Отражение - Дженнифер Арментроут

– Знаешь, сейчас не время для этого разговора.

Тут она обвила мою шею руками, и мои брови взлетели вверх. Такая Кэт мне нравилась!

– Но я так хочу тебя!

От этих слов в груди у меня все закувыркалось. Я прижал ее крепче.

– Знаю, Котенок. Тебе никого не удавалось одурачить. Ну же, Котенок…

Вдруг ее объятия разжались и руки упали вниз.

– Мне… со мной что-то не так.

– Кэт. – Отстранившись, я сжал ее затылок, потому что ее голова моталась из стороны в сторону. В животе снова засосало от тревоги, и ее ледяные щупальца дотянулись до каждого уголка. – Кэт, посмотри на меня.

И тут у нее подкосились ноги. Выругавшись, я ее поймал и прижал к груди.

– Кэт?

В ответ тишина.

В груди все сжалось в комок. Голова Кэт безвольно повисла.

– Кэт!

По-прежнему ни звука, черт! Меня накрыло волной паники, мозг отключился. Я рванул с места так быстро, как еще никогда не бегал. Через два удара сердца я уже был на крыльце ее дома. Подумав, что здесь ей будет лучше, я уложил Кэт в кровать и тут же набрал номер Ди. Сестра ответила после третьего гудка, явно переводя дыхание.

– С Кэт что-то не так. Ты мне нужна. Сейчас же.

Больше я ничего не сказал. Звонок оборвался. Обхватив лицо Кэт ладонями, я ощущал смертельный ужас.

– Кэт, открой глаза. Поговори со мной.

Девушка учащенно дышала, но глаза ее оставались закрытыми. Она словно не слышала меня. Я чуть было не принял свой истинный облик, чтобы ее исцелить, но в последнюю секунду остановился. А если это я? Что, если она заболела, потому что я ее исцелил? Нам было запрещено лечить людей, но никто не объяснил, почему. Вдруг это и есть причина?

Можем ли мы их этим убить?

– Вот дерьмо.

Такого быть не могло. Спасти Кэт и самому же стать причиной, по которой я снова ее потеряю? Это слишком жестоко, твою мать, я никогда…

На пороге возникла Ди. Волосы стояли дыбом – наверняка бежала сюда от дома Томпсонов, губы припухли, но об этом лучше даже не думать. Едва взглянув на кровать, она тут же оказалась рядом.

– Что стряслось?

– Не знаю. – Я схватил одеяло, чтобы накрыть Кэт, но засомневался, вдруг это ей навредит, и бросил его на пол у постели.

– Почему она вся мокрая? – Ди отдернула руку от лба Кэт. – Боже, да она вся горит. Что она делала?

– Кэт залезла в озеро. Я ее вытащил, но она отключилась. – Ощущая свою беспомощность и полное бессилие, я склонился над Кэт. – Очнись же! Ну давай, девочка, приди в себя!

Ди потрясенно сцепила пальцы.

– Что же с ней такое?

– Да не знаю я!

Ди побледнела.

Я зажмурился и перевел дыхание.

– Извини. Просто она… никак не приходит в себя.

– Ничего. С ней все будет хорошо, я знаю. – Ди накрыла мою руку своей. – Наверное, это грипп. Из-за него у людей бывает сильный жар.

– Но ведь это плохо для людей? От него случается повреждение мозга или другие осложнения. – От приступа паники снова заныл живот. Я взглянул на Кэт – щеки ее просто пламенели. – Ну же, Котенок, открой глаза.

– Господи, – прошептала Ди.

Сердце колотилось в груди. Я хотел проломить стену кулаком.

– Дэймон, тебе нужно успокоиться.

Слова сестры наконец-то достигли моих ушей. А с потолка уже сыпались куски штукатурки. Чертов дом начал вибрировать.

Успокоишься тут. Что же делать? Как ей помочь и случайно не навредить?

Ди кружила возле кровати, как взволнованная колибри.

– А если попробовать приложить что-то холодное – полотенце? Вдруг поможет, а там и ее мама придет.

– Да, давай. – Я будто сквозь туман видел, как сестра рванула в ванную. Я откинул влажные волосы Кэт и вздрогнул – до ее кожи невозможно было дотронуться. Как я сразу не заметил неладное? Черт, она же разгуливала в одной футболке. Это явно не нормально.

Вернувшись с холодным полотенцем, Ди бросила его на пол.

– О чем я только думаю? Она же и так насквозь промокшая, и от этого никакого толку.

У меня чуть не выпрыгнуло сердце, когда Кэт медленно повернулась и прижалась к моей ладони обжигающе горячей щекой. Она что-то прошептала, но так тихо, что я не понял. Я нагнулся ближе:

– Кэт?

Ее тело охватила дрожь.

– Дэймон…

– Я рядом.

Отвернувшись от меня, Кэт снова вздрогнула. Черты ее лица исказились, и она снова выдохнула мое имя. Жалобные, еле слышные звуки, доносившиеся из ее полуоткрытых губ, ранили меня, как удар Аэрума.

– Нужно переодеть ее во что-то сухое. Вдруг поможет? – неуверенно предложила сестра.

Я кивнул.

Ди молниеносно вытащила из комода ночную рубашку, что-то вроде пижамной майки с номером одиннадцать на спине.

Мне не хотелось оставлять Кэт, но я все же отошел от кровати и повернулся к девушке спиной, пока Ди меняла на ней одежду.

Только это не помогло.

Ничего не помогало, и когда Кэт снова заколотило, я чувствовал, что слетаю с катушек. Даже укутанная мной в одеяло, она тряслась так, что кровать вздрагивала.

Так больше не могло продолжаться.

– Ей нужно в больницу.

Ди согласилась, впрочем, я в любом случае собирался доставить туда Кэт. Подхватив девушку на руки, я ринулся по лестнице на улицу, где принял свой истинный облик. И в этот момент меня остановила сестра.

– Дэймон, мы должны поехать на машине.

– Слишком медленно.

Она взяла меня за руку и заглянула в глаза.

– Ты очень переживаешь – я знаю, но мы не можем появиться там без машины. Как мы это объясним? У нас нет выбора. Я сяду за руль.

Я резко выдохнул.

– Обещаю: буду гнать изо всех сил, наплевав на знаки. Но мы должны приехать в больницу, как нормальные люди.

Черт, она была права.

Я забрался на заднее сиденье «Фольксвагена» Ди и крепко прижал к себе Кэт. Не зная, что еще делать, я заговорил с ней на родном языке Лаксенов, но потом понял, что Кэт вряд ли его слышала, потому что мы не общаемся вслух.

Однако тут произошло нечто удивительное.

Она вдруг затихла, и ее дыхание стало более глубоким.

Обняв Кэт, я прижался к ее пылающему лбу своим и начал рассказывать ей обо всем подряд, даже о дурацком телешоу, которое недавно посмотрел. Вряд ли она меня слышала, но это все, что я мог сейчас. А потом я закрыл глаза и признался на своем языке в правде.