Московский клуб - Вадим Панов

Девушка оказалась невысокой, худенькой и очень ловкой. Вещей у нее было совсем чуть-чуть, места в углублении она занимала немного, а потому Илье удалось разместиться достаточно комфортно. Учитывая обстоятельства, разумеется. Молодой человек боялся, что недовольная появлением попутчика девушка проигнорирует его и путь придется совершать в молчании, но уже через двадцать минут она протянула ладошку и крикнула:

— Майя!

— Илья! — обрадованно ответил молодой человек.

— Какого черта ты забыл в Анклаве, пацан?

— Спасаюсь!

— От армии?

— Нет!

— От милицейских? В Анклаве не любят уголовников! Там своих бандитов хватает!

— Меня распределили в «химию»! — прокричал Илья.

— Бедолага!

Государственный унитарный концерн молекулярных разработок и современных биотехнологий, в просторечии «химия», со дня своего основания пытался создавать новые препараты для федеральной армии. На деле его работа сводилась к приобретению самых дешевых лицензий у «Фарма-1» и других независимых корпораций, которые затем федеральная пропаганда называла отечественными открытиями. При этом прижимистые молекулярные разработчики постоянно искали способы не платить Анклавам деньги, и вся страна была убеждена, что корпорации превратили фабрики унитарного концерна в полигоны, на которых обкатывались новые препараты. Работать на «химии» никто не хотел, и специалистов туда рекрутировали через военных комиссаров.

— А что, родственники не смогли собрать деньги для военкомата?

— Я сирота. Рос в детдоме.

— Не повезло!

Таким прямая дорога в «химию». Теперь Майя смотрела на попутчика другими глазами. Худощавый, узкоплечий, немного нескладный, с длинными руками и ногами, бедно одетый, он был похож на побитую собаку, на жалкого щенка. Но ведь он нашел в себе силы побежать сквозь милицейские кордоны! Не побоялся попасть под пули. Не побоялся броситься под вагон с самодельными «цеплялками», которые едва держали вес худенького тела.

— Есть хочешь?

— Не отказался бы, — несмело улыбнулся Илья.

— Держи! — Девушка протянула ему вскрытую упаковку галет. — Вода есть?

— Угу.

Илья жадно набросился на сухой хлеб, и его большие уши комично задвигались, сделав молодого человека похожим на жующую мышку.

— А на что рассчитываешь в Анклаве?

— В смысле?

— Если ничего не умеешь, то тебе прямая дорога на стол конструкторов, а это хуже «химии».

— Думаю прибиться к машинистам, — серьезно ответил Илья.

— Ух! — Такого ответа Майя явно не ожидала. — Ты шутишь?

— Нет!

Молодой человек сумел ее удивить.

— С чего ты взял, что сможешь прибиться к машинистам?

— Я учился математике у Марка Танаевского.

— Ты учился у Танаевского?!

— Правда, всего два года, — вздохнул Илья.

Он произнес эту фразу не очень громко, но теперь девушка ловила каждое слово попутчика и сумела расслышать ее даже сквозь шум «суперсобаки».

— После того, как федеральное правительство запретило Марку Яковлевичу подписывать контракт с корпорациями, он был вынужден преподавать в обычной школе. Мне повезло.