Я, капибара и божественный тотализатор - Юлия Риа

Вечерний Ритберг выглядел очень уютным и странно знакомым. Почти родным. Я неспешно брела вниз по аккуратной улочке, приветливо улыбаясь прохожим и получая легкие кивки в ответ. Скользила взглядом по фасадам и вывескам, заглядывала в стеклянные витрины, украшенные рисунками.

Возле одной из таких витрин, рассматривая игрушки, приплясывала девочка лет восьми-девяти. Длинное синее платье подпрыгивало вместе с хозяйкой и открывало вид на коричневые полусапожки, стянутые тонкой шнуровкой. Проходившая мимо дама в элегантной шляпке хмуро поджала губы, явно не одобряя подобного бесстыдства, и поспешила отвернуться.

Мне же непосредственность девочки понравилась. На фоне остальных миокрейтов — безукоризненных, идеальных — она единственная казалась настоящей.

Когда между нами осталось не больше семи шагов, девочка вскинула голову, заглядывая мне в глаза и широко улыбнулась полубеззубой улыбкой.

— Ты правда участница божественного тотализатора?

Она в три прыжка оказалась рядом.

— А как же!

Я подмигнула и, присев, положила медальон на ладонь. Пока девочка разглядывала искусную гравировку, так похожую на ловца снов, я разглядывала саму девочку: ее рыжие перья, доходящие до худеньких плеч, разноцветную повязку и едва заметные веснушки.

— Краси-и-иво. Можно потрогать?

— Не знаю, — растерялась я. — Хранитель ничего не говорил по этому поводу, сама я не спрашивала.

— А если легонько? — заговорщицки прошептала девочка.

— Ну, если легонько, то, думаю, можно.

Сморщив нос-пуговку, она оттопырила тонкий пальчик, быстро коснулась медальона и тут же отдернула руку. Лицо ее при этом засветилось такой искренней радостью, что я сама не сдержала улыбки.

— Пуховое Перышко, куда ты убежала? — К нам спешно подошла молодая миокрейт, придерживая длинную юбку. — Ох, простите, пожалуйста, если она вам помешала. Я только на минутку отвернулась, а ее уже и след простыл!

— Нет, нет, — поспешила заверить я. — Все в порядке.

Беспокойная морщинка между медно-рыжих бровей женщины разгладилась.

— Меня зовут Летящая Утром. Большое спасибо, что приглядели за моей дочерью.

— Она участница тотализатора! — радостно выдала Перышко, снова начав приплясывать.

Я знаю, милая, — улыбнулась Летящая. — Пошли домой. Думаю, папе тоже будет интересно послушать, кого ты сегодня встретила. Доброго вам вечера и еще раз спасибо. — Она слегка склонила голову.

— Пока-пока! — помахала мне Перышко и пружинисто заскакала рядом с матерью.

Я смотрела им вслед и кусала нижнюю губу. В груди болезненно заныло.

С гибели родителей прошло почти шесть лет, а душевная рана так и не затянулась. По правде сказать, не думаю, что она когда-нибудь затянется. Я просто научилась жить со своим прошлым и теми потерями, которые оно хранит. Но моменты, как этот, бередят утихшие эмоции, напоминая, что у меня было и чего я лишилась.

— Вы так очаровательно смотрелись с этой девочкой, — раздался за спиной мягкий голос.

Вздрогнув, я обернулась и увидела идеал мужчины во плоти — тот самый, перед которым в прошлый раз умудрилась выставить себя полной дурой. Незнакомец был все так же неотразим: в том же темно-зеленом плаще, подчеркивающим оттенок глаз, с теми же идеально гладкими волосами цвета платины. Аж дыхание перехватило!

— Простите, прекраснейшая, — герой девичьих грез слегка поклонился, — я ни в коей мере не хотел вас напугать.

«Вот даже не думай начать „экать“, как в прошлый раз!» — предупредительно рыкнул внутренний голос.

— Вы не напугали, — улыбнулась я и возликовала — синдром немоты в присутствии красавчика оставлен в прошлом! — Если только совсем немного, — добавила, смутившись под внимательным взглядом.

— Если позволите, я с радостью заглажу мою оплошность и угощу вас бокалом магирены.