Город праха - Кассандра Клэр

– Ладно, пусть будет бесстрашие.

Клэри вытащила из коробки темно-серый карандаш, прикоснулась его кончиком к белому листу и стала представлять абстрактные формы и переплетения линий, знаки из Серой книги – древние и прекрасные воплощения языка, слишком совершенного, чтобы быть облеченным в слова. В ее душе зазвучал тихий голос: кто ты такая, почему возомнила, будто владеешь языком небес?

Кончик карандаша заскользил по бумаге, ведя четкую линию. Сердце екнуло. Клэри подумала о маме, о том, как она сидела перед мольбертом, задумавшись, и воплощала свое видение мира масляными красками. Кто я? Я дочь Джослин Фрэй. Бесстрашие, бесстрашие… Клэри повторяла про себя единственное слово, и карандаш уверенно скользил, словно сам вел ее руку. Закончив, Клэри окинула взглядом результат.

Руна бесстрашия представляла собой сплетение вихрящихся линий – знак стремительный и обтекаемый, как парящий орел. Клэри вырвала страницу и продемонстрировала руну окружающим:

– Готово.

Наградой ей был скептический взгляд Люка и едва заметно расширившиеся глаза Джейса.

– Круто, – сказал Алек.

Джейс встал, подошел к Клэри и взял из ее рук лист с рисунком:

– И что же, она работает?

Клэри не знала, в самом ли деле Джейс хочет это знать или просто пытается уязвить ее.

– В смысле?

– Ну, пока я вижу просто рисунок. Нельзя сделать бесстрашной бумагу. Руну надо опробовать на ком-то из нас.

– Сомнительная идея, – произнес Люк.

– Превосходная идея! – заявил Джейс, закатывая рукав. – Стило при мне. Ну, кто хочет мной заняться?

– Хорошая формулировка… – пробормотал Магнус.

Люк встал:

– Нет, Джейс. Ты и так ведешь себя, будто никогда не слышал слово «страх». Даже если руна подействует, мы не увидим разницы.

Алек прыснул. Джейс только улыбнулся жесткой, недоброй улыбкой:

– Я слышал слово «страх», просто предпочитаю думать, что ко мне оно не имеет никакого отношения.

– В том-то и беда, – сказал Люк.

– Попробовать на тебе? – предложила ему Клэри, но Люк покачал головой:

– На нежить знаки не действуют. Демоническая энергия нейтрализует всякий эффект.

– А попробуй на мне, – вдруг вызвался Алек. – Мне бы пригодилось бесстрашие. – Он снял куртку, бросил на табурет перед пианино и подошел к Джейсу: – Давай наноси знак.

Джейс посмотрел на Клэри:

– Может, лучше ты?

– Нет. Я рисую на бумаге, а ты лучше умеешь наносить знаки по-настоящему.

Джейс пожал плечами:

– Давай руку.

Алек послушно закатал рукав свитера. Выше локтя у него уже был постоянный знак – изящный свиток, дарующий идеальное равновесие. Все подошли, чтобы посмотреть, даже Магнус. Джейс осторожно вывел руну бесстрашия. От обжигающего прикосновения Алек слегка поморщился. Закончив, Джейс полюбовался результатом своих трудов и сунул стило обратно в карман:

– Выглядит неплохо. Правда, пока непонятно, работает или нет.

Алек поднял глаза и обнаружил, что все уставились на него.

– Ну? – спросила Клэри.

– Что «ну»?

– Ты что-нибудь чувствуешь? Что-нибудь изменилось?

– Да нет, пока ничего, – ответил Алек, подумав.

– Значит, не сработало, – вздохнул Джейс.

– Необязательно, – сказал Люк. – Просто прямо сейчас Алеку нечего бояться.

Магнус окинул Алека взглядом и вскинул брови.

– Гав! – сказал он.

Джейс улыбнулся:

– Давай, Алек, напрягись и вспомни. Должна же быть у тебя какая-нибудь фобия. Чего ты боишься?

– Пауков? – предположил Алек после паузы.

– У тебя где-нибудь живет паук? – спросила Клэри у Люка.

– Откуда я возьму вам паука?! – спросил Люк с раздражением. – Я похож на того, кто их коллекционирует?

– Не обижайтесь, но есть немного, – сказал Джейс.

– По-моему, эксперимент с самого начала был глупым, – кисло протянул Алек.

– А темноты боишься? – спросила Клэри. – Хочешь, запрем тебя в подвале?

– Я Охотник на демонов, – сообщил ей Алек преувеличенно спокойным тоном. – Разумеется, я не боюсь темноты.

Других предложений уже не последовало, потому что в дверь позвонили.

– Кто это? – спросила Клэри Люка. – Саймон?

– Нет, днем он прийти не может.

– Точно! – Клэри никак не могла свыкнуться с мыслью, что Саймон больше никогда не выйдет на солнечный свет. – Мне открыть?

– Нет, – сказал Люк и со стоном поднялся. – Я сам. Наверно, покупатели интересуются, почему не работает магазин.

Он подошел к входной двери, распахнул ее и застыл на пороге. Раздался раздраженный женский голос, и в дом вошли Изабель и Мариза Лайтвуд. За их спиной возникли угрожающая серая фигура Инквизитора и еще один смутно знакомый человек – высокий и плотный, с темными волосами, оливковой кожей и густой черной бородой. Клэри видела этого человека на фотографии, которую показывал ей Ходж. Роберт Лайтвуд, отец Изабель и Алека.

Магнус резко вскинул голову. Джейс заметно побледнел. Алек окинул взглядом сестру и родителей, и глаза его потемнели. Он сделал шаг вперед и встал посреди комнаты.

Мариза явно не ожидала увидеть своего старшего сына в доме Люциана Греймарка.

– Алек! Как ты тут оказался?! Я ведь ясно сказала тебе…

– Мама! – перебил ее Алек решительным тоном. – Папа! Я должен вам сообщить одну важную вещь. – Он вдруг улыбнулся. – У меня роман.

Роберт Лайтвуд посмотрел на сына с некоторым раздражением:

– Алек, сейчас не лучшее время для разговоров о твоей личной жизни.

– Сейчас самое лучшее время. Дело в том, что у меня не просто роман. Я встречаюсь с нежитью. А именно с…

Магнус сделал быстрое движение пальцами. Вокруг Алека возникло еле заметное свечение, он закатил глаза и рухнул на пол как подкошенный.

– Алек! – вскрикнула Мариза.

Изабель упала на колени рядом с братом, но Алек уже пришел в себя и открыл затуманенные глаза:

– Что… почему я на полу?..

– Хороший вопрос! – воскликнула Изабель. – Что это был за номер?!

– Какой номер? – Алек сел, держась за голову, и тут в его глазах промелькнул испуг. – Я что-то сказал перед тем, как упасть? Что я сказал?!

Джейс усмехнулся:

– Мы хотели проверить, работает ли то, что создала Клэри. Вот проверили – работает!

Эти слова привели Алека в крайний ужас.