Невеста призрака - Янгцзе Чу

Я скользила, падала. Отчаянно цеплялась, чтобы остановиться, но рыхлая земля сыпалась из-под рук. Камушки гремели и царапали мое лицо. Содранными до мяса пальцами я все-таки ухватилась за края и, нащупав опору для ног, с облегчением выдохнула. Где-то сверху Ян Хон тоже удалось затормозить падение. Словно две ящерки, мы вжались в крутой откос, а внизу зияла, как рана, темная скважина колодца. Поглядев наверх, я увидела белое лицо свесившейся над краем мадам Лим.

– Вы, дуры! – прокаркала она. – Если бы не вы, мой сын до сих пор был бы жив. Столько горя причинить!

Камень ударил меня, потом прилетел второй. Я услышала резкий вскрик Ян Хон.

– Матушка! – запричитала она. – Умоляю!

– Не смей называть меня так! Твоя родная мать стала самоубийцей. Я скажу всем, что ты пошла по ее стопам и утащила с собой Ли Лан. А теперь я собираюсь сделать то, что должна была завершить давным-давно. – Ее лицо пропало, и, хотя мы орали и вопили, не появилось снова.

Судя по эху падавших камней, глубина колодца была небольшой. Как раз достаточной для того, чтобы в случае падения мы сломали шеи. Хотя я слепо нащупала точку опоры, спускаться ниже не осмеливалась. Из-за чистейшего ужаса глаза закрылись. Надо мной всхлипывала Ян Хон.

– Можешь подняться? – окликнула я.

– Нет. Я боюсь высоты.

Глядя вверх, я поняла, что мы не так уж и далеко от края, хотя склон был опасно крут. Если она сможет проползти несколько футов, все получится.

– Щупай руками! – сказала я. – Старайся подтянуться. Я помогу поддержать ноги. – Обнаружив каменную ступеньку, я направила туда ее лодыжку.

Так, дрожа и часто останавливаясь, Ян Хон сумела взобраться выше. Я угрюмо ползла следом. Сердце грохотало, ладони скользили от пота и крови. Если я взгляну вниз, в темноту, то погибну.

Почти добравшись до проема, Ян Хон вновь зарыдала.

– Я не могу! Совсем! Тут камень нависает.

Она была права. Большой камень, смещенный оползнем, выдавался наружу над ее головой. Ей будет очень нелегко сделать последний рывок.

Не обращая внимания на боль в руках, я заставила себя подтянуться немного выше, пока не нашла узкую полочку, на которую поставила ноги.

– Вставай мне на плечи, – велела я.

Хлюпая носом, Ян Хон выбросила руку вверх и схватилась за камень. Я подперла ее ноги плечом и напряглась, когда она перенесла свой вес на меня. Она зашарила в поисках второй опоры, я вытянула руку.

– Ставь другую ногу на ладонь! – От ее тяжести я задохнулась. – Скорее!

Ян Хон уже почти преодолела выступ и вдруг поскользнулась. Ее нога дико дергалась в поисках опоры. Изо всех сил я подтолкнула ее вверх.

Она справилась, но я потеряла равновесие и беспомощно съехала вниз. Ужас был так велик, что я не смогла даже вскрикнуть. Сейчас я погибну, сломав шею на дне.

Сверху донесся отчаянный вопль Ян Хон:

– Ли Лан!

Мое то ли скольжение, то ли падение прервал уступ, за который я ухватилась. Это был обтесанный камень, часть разрушенной оползнем колодезной шахты. Безуспешно брыкнув ногами в воздухе, я не удержалась и рухнула во тьму. Приземлилась я на мягкую влажную поверхность – дно колодца. Когда посмотрела наверх, там, в отдалении, мелькнуло испуганное лицо Ян Хон.

– Все хорошо! – завопила я. – Иди и останови мадам Лим! Я могу подождать!

Девушка суматошно закивала, потом исчезла из вида.

Некоторое время после ее ухода я могла думать только о том, сколько мне пришлось идти от главного здания по обширному парку. Четверть часа или больше? Так или иначе, придется подождать. И что, если мадам Лим планировала сюрприз для Тиан Бая? Ян Хон упомянула, что он мог вернуться в любую минуту. Впрочем, она могла попросту бросить меня. Все-таки, если она и впрямь отравила Лим Тиан Чина, то имела все основания избавиться от свидетельницы. Возможно, помогать ей было глупо, но другого выхода я не видела.

Когда глаза привыкли к полумраку, я стала изучать дно колодца. Грязь смягчила мое падение и спасла от тяжелых увечий, но стенки из тесаного камня круто вздымались вокруг. Они оказались скользкими и покрытыми влажным мхом, и, как я ни старалась, взобраться по ним не смогла.

Шлепая по грязи и утопая по щиколотку, я наступила на нечто твердое и длинное, размером примерно с бедренную кость человека. Из-за чудовищного подозрения я застыла, размышляя о той женщине, которая, по словам Ян Хон, свела счеты с жизнью.

Но, убеждала я себя, то были только детские страшилки, не стоит думать, что в случае предательства Ян Хон я стану голодным духом в этом колодце. Потянувшись вниз, я с облегчением выудила сломанную рукоять метлы.

Там валялся и другой мусор: обух старого топора, проржавевшее дно котла. Но ничего такого, что помогло бы выбраться. Я взглянула наверх: небо стало зловеще-серым, следующий ураган угрожал обрушиться на побережье.

Воздух был влажным и холодным. Тяжелые капли дождя упали на меня. Я жаждала очутиться в невесомом призрачном теле, в котором с легкостью бы поднялась по стенам. Скучала по обществу милой лошадки. Но больше всего я хотела видеть Эрлана. Будь у меня по-прежнему его чешуйка, я сумела бы его позвать. Но между его положением и моим зияла необъятная пропасть; у меня не было права ожидать еще чего-либо. Сжав зубы, я поклялась себе, что не позову его, даже имея возможность. Гордость и еще раз гордость, я спасу себя сама.

Вновь и вновь я пыталась выкарабкаться из ловушки. Несколько раз даже удалось подняться на пару мучительно давшихся футов только для того, чтобы поскользнуться на мокрых грубых камнях. Ногти обломались и кровоточили, дыхание вырывалось всхлипами. Опершись о стену, я горестно подумала о немощи этого тела. Смерть постоянно витала поблизости и, несмотря на мой краткий рывок из ее когтей, вскоре могла снова заявить свои права. Однажды я ускользнула с Равнин мертвых, но не в одиночку, – и, может, высокомерно с моей стороны думать, что ни в ком не нуждаюсь.

– Эрлан! – заорала я. – Эрлан! Где ты?

Стоя у стены, я ощущала, как болели руки и дрожали от слабости ноги. Свет угасал. Слезы текли по лицу, смешиваясь с ливнем, который зарядил всерьез. Будучи до крайности изможденной, я почувствовала, как сила и тепло моего тела утекают вместе с холодными каплями. Хотелось присесть, но я опасалась грязи и ее неведомого содержимого. Периодически я звала на помощь, но приусадебный парк был настолько огромен, что вряд ли кто-то слышал, особенно в этом потопе. Забавно, да что там, уморительно смешно: я должна умереть после стольких попыток обрести собственное тело. Старый Вонг оказался прав: я навязчивая идиотка, вышвырнувшая прочь шанс на счастье, на свадьбу с Тиан Баем, супружество и материнство.

Сколько прошло времени? Часы или минуты? Зубы стучали, мысли все больше путались. Я возносила молитвы Чжэн Хэ, адмиралу, приплывшему в эти воды почти пятьсот лет назад, и маме, в каком бы месте Равнин мертвых она ни находилась. Упрашивала всех духов и обещала быть хорошей, никогда не делать подобных глупостей, если только Эрлан придет. Всего еще один раз.