Ричард Длинные Руки - курфюрст - Гай Юлий Орловский

На обрыве высотой в три моих роста появились арбалетчики и аккуратно взяли меня на прицел. Я перестал двигаться, стальные болты пронижут с такого расстояния, как лист дерева. Двое целятся в грудь, а один нечаянно или намеренно держит на прицеле мою переносицу, словно хочет проверить, насколько же рыцари твердолобые.

Через несколько мгновений там же на обрыве появился человек в черном плаще, лицо открыто, я сразу узнал принца Дугласа, сына Роднерика.

Он наклонился и всматривался в меня с мстительным наслаждением на жестоком лице.

— Что, — спросил он насмешливо, — попался, дурак?

— Похоже на то, — отчаянным голосом ответил я, — но я что-то не понимаю… Зачем это вам?

Он захохотал:

— Ты в самом деле так и не понял?.. Ну конечно, куда тебе, тупоголовому… Гиллеберд потому и не терпит поражений, что всегда подстраховывается. У него, как у хитрой лисы, не меньше трех-четырех выходов из любой норы! Ты ему сказал, что прибудешь в Варт Генц, чтобы поуговаривать Фальстронга прийти на помощь, но стараться особенно не будешь, так как Армландия тебе не нужна. Верно?

Я пробормотал:

— Слово в слово…

Он грубо захохотал:

— Гиллеберд на всякий случай сообщил моему отцу, принцу Роднерику, о твоих планах. У нас с ним, Гиллебердом, как бы сказать, хорошее такое сотрудничество, хотя и тайное… Он поддерживает моего отца в желании занять трон… побыстрее. Мне кажется, ты все-таки чересчур жарко уговаривал моего деда оказать тебе помощь, не так ли? В общем, у моего отца и его братьев была идея просто выпроводить тебя, тогда ты бы остался целым…

— И что мешает сейчас?

Он сказал зло:

— Ты мне очень не понравился, понял? И потому умрешь. Здесь.

Я сказал сдавленным голосом:

— Ты хочешь убить деда и занять его трон, я уже понял. Но если даже так… почему бы тебе самому не прийти мне потом на помощь и не ударить по Гиллеберду? Ты же воин! Тебе хочется воевать! И мы бы разделили Турнедо!

Он презрительно искривил губы.

— Я отважен и силен, но разве это значит, что дурак? Дурак — ты у нас, ваша светлость! С Гиллебердом никто не может тягаться. У него самая крупная и хорошо обученная армия, а у нас с одной стороны Скарлянды, с другой — Гиксия. Куда более легкая добыча. Тем более, что на трон Скарляндии я имею права как правнук Улангорна Скачущего, который одно время был королем Варт Генца и Скарляндии… И я стану королем! А ты — едой для терьярдера… Копья!

Справа и слева из темноты вышли по двое воинов с копьями в руках и медленно двинулись на меня, выставив острые жала. Я торопливо отступил на шаг, но дальше бездонная пропасть, откуда несет жаром.

— Зачем? — крикнул я. — Терьярдер и так меня сожрет. Позволь мне идти дальше по его следам!

Роднерик захохотал:

— Гиллеберд научил меня подстраховываться везде, где только можно! Ты попадешь к нему, обещаю. Но по самой прямой… ха-ха!.. и короткой дороге.

Я на всякий случай уточнил:

— Эта вот пропасть за моей спиной и есть та дорога?

Он сказал со смехом:

— А зачем тебе часами кружить, спускаться по стене?.. Все равно конец один. А так р-р-раз, и на месте. Уверяю, когда терьярдер наткнется на твой труп, он будет еще совсем теплым.

— Ты так меня боишься? — крикнул я.

Он захохотал еще громче.

— Тебя? Ты посмотри на себя! Просто я не даю тебе не малейшего шанса, как этому учит Гиллеберд. Я будущий король, а не дурак… Сбросьте это ничтожество туда, где ему место!

Копейщики послушно сделали шаг, острые наконечники уперлись в мою грудь. За спиной черная бездна, отступать нельзя, но острия ужалили в грудь и живот, я отшатнулся, спина затрещала в диком усилии удержать равновесие, я замахал руками и ощутил, что падаю, а вслед прозвучал злорадный хохот Дугласа, внука Фальстронга.

В темноте я попытался превратиться в птеродактиля, все равно погибать, не получалось, дважды с такой силой ударило на выступах, что трещали кости, во рту солоно от крови, потом снова рядом пронеслась стена, глаза уже приноровились…