Ричард Длинные Руки - властелин трех замков - Гай Юлий Орловский

— Знаете, Клотар, вы очень хорошо думаете о людях. Понимаю, это рыцарский взгляд, но люди не все — рыцари. Клотар сказал с надменностью:

— Вы оба хотите сказать, что все эти черные мессы и прочие сатанинские оргии люди могут придумать сами? И пить кровь младенцев?

Альдер явно чувствовал себя не в своей тарелке, пробормотал уже нерешительно:

— Не думаю, что дьяволу пришлось слишком уж много подсказывать…

— Нет, — отрезал Клотар. — На всех сатанинских игрищах и черных мессах дьявол сам руководит всем действом! Без его влияния люди бы опомнились, возмутились, что делают. Потому хватает явиться на сатанинскую мессу хоть одному с чистым сердцем и Господом в душе… ну вон как наш Кадфаэль! Да-да, мы над ним смеемся, он даже не поднимет моего меча, но Кадфаэль может посрамить и прогнать дьявола, а вот мы — нет Перед такими чистыми душами дьявол отступает, ярясь и богохульствуя в бессилии! А все, устыдившись, падают на колени и просят Господа о прощении.

Они то и дело посматривали в мою сторону, но я сделал вид, что углублен в мысли, достойные только сюзерена… нет, сюзеренов они навидались, а вот паладины для этих краев — редчайшие птицы, так что лучше мне паладинить, любой промах сойдет.

Я слышал, как Ревель покашлял и сказал осторожно:

— Беда в том, что некоторая правда в этом есть…

Я снова смолчал, а Клотар спросил с искренним негодованием:

— В человеческих жертвоприношениях?

— Увы, да, — ответил он невесело. — Я не маг, это вам бы лучше рассказал Кадфаэль, но я слышал, что адепты некоторых сект научились запасать магические силы в… себе. Запасать, накапливать. А когда поняли, что их можно извлекать с выпускаемой кровью, то некоторые соблазнились…

Я снова смолчал, не зная, что сказать, а когда открыл рот, земля с такой силой задвигалась под ногами, что прикусил язык. Понесся грозный подземный гул. Альдер вскинул голову, быстро посмотрел по сторонам. Я видел, как он задержал взгляд на замершей на пригорке ящерице, на суетливых муравьях.

В синем небе страшно полыхнули белые ветвистые молнии. На границе с лесом земля с треском лопнула, обнажив, как спелый арбуз, красные внутренности. Взметнулись струи багрового дыма. Над головой грохнуло, покатилось в разные стороны, но я понял, что эпицентр непонятной бури милях в двух отсюда.

Альдер прокричал:

— Это дело рук могучего мага!

— Муравьи? — крикнул я.

— Да!

Муравьи метались ошалело, не понимая, что случилось, ведь о любом землетрясении они узнают заранее и успевают подготовиться, даже ящерицы, шакалы и собаки чуют наступление подвижек земной коры и бегут из домов, что развалятся, а сейчас все так внезапно…

Мы вскакивали, сжимали в руках оружие. Лес внезапно полег, как высокая трава под порывом сильного ветра, а дальние холмы просели, словно незримая рука гиганта надавила на их вершины. Издали катилась полоса огня шириной в сотню шагов, за нею оставалось выжженное пространство. Пламя сперва было белым, затем постепенно сменилось оранжевым, перешло в желтый, а когда прокатилось от нашего костра в десятке шагов, опалив наши лица, огонь стал красным, я заметил в выемках красную кипящую лаву.

Звери, что не успевали убегать или не понимали, вспыхивали яркими факелами и тут же рассыпались невесомым пеплом.

— Это маг, — повторил Альдер потрясенно.

— Зачем? — спросил я.

Он пожал плечами:

— Кто знает. Может быть, палец прищемил.

— У него какое-то горе, — сурово поправил Ревель. — Вот он и вне себя. Большое горе.

Я промолчал. Хорошо, если это какой-нибудь посторонний маг, а если тот, что едет с Грубером?