Московский клуб - Вадим Панов

— Грег, мы нашли джип Звиада!

— Только джип?

— Зузинидзе мертв, девчонки нет!

Вертолет Слоновски кружил над мусоросжигательным заводом, в недрах которого пытался спастись Звиад. Безы из передовой группы — пятеро оперативников в «саранче» — уже успели допросить оставшихся в живых участников прорыва и выяснить, что Петра действительно была в машине Зузинидзе. Сейчас ребята проверяли первый уровень завода.

— Следы есть? Хоть какие-нибудь?

— Ничего!

— Поставьте маяк на джип и продолжайте движение.

— В какую сторону?

— Во все сразу! — Грег рявкнул так, что командир передовой группы прикусил язык. — Я организую оцепление радиусом два километра. Будем прочесывать.

Слоновски переключился на помощника, оставшегося командовать у захваченной базы:

— Марат, где, черт возьми, люди? Поиск сдвигается в Восточный Рукав, мне нужно срочно выставить оцепление…

— А мне нужно, чтобы ты поговорил кое с кем.

Выстрелы из коммуникатора пока не доносились, но по интонации Марата Слоновски понял, что положение серьезное. Канторы пришли разбираться, поговорить за шухер на своей территории, за мочилово Звиада и за будущее вообще. Всем стало интересно, надолго ли война? Не вовремя, очень не вовремя! В глубине души Грег рассчитывал, что подавленные продемонстрированной мощью канторы не высунутся, пока все не уляжется, но события стали развиваться по неблагоприятному сценарию. Появление бандитов могло существенно затормозить ход поисков: до тех пор, пока криминальные авторитеты не дадут добро, продолжение операции в прежнем режиме невозможно. Сейчас Урус — это бочка с порохом, женщины и дети попрятались в подвалы, мужчины потянулись за оружием, и не потому, что убрали Зузинидзе, а потому, что пришли чужие. В безов пока не стреляют, но это вопрос времени, стоит канторам подать пример, как из каждого окна, из-за каждого угла откроют огонь. И придется уходить. И хорошо еще, если, выгнав безов, местные успокоятся и не полезут выражать свое возмущение на соседние территории. Такие случаи уже бывали, и Слоновски очень не хотелось становиться зачинщиком массовых беспорядков.

Они поставили свои дорогие мобили поперек Омарского проспекта, вышли из машин и остановились, оказавшись на пути направляющихся в Восточный Рукав безов. Перед ними догорала база Зузинидзе, пыхтели выхлопными газами бронетранспортеры, сверху крутились «Пчелы», а они стояли, негромко переговариваясь между собой, и не собираясь уходить.

«Все здесь, — отметил про себя Слоновски. — Никто в стороне не остался. Молодцы».

Трогательное единодушие уголовников показывало, что старые распри временно забыты и урусские канторы готовы выступить против СБА единым фронтом. Авторитеты выглядели злыми и недовольными. И уверенными, ибо понимали, что находятся на своей территории. И пусть у них нет «саранчи» и «пингвинов», бронетранспортеров и вертолетов огневой поддержки, зато они знают в Урусе каждый камень, каждую щель и готовы драться до конца. С другой стороны, авторитеты не могли не видеть, что собранную Грегом армаду просто так не остановишь. Отличное снаряжение и превосходная выучка безов гарантировали им если не превосходство, то как минимум равные шансы в противостоянии с Урусом. К тому же следовало учитывать фактор Мертвого: никто не сомневался, что жесткости и жестокости директора СБА хватит, чтобы залить мятежный район напалстером. Вот только к поискам Петры все это будет иметь самое косвенное отношение.

Грег взглянул на часы, поморщился: время уходило, и решительно подошел к канторщикам.

— Салам.

— Слоновски, — сипло, но с надрывом произнес Оле Махинатор, — я считал тебя нормальным парнем, но ты перешел грань! В натуре перешел и сделал то, чего не должен был делать, Слоновски. И я не позволю тебе…

Оле не был ни самым умным, ни самым авторитетным канторщиком Уруса. Ленивый и болтливый обладатель длинных сальных волос командовал небольшой бандой и всегда следовал в кильватере более крутых уголовников, стараясь ни с кем не ссориться и всем угождать. Умение льстить и общая покладистость помогали Махинатору удерживаться на плаву, и некоторые жители Уруса даже считали его крупным бандитом.

— Ты не имел права так вести себя, Слоновски!

В данном случае Махинатора использовали в качестве радикального пугала: серьезные люди демонстрировали Грегу свое недовольство и намекали, насколько далеко способен зайти Урус в случае продолжения боевых действий. Демонстрировали, намекали и молчали, изучая реакцию беза. А Махинатор вопил:

— Ты перешел грань, Слоновски! Если надо, мы всю Москву подпишем! Все старые перцы скажут, что ты доигрался! Ты больше в Урус не войдешь, ты понял? И безы твои не войдут, ты понял?!

Грег с интересом покивал головой и перевел взгляд на серьезных людей, всем своим видом показывая: все понял, все вижу, но времени мало, давайте говорить по делу.

— Слоновски, мы хотим знать, что происходит, — негромко произнес Нурсултан. Махинатор при первых же звуках голоса Тагиева мгновенно заткнулся. — Зачем все это? — Нурсултан кивнул на горящие здания базы. — Это что, новая политика Мертвого?

Канторщиков приехало шестеро, но Тагиев был самым уважаемым и сильным из них, а потому вести переговоры с безом выпало ему.

— Это обычная политика Мертвого для чрезвычайных ситуаций, — пожал плечами Грег. — Мы громили базу Морриса Вашингтона в Занзибаре, мы снесли Данилу Соловья с Болота, мы и на Урусе так работали. Помнишь кантору Ахмеда Чеканщика? Хорошая была операция, не хуже этой.

— В тех случаях был серьезный повод, — медленно произнес Тагиев.

— Как и в этом, — жестко отрезал Грег.

— Какой?

— Зузинидзе связался с Ассоциацией.

— Брехня! — не сдержался Махинатор.

— Тихо! — Нурсултан даже не посмотрел на сжавшегося канторщика. — Мы слушаем, Слоновски, мы внимательно тебя слушаем.

— Вчера разбился шаттл, в котором летела внучка ОЧЕНЬ крутого верхолаза. Расследование показало, что катастрофа была подстроена. Верхолаз получил предложение от Ассоциации.

— При чем здесь Звиад?

— Он взял девчонку.

— Такие слова надо подтверждать, — после паузы произнес Тагиев.

Но по тону было понятно, что умный канторщик уже просчитал ситуацию: если Зузинидзе действительно связался с работорговцами и украл внучку ОЧЕНЬ крутого верхолаза, то полученная прибыль помогла бы шустрому мингрелу стать первым номером в Урусе. А то и во всем Анклаве. Получается, безы действовали в интересах всех кантор. Нурсултан был готов к компромиссу. Оставалось доказать обвинение.