Светлой по Тёмному - Купава Огинская

– Эри, чего застыла? Иди сюда, – я перестала изображать активную заинтересованность, очень внимательно таращась на Сенью, увлеченно копавшуюся в миске с внутренними органами и перерисовывавшую все куски порванных плетений, что могла разобрать.

Асвер, со словами «я с ночной практики, мне можно», давно занявший такой же стол, на котором лежал измененный, крепко спал у стены, даже не представляя сколько злых и завистливых взглядов заработал от нас с Сеньей. Ристан уже не возмущаясь бегал по поручениям Инэя, и не успевал завидовать некроманту.

– Тяни, – велел брат, кивая на ребро.

Скривившись, я неохотно ухватилась за влажную, скользкую кость, небрежно очищенную от мяса, и потянула на себя, Инэй заработал активнее, в надежде отпилить себе кусочек трупа и вплотную заняться его изучением.

Я тоже об этом очень мечтала. Эта кость фактически была нашим пропуском на свободу. Единственным, что могло заставить Нэя выпустить нас из морга.

Вообще, я была благодарна брату. Измученная и обессиленная, я была уверена, что со временем упоминание об измененных, или о том же Танисе, уже не будет ассоциироваться у меня с заброшенным домом и предавшим хозяйку телом, перерастая в ночные кошмары. Совсем скоро все эти ужасы мог перекрыть другой, более жуткий. Стерильный морг, запах обеззараживающего раствора, и кровожадно улыбающийся брат, голыми руками разрывающий на части тонкое, длинное тело.

Ребро начало поддаваться.

За спиной раздались тихие шаги, кажется, вернулся Ристан, которого в последний раз просто послали в библиотеку за двухтомником великого деятеля с непроизносимой фамилией.

Я потянула ребро активнее, ухватившись двумя руками, если бы была уверена, что стол не подведет, еще и ногой бы уперлась.

– Восемь вечера, – раздалось за моей спиной. Голос был женский и очень злой.

Нэй вздрогнул, с силой проехался по кости пилой, оцарапав соседние ребра, и отрезав таки свой образец.

Я, вместе с частью измененного, не удержав равновесие, свалилась на пол, хорошенько отбив все, чем ударилась, но ребро из рук не выпустила.

Брат, виновато улыбаясь магистру Грит, спрятал нож в развороченной грудной клетке измененного и, судя по всему, был бы не прочь тоже где-нибудь спрятаться.

– Ниара…

– Я прождала тебя час!

– Я виноват, – согласился Нэй, не спеша подходить к разгневанной стихийнице, – но я все исправлю. Я заглажу…

– В следующий раз на свидание можешь звать Реннана! А я лучше поужинаю с Эвером. – сказала Грит и, круто развернувшись на каблуках, придерживая подол платья – темно-коричневый, «шоколадный» шелк гневно шуршал, полностью поддерживая свою хозяйку – решительно направилась прочь.

Я зажмурилась, продолжая прижимать к себе ребро. Декана я любила, она была замечательным человеком, но вот это вот она очень зря сказала. И я ее за это осуждала.

– С Ригсом?! – взъярился Нэй. Дверь за Грит еще не успела закрыться, как мой эмоциональный брат уже резко распахнул ее перед собой. – Ниара, стой!

– Предлагаю валить отсюда, пока он не вернулся, – внесла заманчивое предложение Сенья, гипнотизируя дверь напряженным взглядом.

– Конец его личной жизни, – простонала я, не спеша подниматься с пола.

– Может еще догонит, – с сомнением протянула Сенья, подходя ко мне, и помогая встать.

– Догнать-то догонит, – вздохнула я, – но, зная Нэя, сделает все только хуже.

– Я бы на твоем месте, бежал спасать брата, – подал голос Асвер. Он уже не спал, сидел на столе и сонно скалился, потирая заспанные глаза. Именно скалился, назвать это улыбкой было нельзя, – чего застыла, цветочница, хочешь остаться единственным ребенком в семье?

Я с сомнением покосилась на дверь.

– Ну не убьет же она его за одно забытое свидание?

– Магистр Грит? – Сенья с трудом выдернула из моих рук кость, и бережно положила ее на стол, рядом с телом. – Она его скорее в удобрения превратит.

Спасать родного брата я побежала прямо в кожаном переднике, с грязными руками и кусочком кожи на рукаве. Такая опасная защитница.

Бежала, как выяснилось, зря. Если там кого-то и нужно было спасать, так только Грит, вжимавшуюся в стену и очень старавшуюся не касаться такого же грязного, как и я, целителя. Нэй очень ответственно зажимал ее у стены и быстро, эмоционально что-то вещал, пользуясь тем, что она брезгует к нему прикасаться и не пытается вырваться.

Оттолкнуть Нэя магистр даже не пыталась, прекрасно видя свежие разводы самого подозрительного вида на его груди. Братец, увлеченный работой, совсем не думал о своем внешнем виде, и его передник был полностью заляпан. В таком виде только девушек покорять.

Я сдала назад, стараясь не дышать и отступать очень медленно. Кто знает, как отреагирует декан на невольного свидетеля, даже если свидетель этот – ее собственная студентка.

– Что не успела? – удивился Асвер, помогавший Сенье с уборкой.

– Не будет она его убивать, – заверила я их, тихо прикрыв за собой дверь.

Как выяснилось позже, не все были уверенны в этом так же как и я.

Пришедший под конец уборки, с двумя книгами внушительного вида, Ристан очень удивился вопросу Асвера:

– Тебе там по пути трупы не встречались?

– У вас кто-то сбежал? – спросил темный, осматривая чистое помещение.

– Ее брат, – кивнул на меня некромант.

Понятнее Ристану не стало, но за разъяснениями он почему-то повернулся ко мне.

Сенья за спиной тихо фыркнула, когда я в порыве невыразимых чувств беспомощно всплеснула руками.

Последние месяцы в академии обещали быть запоминающимися.