Я, капибара и божественный тотализатор - Юлия Риа

Пять лет спустя

Ни замечательная погода, ни компания друга, ни любимая чаира не заставили меня расслабиться. Тело словно магнитом тянуло к окну, а взгляд устремлялся в небо.

— Ты ведь понимаешь, что от твоего нетерпения ничего не изменится, верно? — хмыкнули у меня за спиной.

Я мельком обернулась, махнула рукой — мол, знаю — и снова уставилась в небесную синеву. Несколько секунд, закусив губу, гипнотизировала одну точку. А потом взвизгнула, почувствовав, как меня приподняло над полом. Невидимая сила легонько встряхнула меня, пронесла через полкухни и усадила обратно за стол.

— Коготь! — возмущенно выкрикнула я.

— Да? — по-доброму усмехнулся миокрейт, отпуская мою тень. — Прости, маленькая намира, но уговоры не действовали. Давай-ка я лучше заварю тебе успокаивающий сбор.

Он еще не договорил, а на плиту уже приземлился пузатый чайник с чуть гнутым носиком. Я вздохнула и снова украдкой глянула в окно.

— Да когда же этот тотализатор уже закончится? — простонала тихо.

— Когда победитель доберется до храма, разумеется. Не думай об этом, — посоветовал Коготь, мягко погладив меня по руке. — Не позволяй ожиданию замедлить ход времени.

Узкий кухонный шкафчик, висящий за левым плечом миокрейта, открылся, и оттуда вылетел небольшой темно-серый мешочек. Витые тесемки развязались, выпуская на волю несколько щепотей сухих листьев, которые тут же проплыли по воздуху к чайнику и нырнули под приоткрывшуюся крышку. Огонь потух, и настой остался доходить в горячей воде.

— Я просто волнуюсь, — призналась в очевидном, взглядом следя за действиями второй тени Когтя. Даже спустя столько лет меня по-прежнему завораживает магия миокрейтов.

— Знаю, маленькая намира. Знаю.

— Кстати, ты так и не объяснил мне, почему зовешь меня намирой, — припомнила я.

Коготь довольно прищурился.

— Думал, со временем сама поймешь. Знаешь ведь о моих способностях.

Я пожала плечами и осторожно взяла подплывшую ко мне кружку с отваром. По правде сказать, выбранное Когтем прозвище мне нравится, но вот вдаваться в подробности я не пыталась. Нейт, стоило спросить его об этом, говорил, что все дело в особом даре Когтя. Как оказалось, кроме присущей всем миокрейтам второй тени, наш добрый друг еще способен видеть природную суть.

— Ты же знаешь, кто такие намиры?

— Конечно. Нейт как-то перенес меня на Амагрейн, чтобы показать намиров вблизи. Ну, в относительной близи, — исправилась я, поймав лукавую улыбку Когтя. — Красивые звери.

— Не только красивые, — качнул он головой. — Еще и очень гордые. Подчинить можно гайреда, жаккара, даже дариока, если задаться целью. Но намира подчинить невозможно. Только стать для него равным — тем, кого он подпустит к себе, кого выберет в партнеры. При этом намиры очень преданные. Своенравные, гордые хищники, которые отчаянно защищают то, что считают своим… И пять лет назад на пороге своего дома я увидел не напуганную человеческую девушку, а маленькую намиру, отчаянно желающую спасти того, кого признала равным. Ты сделала свой выбор еще тогда, — по-отечески улыбнулся Коготь, — и верна ему до сих пор.

Я смутилась и поспешила сделать глоток отвара, пытаясь выгадать хоть несколько секунд, чтобы справиться с эмоциями.

— Ты переоцениваешь меня, — мягко возразила, отставляя кружку.

— Сомневаюсь. Не забывай о моем даре. Да, он слаб, но все же не настолько, чтобы за пять лет я не разглядел твою суть. Возможно, ты сама еще не знаешь, на что способна.

Я вновь пожала плечами и бросила короткий взгляд в окно, втайне надеясь увидеть в небе золотую волну — символ окончания тотализатора.

— Соскучилась? — понимающе вздохнул Коготь.

— Безумно. Пять недель и четыре дня — это долго. Слишком долго… Даже удивительно.

— Почему же?

— Я знала, что буду скучать, но не ожидала, что настолько. Надеюсь, все получится. Обязано получиться, — добавила упрямо.

— Нейту повезло: второй тотализатор подряд ему в подопечные достается землянин. — Темно-фиолетовые глаза блеснули лукавством. — Только в этот раз, если не ошибаюсь, мужчина?

— Карлос, — кивнула я.

Коготь замолчал, а потом, прищурившись, впился в меня взглядом.

— Твоя работа?

— Э-э? Не понимаю, о чем ты.

Я попыталась состроить самое невинное лицо, но, судя по всему, перестаралась — миокрейт насмешливо хмыкнул.

— Хочешь сказать, ты ни при чем и в подопечные к Нейту случайно попал мужчина, а не женщина?

Я развела руками.

— Что сказать, удача — штука непредсказуемая.

Мы с Когтем обменялись понимающими взглядами.

За последние пять лет я — как и все, кто имеет отношение к богам и тотализатору, — научилась не называть вещи своими именами. Слишком тонкие материи, незримые глазу, оплетают мир, и играть с ними — не лучшая идея.

— Знаешь, вспоминая, с каким трудом Совет принял твой новый статус, я порой поражаюсь, как легко ты общаешься с богами.

— Не так чтобы легко. Да и не со всеми, — добавила, хмыкнув. — С Сейром мы до сих пор не ладим. А вот с Гариальдом на удивление быстро нашли общий язык. После того, как помирились.

Я улыбнулась, вспоминая первую встречу с богом гор. Тогда, не сдержавшись, я высказала ему все, что думаю о внезапных камнепадах и скальных туннелях, высасывающих силы.

С Ладиной же у нас весьма своеобразные отношения. Она — единственная богиня, которую я по-настоящему опасаюсь: хитрая, умеющая и любящая вести теневые игры ради достижения своих целей. Но вместе с тем Ладина — единственная из богов, к кому я могу обратиться за помощью.

К моему удивлению, она не противилась нашим с Нейтом отношениям, более того — благословила их. Однако до сих пор каждый ее неожиданный визит вызывает во мне нервную дрожь.

Я тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли, и потерла левую руку пониже плеча — там, где под плотной тканью платья скрывается шрам, оставленный вейредом. Узкую полоску, похожую на ленту упаковочного банта, всегда болезненно покалывает, когда внутреннее напряжение достигает апогея.

Взгляд снова метнулся к окну. Да когда же этот тотализатор закончится? Ран ведь говорил, что несколько игроков с хранителями уже на правильном острове! И Нейт с Карлосом среди них.

— Ты скучаешь? — заговорил Коготь, нарушая затянувшееся молчание.