люк отложил полотенце и пошел открывать. Как только он вышел из кухни, Саймон проговорил:

– Не могу свыкнуться с мыслью, что Люк когда-то был Сумеречным охотником. Легче смириться с тем, что он оборотень.

– Почему?

Саймон пожал плечами:

– Про оборотней я слышал и раньше. Подумаешь, раз в месяц перекидываются в волка, с кем не бывает… А Охотники – прямо-таки секта.

– Какая еще секта?! – возмутилась Клэри.

– Самая настоящая. Они не представляют для себя иной жизни. Зовут нас примитивными – тоже мне, высшая раса! У них нет нормальных, обычных друзей, им не смешно то, над чем смеялись бы мы, они презирают нас. – Саймон вытянул ногу и поправил штанину с модной дырой на колене. – Я, кстати, сегодня завел знакомство среди оборотней.

– Неужто зашел потрепаться со Стремным Питом в «Охотничьей луне»?

В груди возникла странная пустота… Клэри решила, что просто сегодня перенервничала.

– Нет, я встретил там девушку, – сказал Саймон. – Примерно наша ровесница. Зовут Майя.

– Майя? – переспросил Люк, появившийся в дверях с коробкой пиццы наперевес.

Из коробки тянуло восхитительным ароматом горячего теста, томатного соуса и расплавленного сыра. Клэри почувствовала, что умирает с голоду, и ухватила кусок пиццы сразу же, как только коробка оказалась на столе. Люк даже не успел передать ей тарелку и только с улыбкой покачал головой.

– Она из твоей стаи? – поинтересовался Саймон, вытаскивая из коробки обжигающий ломоть.

– Да, – ответил Люк. – Хорошая девчонка. Иногда остается в моей книжной лавке, пока я в больнице, и охотно берет плату книгами.

– У тебя нет денег? – осторожно спросил Саймон.

– Никогда их не ценил. – Люк пожал плечами. – А стая со своими финансами разбирается самостоятельно.

– Мама всегда говорила, что продаст папины акции, если будут кончаться деньги, – сказала Клэри. – Только выяснилось, что мой отец – совсем другой человек… И вряд ли у Валентина были какие-то акции.

– Джослин понемногу распродавала свои драгоценности, – сообщил Люк. – От Валентина ей остались некоторые фамильные украшения Моргенштернов. Любая безделица могла принести серьезные деньги, если пустить с молотка.

– Надеюсь, она нашла какое-то утешение, распродав собственность Валентина, – сказал Саймон, потянувшись за третьим куском пиццы.

Клэри в очередной раз поразилась тому, сколько парни ее возраста способны слопать, не заработав заворот кишок и даже не растолстев.

– Не странно было повстречать Маризу Лайтвуд после стольких лет? – спросила она Люка.

– Мариза не сильно изменилась. Как ни удивительно, сейчас она больше похожа на себя, чем когда-либо.

Клэри вспомнила стройную девушку со вздернутым подбородком на фотографии, виденной когда-то у Ходжа, и подумала, что Люк, пожалуй, прав.

– Она и правда надеялась, что ты умер? – спросила Клэри.

– Да, – улыбнулся Люк. – Не то чтобы из ненависти… Просто всем было бы спокойнее и удобнее, если бы я умер. По крайней мере, никто не думал, что я выживу, да еще сделаюсь вожаком стаи в центре Манхэттена. Работа Охотников – сохранять хрупкий мир с нежитью. А тут вдруг появляюсь я, с немалой обидой на Конклав и наверняка с целой грудой камней за пазухой. Конечно, они будут ждать от меня какой-нибудь выходки.

– А от вас стоит ждать выходки? – спросил Саймон.

Пицца кончилась, и он, не глядя, стащил лежащую перед Клэри обгрызенную корку.

– Почтенные обыватели вроде меня не устраивают «выходок». Это несолидно.

– Почтенные обыватели не превращаются раз в месяц в волков, – заметила Клэри, – и не охотятся под полной луной.

– Могло быть и хуже, – пожал плечами Люк. – Некоторые с приближением старости начинают швыряться деньгами, приобретать спортивные автомобили и спать с фотомоделями.

– Вам всего тридцать восемь, – напомнил Саймон. – Какая еще старость?

– Спасибо, очень мило с твоей стороны. – Люк с надеждой заглянул в опустевшую коробку и тяжело вздохнул. – Жаль только, что ты слопал пиццу.

– Всего-то пять кусочков съел! – возмутился Саймон.

– А сколько вообще кусочков в пицце, умник? – поинтересовалась Клэри.

– Меньше пяти кусочков – это даже не серьезно. Так, перекус! – серьезно сказал Саймон, раскачиваясь на стуле, и с опаской покосился на Люка. – Теперь вы обратитесь волком и сожрете меня?