Дракон мелового периода - Анна Гурова

Глядя на виноватое лицо Эзергили, я внезапно разозлилась. Да что это такое? Издевается она надо мной, что ли? Собирается меня бросить здесь, можно сказать, на последнем рубеже?

– Ты сильно изменилась. – сдерживая гнев, сказала я. – Мне больше нравилась прежняя Эзергиль. Она была веселая, всегда помогала мне и ничего не боялась. А ты настоящая трусиха и нытик. Никакого толку от тебя нет, одна обуза.

– Да, я изменилась, к сожалению. – печально согласилась Эзергаль. – Трудно этого не заметить. И трудно не измениться после того, как попадешь в рабство и будешь вынуждена делать такие вещи, о которых потом не хочется даже вспоминать.

– Но теперь ты не в рабстве. – возразила я. – Я тебя освободила. И не хочу, чтобы ты осталась таким унылым призраком.

– Это не от тебя зависит. – вздохнула Эзергиль.

– Давай это обсудим потом. Сейчас перед нами конкретная задача – пройти через это чертово поле, написать нужные руны и вылезти из этого мира, пока сюда не явился Хохланд. Через поле-то я, допустим, пройду сама, но писать руны будешь ты, потому что я в этом ни фига не разбираюсь, и если ты со мной не пойдешь, то это будет самое натуральное предательство.

– Я же сказала – я не могу...

– Ах так? Тогда придется обойтись без твоего согласия! – рявкнула я и отдала приказ синему шару. Эзергиль исчезла, и я осталась наедине с шепчущим полем.

«Сама мне потом спасибо скажешь». – мысленно сказала я Эзергили и ступила на тропинку.

Как и предупреждала Эзергиль, шелест травы резко усилился. Я медленно пошла по тропинке – узкой полосе голой земли – в море серой травы, где каждая травинка извивалась, как червяк, сама по себе. Чувствовала я себя так, как будто оказалась посреди огромной толпы сумасшедших, где каждый с жаром говорит о своем, не слушая соседей. В шелесте то и дело пробивались знакомые слова и даже обрывки фраз, но тут же тонули в тысячеголосой болтовне. Даже если бы я захотела прислушаться, все равно не смогла бы разобрать ни слова. Если бы Эзергиль не предупредила, что трава шепчет, я сама, может, и не заметила бы этого.

«Так я и знала, что ничего опасного. Перестраховщица!» – подумала я в адрес Эзергили и уверенно двинулась в путь.

Метров через сто я поняла, что недооценила расстояние – или переоценила свои силы. Я раньше и не знала, что так быстро устаю. Плечи ломило, колени подгибались, голова кружилась, как будто я прошла десять километров с рюкзаком по пересеченной местности. Хотелось лечь на землю и лежать, не двигая ни единым мускулом, Это нервное, думала я, упрямо плетясь по тропе. Просто переволновалась. Надо сделать еще одно решительное усилие... последний марш-бросок...

«А чего я парюсь!? – внезапно осенило меня. – У меня же в шаре сидит дракон! Пусть перенесет меня к дереву, и никаких проблем!»

Я остановилась, сняла с плеч рюкзак и полезла за шаром. Но что-то меня слегка смущало. «Если дракон действительно служит Хохланду, то вызывать его нельзя ни в коем случае! – подумала я. – Чего это я обрадовалась?» И вдруг поняла: идея насчет дракона – это была не моя мысль. Кто-то ее мне подсказал. Вернее, не кто-то, а вполне конкретное поле.

Я застегнула рюкзак и пошла дальше. Усталость куда-то делась, как будто неудачная попытка поля пролезть в мои мысли придала мне сил. Но шелест травы изменился. Поле заметило меня. Я чувствовала его внимание, как будто тысячи глаз смотрели мне в спину. Я внутренне собралась, готовясь к психической атаке. «Так, срочно думать о чем-нибудь постороннем... О погоде! Отчего, интересно, в мире поля всегда такая отвратительная погода? Ветрено, пасмурно, как будто вечные осенние сумерки... и самое главное, почему здесь все такое зловещее? Постоянное ожидание чего-то плохого, что все никак не наступает...»

«Ну почему же не наступает? – явилась вкрадчивая мысль. Она выглядела в точности как моя собственная. Не будь я наготове, я бы ее не отличила. – Разве ты изучала этот мир? Так, заглядывала пару раз... Подожди немного, и узнаешь, чего ждет и боится мир поля. Просто подожди...»

– Я вообще-то тороплюсь. – сообщила я, вступая в игру. – Другое дело, если бы хоть приблизительно догадывалась, чего мне ждать...

– Гнева богов! – загрохотал вдруг нечеловеческий голос у меня над ухом. – Приближается гроза!

От неожиданности я шарахнулась в сторону, очнулась и обнаружила, что давно уже не иду, а стою, причем одной ногой на тропе, а второй в траве, и чертова трава уже обвилась вокруг нее, как будто я плетень, а она вьюнок. Одним прыжком я вернулась на тропинку. Трава беспрекословно отпустила меня. Я пошла дальше, глядя, как постепенно приближается черное дерево, и разговаривая сама с собой.

– ...Погода – это банально. Вот что действительно интересно – это Книга Корина. Куда же Джеф спрятал настоящий экземпляр? Может, просто вырвал из него страницы, а мне отдал только то, что и так уже все прочитали? Тогда он, конечно, мог подарить мне Книгу – он ничем не рисковал... Но зачем ему самому покалеченная Книга? Неужели он смог поднять на нее руку? Или совсем потерял надежду ее восстановить? Нет, дело не в этом... Но если Книга все-таки была настоящая... неужели от меня что-то ускользнуло?

– Мудрые говорят, одна книга открывает другую. – произнес неподалеку от меня знакомый нежный голос той, что сидела сейчас в синем шаре. – Что это означает?

– Не знаю. И что же? – спросила я, останавливаясь.

Нет, конечно, это говорила не Эзергиль, а все та же трава. Но мне хотелось, чтобы она пояснила свою мысль.

– В Чистом Творчестве. – поучающе продолжал голос. – знание не перейдет к другому, если он того не стоит. Например, та же Книга Корина. Дай прочитать ее любому человеку, даже мастеру реальности – большинство просто ничего не поймут. Надо иметь не только Дар творения, но и Дар разумения.

– И все-таки я не вполне понимаю, что ты имеешь в виду...

– Чтобы понять Книгу Корина, мастер, во-первых, должен знать, как совершается великое превращение материи...

– А во-вторых?

Голос затихал, как будто постепенно удаляясь, и я шагнула вслед за ним.

– Во-вторых, мастер должен быть способен совершить это превращение. Некоторые вещи нельзя постичь, пока не сделаешь их сам...

– Постой! – взмолилась я, делая еще шаг вслед за удаляющимся голосом. – Не уходи! Так Книга все-таки была настоящая?

Я чувствовала, что вплотную приближаюсь к какой-то очень важной тайне. Еще пара намеков, и я начну что-то понимать...

«Хоть оно и говорит голосом Эзергили, а все равно не похоже. Эзергиль раньше не изъяснялась намеками. – подумалось вдруг мне. – Она или говорила прямо, или просто молча улыбалась, и сразу становилось ясно, что ничего не скажет. А изображать из себя пророчицу начала после того, как стала оборотнем».

Стоило мне об этом подумать, как голос исчез – на полуслове, как будто радио отключили. А я пришла в себя и обнаружила, что стою по пояс в этой псевдотраве, в лицо хлещет ветер, а тропинки и след простыл. Я незаметно сошла с нее и потеряла.