Хорошая девочка попадает в неприятности - Софья Подольская

Долго? Бриан подошел к Фергюсу. Внимательнее присмотрелся к пятнам на рубашке. Перевел взгляд на покрытое потеками кресло и пол, устланный засохшими лужицами. Теперь все встало на свои места.

— Бриан, нет! — вскрикнул Рин, услышав первые звуки заклинания. — Он нужен живым. Лена просила отдать его тебе, для гейса и суда.

Остановился нехотя. Ярость, вспыхнувшая алым цветком, рвалась наружу. Но голос долга звучал громче. Судьбу Фергюса будет решать король. И, учитывая обстоятельства, его величество вряд ли окажется доволен.

— В таком случае, — серьезно посмотрел на Рина, — мне нужно точно знать, что произошло. Приглашаю в мой дом. Дам разместят со всеми удобствами, а Фергюс пока останется в лаборатории.

Талли кивнул, перехватив вопросительный взгляд Рина. Больше всего ему сейчас хотелось убрать Лену подальше от этого места.

— Выпьешь что-нибудь?

Переступив порог кабинета, Бриан направился к шкафу, где хранил свои запасы. Не услышав ответа, обернулся. В гостевом кресле застыла сгорбленная фигура. Рин сел в него бессознательно — тело само среагировало на знакомый предмет. Приятное потрескивание дров в камине. Смолистый аромат с легкими нотками дыма. Едва различимый скрип дверцы, глухой стук бокала о круглый бок бутылки. Не хватало только зимнего ветра, бьющегося о стекла затянутых изморозью окон, и будто не было ничего. Предательства, боли и, главное, ужаса последних часов. Рин обхватил голову и с силой зажмурился. В рыжих волосах прыгали отблески огня, спотыкаясь о новые белые нити.

— Рин?

— Да? — отозвался наконец. — Ты что-то сказал?

— Сказал, — Бриан опустился в кресло напротив. — Тебе определенно не помешает выпить.

Рин рефлекторно взял протянутый бокал. Осушил залпом, не чувствуя вкуса. Вино вернуло цвет на посеревшие от тревоги щеки. Устало закрыл глаза. Массируя виски, сделал несколько глубоких вдохов. Лена и Сольвейг в безопасности. Их уложили в одной из гостевых комнат. Талли остался с девушками — нельзя, чтобы они проснулись одни в незнакомом месте.

— Может, отложим разговор до утра?

— Нет, — моргнул, возвращаясь в здесь и сейчас, — не надо.

Поставил бокал у ножки кресла.

— Я был у себя, когда прибежал Талли. Они почему-то ушли из мастерской, не дождавшись его. Проверил метки и сразу открыл портал. Как только мы появились в комнате, Талли обезвредил Фергюса. Потом мы увидели Лену.

Ярость потянула мышцы, заставляя пальцы собраться в кулак, раскрасила алым скулы. Крови было куда меньше, чем могло бы. Но по бурым пятнам на коже и одежде становилось понятно, где именно он резал. О возможных переломах и повреждении внутренних органов, Рин старался просто не думать.

— Фергюс заплатит за это, — твердо сказал Бриан.

В темных глазах была гроза, которая начала собираться, когда амулет среагировал на высвобожденную энергию Искры. Стоило добраться до лаборатории, определить, что всплеск идет из крысиного угла в доках, и непогода превратилась в бурю. Она разрасталась, пока Бриан рассчитывал координаты для портала и утихла только по прибытии. Лена была, пусть без сознания, но невредима, а комната хранила эхо знакомой магии.

— Он должен принять гейс, — Рин устало потер лоб. — И они обе — мастера. Надеюсь, на этот раз дело не кончится штрафом?

Бриан не без удивления отметил новые нотки в обычно мягком голосе. Рин неотрывно смотрел на танцующее пламя, но даже оно не согревало взгляд. Казалось, свет отражался от кромки отполированного клинка.

— Я завтра же доложу королю. Но сперва сопровожу Фергюса в храм, а затем в подземелье замка. Обстановка там, конечно, так себе, зато располагает к размышлениям.

Рин внимательно посмотрел на убийственно серьезного Бриана и молча кивнул.

— Как ты нас нашел?

— Искра, — сказал, доливая себе вина. — Ты разбудил ее в незащищенном месте, думаю, почувствовал не только я.

— Балор! — Рин резко выпрямился. — Я не подумал.

— Не волнуйся, — махнул рукой Бриан. — Я там немного подчистил. А для коллег сочиним правдоподобное объяснение. Если нужно будет, я подстрахую.

Волнение в светлых глазах сменилось недоумением. Наконец Рин прищурился, подался вперед и, переплетя пальцы в замок, тихо спросил:

— Зачем ты это делаешь?

— Позволю себе процитировать ответ Элены на аналогичный вопрос, — Бриан откинулся в кресле. — Потому что это правильно. И я так хочу.

Рин улыбнулся. Легко, едва заметно. В первый раз за вечер. Похоже, она все же была права. Бриан изменился. Рин не мог сказать в чем именно, людские души все еще оставались для него загадкой. Но человек напротив был другим. Рин чувствовал это, как чувствовал правильность формулы или дозировку важного ингредиента. Поэтому слова дались ему легче, чем он думал:

— Если бы не Искра, Лену я б точно потерял, и, может, Сольвейг, — вздрогнул, даже сейчас это все еще казалась слишком реальным. — Не думал, что когда-нибудь скажу, но спасибо, Бриан.

— Не думал, что когда-нибудь скажу это, но прости меня, Рин.

Это было непросто. Ничего удивительного. Последний, кто слышал искренние извинения Бриана МакНуад, стал прахом почти двадцать лет назад. Рин долго смотрел на сцепленные в замок пальцы. Безумный день. Но только что Бриан сделал его чуточку светлее.

— Знаешь, я так и не смог тебя по-настоящему возненавидеть. Лена говорит: мне повезло. И пожалуй, она права. Прошлое действительно не должно мешать нам строить будущее. И как бы абсурдно это ни звучало, даже самая мерзкая ситуация иногда может дать полезный эффект. Я не знаю, готов ли сейчас простить тебя, Бриан. Все слишком неожиданно, мне нужно подумать.

Это было начало.

— Пусть так. А теперь, — Бриан закинул ногу на ногу, — давай придумаем сказку, которую мы при необходимости расскажем архмастерам.

Открыв глаза, Лена увидела тяжелый полог балдахина. Комната была явно не ее. Медленно повернула голову направо и уткнулась носом в каштановый локон. Сольвейг дышала ровно и глубоко, похоже, магический сон Рина еще действовал. Хорошо. Слева обнаружилась знакомая взъерошенная макушка. Талли сидел на краю стула, сильно наклонившись вперед, уронив голову на сложенные руки.

— Где мы?

Голос восстановился полностью.

Талли вздрогнул. Глянул пронзительно, тревожно.

— Как ты? — спросил, всматриваясь, выискивая малейшие признаки нездоровья.

Лена прислушалась к себе. Пошевелила ступнями, согнула ноги в коленях, несколько раз сжала пальцы в кулак, напрягла мышцы живота.

— В порядке, — радостно выдохнула. — Так где мы? И где Рин?

— Беседует с лордом МакНуад. Это его дом.

У нас есть две проблемы, вспомнила цитату из любимого фильма, Минобороны и пуговица. Рин и Бриан наконец-то разговаривают, причем, судя по тишине, без разрушительных последствий для интерьера. На этом этапе она уже ничего сделать не может. Значит, нужно сосредоточиться на решаемых проблемах. И ни в коем случае не думать о той комнате. Простая, понятная задача. Одежда! Остатки нижней рубахи судя по тому, что она нащупала, отлично подошли бы в качестве реквизита для финальной сцены фильма о Жанне д`Арк.