Плоды свободы - Яна Горшкова

– Янамарская к-коллекция живописи одна из самых богатых в Файристе.

«Меллинтан! Я, кажется, начала заикаться!» – ужаснулась княжна.

Теперь-то она точно знала, что Джойана Алэйя по-настоящему любила несчастного одержимого Аластара. Другой причины двадцать лет оставаться только невестой Вилдайра Эмриса у женщины быть не может.

«Отбить его у шурианки, что ли? – лихорадочно думалось Сине. – Или самой напроситься в четвертые жены. О, какая же я дура!»

– Полагаю, наш долг состоит в том, чтобы не допустить ее гибели, всей этой красоты, – мурлыкнул Священный Князь, покидая кресло. Право, не рассиживаться же ему, когда благородная дева стоит! Здесь, на фоне всех этих древних графских портретов, самое место припомнить о старинной куртуазности, почти забытой в сей пропащий век!

– Помимо всего прочего, мы должны сберечь и наследие ушедших, – он тоже прошелся вдоль череды картин, как перед строем, и украдкой подмигнул роскошному портрету собственной Священной Невесты, неодобрительно на него косившемуся. Шуриа иногда рассказывала про предков. И про то, как те поглядывают со стен на потомков, – тоже. Необузданное воображение дочери Глэнны наделило каждого из обитателей галереи своими особенными привычками: кто-то щурился, кто-то ухмылялся в усы, а кое-кто и брови супил сурово. Вот как сейчас.

«Тише, тише, почтенные, – мысленно усмехнулся Вилдайр. – Я вовсе не собираюсь умыкать девицу. Пока. Увести у Эска еще одну женщину вот так сразу – это чересчур».

Однако ученую деву пора спасать, пока она не сбежала в библиотеку, чтоб сменить свои математические трактаты на парочку ролфийских романов о Деспоте с Островов.

– Как вы считаете, миледи, появится ли однажды изобретение, способное запечатлеть облик человека в точности, так, словно бы остановив мгновение?

Боги! С каким же нескрываемым облегчением Сина оседлала своего излюбленного «конька» – науку:

– О да! Я знаю – в Амалерском и Ициарском университетах проводятся опыты с восстановлением солей серебра. Очень любопытные результаты получаются.

– Увы, подобные опыты – это забава мирного времени. Хотя представьте, сколь велико будет утешение для матери и жены, если у них останется хотя бы облик ушедшего в бой солдата… – заметил князь: – Но сейчас мы более озабочены проблемами связи. Проводной телеграф – слыхали вы об этом? У меня есть один инженер-полковник, который вот уже три года экспериментирует при Механических мастерских Генштаба. Результаты обнадеживают.

Отчаянно хотелось немедленно похвалиться своими достижениями, и Сине стоило неимоверных, нечеловеческих усилий напомнить себе, что ее опыты прежде всего государственный секрет Файриста, а только потом предмет гордости, которым можно произвести впечатление на этого потрясающего мужчину.

– Боюсь, что мои личные разработки в этой области существенно опередят ролфийские, – не удержалась она и похвасталась. – По моим данным, еще никто не зашел так далеко, как мы.

Вилдайр показал клыки в усмешке и вкрадчиво молвил:

– Как знать, как знать… Возможно, вам стоит посетить Ролэнси, моя леди. Нанести визит вашей сестре – леди Рэймси, погостить в столице, а заодно – побеседовать с моим инженер-полковником. О науке и ее достижениях. Он не станет жадничать и поделится своими успехами, я уверен.

Княжна ответила ослепительной улыбкой и сиянием глаз.

«Теперь, мой дорогой «дядюшка», я скорее умру, чем откажусь от поездки, уверяю тебя, Волк Архипелага»

– Обязательно! – прощебетала девушка. – Я давно хочу посетить ваши удивительные острова, вашу вотчину, мой лорд. И Мирари регулярно зовет. Так значит, вы меня официально приглашаете?

Сина даже не подозревала, что умеет так рискованно флиртовать с мужчиной. Она кокетничала вовсю, искушая и дразня собеседника, как никогда прежде в своей жизни. И сама не верила ни ушам своим, ни телу.

«Как? Эта влюбленная по уши, очарованная и покоренная девица – я? Та самая, которая строит глазки волку, – это снова я? Не верю!»

«Осторожней, девушка! Еще немного – и я передумаю тебя спасать! Не то чтобы мне прямо сейчас нужна была четвертая княгиня, но ты все же поосторожней, милая дева. Зачем же так настойчиво дергать волка за уши? А ну как цапну?»

– Со всей официальностью приглашаю, княжна. Уверяю, вы будете приятно поражены нашим ролфийским гостеприимством и радушием, – улыбка Священного Князя стала еще шире и лучилась обещаниями. – Ваша сестра, к примеру, не была разочарована.

И так он это сказал, так посмотрел, что у бедняжки княжны дыхание остановилось. А когда Вилдайр ловко сцапал девичью ладошку и поцеловал Сине ручку, она чуть не лишилась чувств.

– Приятного всем вечера! Добрый день, милорд.

Это в столовую первым вошел Рамман Никэйн – хозяин дома. За ним следовали Идгард и Аластар.

Сцена, чьим свидетелем стал старший Эск, напомнила ему события четвертьвековой давности на борту «Княгини Лэнсилэйн». Один в один все повторилось: Священный Князь целует пальчики ошалевшей от впечатлений женщины.

Аластар мгновенно оценил обстановку и весь подобрался:

– Я рад, что вы нашли общий язык с моей младшей дочерью, Вилдайр.

– Аластар! – радостно оскалил зубы ролфи. – Примите мое восхищение: ваша дочь – просто сокровище! – И, насладившись небольшой паузой, уточнил: – Кладезь знаний и эрудиции. Весьма признателен, что вы дали мне возможность оценить прелесть общения с княжной столь приватно.

«Ты всегда появляешься вовремя, желтоглазый, не так ли?» – веселый прищур Вилдайра яснее всяких слов говорил о том, что он тоже все прекрасно помнит. Но показывать сопернику язык Хозяин Архипелага не стал. Хотя очень хотелось.

«Хоть в страну его не пускай, честное слово! Стоит оставить наедине, и – пожалуйста, еще одна трепещет и грезит наяву. О, женщины! О, легкомысленные создания, что же вам неймется-то?! Что вы все в нем находите, в этом сером волке, а?» – скрипнул зубами Аластар, понимая, что снова безнадежно опоздал. Сина прямолинейна, на ней огромными буквами написано на всех человеческих языках «Хочу этого или точно такого же!». С одной стороны – наконец-то дочь влюбилась. Но не в Вилдайра же Эмриса, пес всех раздери!

Эск оглянулся на сыновей, которые по неопытности своей так и не поняли, что происходит.

– Что ж, раз все присутствующие настроены столь благодушно и миролюбиво, самое время начать наш непростой разговор. Присаживайтесь, господа и… дамы, присаживайтесь. Сейчас хозяин этого дома прикажет слугам принести побольше свечей, и приступим.

Не говорил, а ворковал, усыпляя внимание Идгарда и Раммана. Незачем им знать сердечные секреты Сины.

– Нам и так хватит света, – резко отрезал Рамман.

Из чистого упрямства, надо полагать. Мол, нечего в чужом доме командовать.

– Как вам будет угодно, граф, – процедил сквозь зубы Эск. – Или как к вам теперь обращаться?