Яга - Дарья Кривоногова

И они пошли по красивой ухоженной дорожке, выложенной из красного ровного кирпичика вдоль симпатичной аллеи. Эта замечательная дорога совсем не напоминала тот первый, страшный путь Чернобога. Да и откуда в Молоховом урочище ухоженные палисадники?

Яга о чем-то спрашивала высокого человека, но затем все больше сама рассказывала, что-то говорила, пыталась объяснить, поведать сокровенное…

Мужчина молчал, внимательно слушал, но ни разу не перебил, не кивнул, не произнес ни одного словечка, ни сопровождал свои мысли поощрительными жестами – он просто молча внимал всему тому, о чем говорила эта несчастная женщина.

Кирпичная дорожка сменилась летней тропкой, которая вела мимо русских березок, сквозь разнотравье к небольшому лесному озеру, подернутому утренней дымкой. Баба Яга не заметила, что ночь уже миновала, а она по-прежнему не могла наговориться, излить душу.

Высокие ровные сосны сменили березовый колок и теперь уже они плотно окружали спокойное озеро, подходя своими стволами к самой воде. На единственной песчаной отмели их ждала весельная лодочка. Мужчина помог Бабе Яге зайти по скрипнувшей доске в лодку, взялся за весла и, без всплеска оттолкнувшись от берега, потянул к середине, на глубину.

Ягуша для себя решила, что ей тут очень нравится – так красиво и спокойно вокруг. А в руках мужчины неведомым образом появилась удочка, которую он, наверное, смастерил из побегов ивняка. Он забросил крючок с наживкой в воду и стал долго ждать, глядя на неподвижный поплавок из гусиного пера.

Яга не любила рыбаков и рыбалку, но сейчас с азартом и радостью смотрела, как поплавок дернулся и затих, попутно согнав с себя стеклянную стрекозу. Она затаила дыхание в ожидании второй поклевки, и почему-то ей казалось, что это очень важный момент в ее непростой жизни, а возможно, и самый главный.

Поплавок дернулся во второй раз и поплыл в сторону, притапливаясь и ускоряясь. Мужчина несильно дернул удилищем и вытащил на свет крупную, но почему-то черную, как смоль, рыбу. Удивлению Бабы Яги не было границ – она точно знала, что рыб с такой окраской не бывает, а высокий человек тем временем отцепил крючок от хватающей ртом воздух рыбы и, бережно взяв ее в руки, показал ведьме.

Совершенно черная рыба прямо на глазах Ягуши принялась светлеть и вдруг стала светлой серебристой рыбешкой, жизнерадостно и требовательно дрыгаясь в руках рыбака. Он улыбнулся, аккуратно выпустил рыбку в воду, посмотрел на Ягоду, поймав и притянув ее взгляд и полное внимание.

Они долго и не мигая смотрели друг на друга, обоюдно разыскав в глазах напротив всю правду и покаяние. После этого Ягуша с истинным облегчением закрыла глаза и ушла…

Когда же наступит такая милосердная, такая долгожданная, милая душе и сердцу, простая и родная, великая и теперь для всех обязательная смерть?

Это неизвестно никому, но в тот самый крохотный миг, когда Баба Яга бессильно сомкнув ресницы, растворилась в плотном тумане, там, в недрах самого нижнего предела Нави, на Дне Тартара, в вязком клубке тьмы старинного склепа что-то мерзко заскрипело, вздохнуло и открыло глаза в оплаканном Кручиной саркофаге. Глаза те, бесцветные, но яркие, замерцали в полной непроглядной темноте, как две далеких затухающих звезды. Это проснулось древнее зло, враг всего славянского, русского и человеческого, божество драконов и истязателей, злой, коварный и циничный Чернобог, которого вновь необходимо победить…