Ричард Длинные Руки - курфюрст - Гай Юлий Орловский

Фальстронг кивнул, обронил негромко:

— На нас пока не решается.

— Совершенно верно, — поддержал я, хотя Фальстронг вроде бы слегка возражает. — Спасибо, Ваше Величество, за поддержку! На вас пока не решается, но это пока. Если проглотит Армландию, то станет настолько силен, что даже втроем вы с ним можете не управиться!

Они слушали внимательно, размеренно и благодушно кивали, все верно, Гиллеберд — гад, Господь на нашей стороне, однако встрепенулись, а в глазах вспыхнули ожидаемые искры тревоги, когда я упомянул, что с ресурсами Армландии Гиллеберд станет вообще непобедимым.

Барбаросса засопел и нахмурился, а Фальстронг стиснул челюсти так, что проступили желваки.

— Как долго, — спросил Фальстронг деловито, — простоит Армландия?

— Замки он не скоро захватит, — заверил я, — но долины окажутся все в его руках. У нас там нет войск, все ушли в Сен-Мари, а оттуда — в Гандерсгейм.

Барбаросса буркнул:

— Тогда и замки долго не простоят. Особенно ближайшие… Дальние хотя бы успеют запасти провизию на случай долгой осады.

Фальстронг сказал равнодушным голосом:

— Можно во все замки послать гонцов, чтобы готовились к долгой осаде и ждали помощи. Это, конечно, если придем к соглашению.

— Мы придем, — сказал я убежденно. — Иначе Гиллеберд всех нас, как мышей, передавит поодиночке! Вы знаете его репутацию.

Они помрачнели, переглянулись. Найтингейл сказал торопливо:

— Конечно, я поддерживаю стремление сэра Ричарда вернуть контроль над Армландией. Даже, если придется прибегнуть к такой мере, как вторгнуться в королевство Турнедо. Наверное, потому, что мое падет вслед за Армландией? Но, дорогие мои венценосные братья, потом все-таки настанет ваш черед.

Фальстронг кивнул.

— Вы правы, мой брат. Ваше королевство Гиллеберд проглотит следующим.

Я повысил голос:

— Да, но когда в руках Гиллеберда будут ресурсы не только Турнедо, как сейчас, но еще Армландии и Шателлена… уже не устоят и Фоссано с Варт Генцем. И тогда поздно будет заключать союзы.

Барбаросса прогудел мощно:

— Наш гроссграф прав. Сейчас Гиллеберд силен… но еще не в полной силе.

— Согласен, — ответил Фальстронг. — Я готов подписать военный союз. Нужно только определиться, как действуем и… что потом.

В голосе прозвучала деловая нотка, Барбаросса тоже кивнул и потер ладони. Мне показалось, что на «как действуем» никто не обратил внимания, это же понятно как: вломимся и ну крушить, ломать, убивать и жечь, а вот «что потом» — гораздо важнее, потому что «потом» — это дележ добычи, а из-за нее всегда споры.

Я сказал твердо:

— Гиллеберд должен быть низложен! Легитимность легитимностью, но король, который ведет себя, как разбойник, ее теряет.

Барбаросса кивнул одобрительно, ему тоже не папа римский надевал корону, а Фальстронг, хоть и потомок целого ряда королей, наклонил голову с видом полного согласия.

— Все верно, — произнес он ровным голосом. — Я из пепла поднял королевство, вот чем должны заниматься и чем гордиться правители!..

Барбаросса сказал уязвленно:

— Мое было не в пепле, но гражданская война не прекращалась десятки лет!.. Кровь лилась по улицам, а вороны жирели, выклевывая только глаза убитых!.. Но когда я занял трон, все разбои прекратились. Теперь только мой палач имеет право лишить жизни!

Король Найтингейл вскочил и простер руки:

— Да-да, мой царственный брат, Фоссано теперь тоже богатеет и благословляет своего короля! Но давайте вернемся к Турнедо. Я могу выставить не больше пяти тысяч конных, из них полтысячи рыцарей, а также восемь тысяч пехоты. Но я не рискну начать первым, меня Гиллеберд сомнет в первые же дни!..

Барбаросса сказал с неохотой:

— Начну первым я. Но мои войска не смогут сразу вступить в бой, сэр Ричард прав. Эти проклятые болота отгородили Армландию от Фоссано надежнее крепостных стен. Я соберу конницу, пехоту и подведу обозы к болотам, о чем сразу узнает Гиллеберд. Когда начну форсировать болота, он стянет все войска, чтобы не дать мне выйти на берег…

Найтингейл сказал возбужденно:

— Я готов ударить в районе Безансона и Шарни. Это совсем рядом от моей границы, города там очень богатые. Я сразу перехвачу главную дорогу, она проходит достаточно близко от земель моего королевства, остановлю обозы и прерву снабжение армии оружием, доспехами и продовольствием.

Фальстронг задумчиво проговорил:

— Если войска Гиллеберда сгруппируются для встречи армии Барбароссы, я смогу практически без боев захватить всю северную часть Турнедо. А дальше… полагаю, Гиллеберд повернет свои войска и спешно бросит их на выдворение моей армии из пределов своего королевства.

Он посмотрел на Барбароссу. Тот кивнул, принимая подачу.

— Армия Фоссано форсирует болота и ударит войскам Гиллеберда в спину. Впрочем, не думаю, что он всю армию спешно вернет в Турнедо. Захваченную Армландию оставить — это признать поражение. Две трети армии он оставит, а треть вернет…

— Почему треть? — возразил Фальстронг уязвленно. — Вы считаете мои войска такими слабыми? Против вас — две трети, а против меня — треть? Это оскорбление!

Барбаросса вскочил, гневно сверкая очами, а я торопливо прокричал:

— Его Величество Барбаросса хотел сказать, что в Турнедо осталось множество верных Гиллеберду вассалов со своими дружинами, не все же пошли в Армландию! Они и окажут Его Величеству Фальстронгу яростное сопротивление! Так что у него там противник будет даже сильнее, чем у короля Барбароссы!

Барбаросса недовольно поморщился, но смолчал и сел обратно. Найтингейл вздохнул с облегчением, а я ощутил, что все взгляды скрестились на мне.

— Вижу, — сказал я откровенно, — моя очередь сказать, что могу сделать я. Но, увы, я слишком слаб, и еще не знаю даже, если откровенно, что смогу на самом деле. Попробую собрать в Армландии верных мне лордов. Думаю, даже те, кто не был мне верен, после нашествия армии Гиллеберда предпочтут принести клятву мне и выставить войска под мою руку.

Фальстронг пробормотал:

— Это уж точно…

Найтингейл сказал ободряюще:

— Сэр Ричард, мужайтесь. Нашествие внешнего врага сплотит Армландию. Так бывает всегда.

Барбаросса промолчал, а Фальстронг сказал веско:

— Кроме того, я полагаю, мы должны действовать очень согласованно и дальше. А для этого просто обязаны прийти к соглашению, что хотя у каждого войска свой король, но кто-то должен, как бы это сказать, командовать и всеми… Иначе, если будем действовать каждый по себе, Гиллеберд сумеет так маневрировать своими войсками, что нанесет поражение каждому поодиночке.