Корпорация Лемнискату. И замкнется круг - Наталья Косухина

«Не забудь про сегодняшнюю встречу. Проводить не смогу и буду ждать уже на месте по адресу…».

А что, если мне заболеть?

Тут я прочитала приписку внизу:

«Не придешь, прилечу за тобой и притащу на плече».

Зная Калеба, с него станется.

Что ж, бабушка учила встречать трудности лицом к лицу. Так мы и поступим.

* * *

Когда я подходила к клубу, уверенности во мне значительно поубавилась. Колени ослабели, руки слегка подрагивали. Каждый шаг давался все тяжелее и тяжелее.

Остановившись перед дверью, никак не могла решиться ее открыть. Я находилась в районе Вила Мадалена, где сосредоточены самые веселые бары Сан-Паулу, популярные среди молодежи ресторанчики, множество книжных магазинов, бутиков с антиквариатом, модных домов, интересных художественных галерей и, зачастую анонимных, арт-объектов. Сами улицы и дома района представляют собой в большинстве своем своеобразные произведения современного уличного искусства граффити.

Это чудо удалось и по сей день сохранить нетронутым.

Известный клуб находился в переулке Бетмена и вечером сюда со всего города стекаются любители веселой ночной жизни, танцев и живой музыки. И самых лучших вечеринок.

Вздохнув, я дернула на себя ручку клуба и, представившись охране, позволила занести себя в список посетителей. А дальше… Дальше мне открылась ночная жизнь самого модного клуба района, который никогда не спит.

Танцы, весёлая музыка, раскрашенные и светящиеся тела, на которых практически отсутствует одежда.

Бросив взгляд на свою короткую джинсовую юбку и белую майку с рисунком в стиле граффити, я поняла, что одета просто сверхцеломудренно.

— Рад тебя видеть.

Сильные руки обхватили за талию и повлекли сквозь танцующий и двигающийся народ, ловко маневрируя в толпе.

Я не знала, как вести себя с Родригесом, и решила, что сделаю вид, будто ничего не было. Пусть все идет как идет.

Мы подошли к столу, возле которого было полно народа, устроившегося на удобном диване, огибающем стол. Здесь были и знакомые ребята из корпорации и несколько человек, которых я не знала.

— Кто не знаком — ребята, это Вера.

— Привет! — прозвучал хор голосов.

Будучи несколько деморализованной, я не сразу заметила, что на диване оставалось мало места. Разве только для Калеба. А тот уселся как ни в чем не бывало, даже не подумав предложить свободное место мне. Каков наглец!

Но уже в следующее мгновение рука творца вновь по свойски обхватила мою талию, и он усадил меня к себе на колени.

Смутившись, я покорно приняла бокал с какой-то сиреневой жидкостью.

— Все хорошо? — спросил Калеб, заглянув мне в глаза.

— Что происходит? — вырвалось у меня.

Улыбнувшись, Родригес притянул меня ближе к себе и крепко поцеловал.

— Выпей коктейль и пойдем поговорим.

Слово «поговорим» сильно напугало меня и одновременно взволновало. Я залпом опорожнила бокал, а потом позволила взять себя за руку и отвести на танцплощадку.

Обхватив шею Калеба руками, я принялась внимательно разглядывать ткань футболки. Синенькая, такая интересная!

А Родригес просто обнял меня, притиснул к себе и уткнулся носом в волосы.

— Вера, я должен сказать тебе сразу несколько важных вещей.

Я напряглась — вот он, момент истины.

— Во-первых, нам нужно прекратить эту игру с Каталиной.

Ох!

— То, для чего она была мне нужна, уже произошло.

Уверена, Калеб сейчас чувствовал себя так, словно танцует с каменной статуей. Тело застыло и сжалось, ожидая его следующих слов, как удара.

— Я решился согласиться на твое предложение лишь из желания заполучить тебя. Все-таки отношения напоказ предоставляли мне много возможностей доказать, что тебе будет хорошо со мной.

Подумав, что ослышалась, я остановилась и, обхватив лицо Калеба ладонями, попросила:

— А ну-ка повтори то, что ты сказал.

— Я тебя люблю.

— Не то, но так даже лучше, — хрипло признала я.

— Тебя… радует этот факт? — настороженно поинтересовался он.

— Не то слово! Я ведь тоже тебя люблю!

На этот раз я сама поцеловала Калеба.

Чувства вновь охватили и закружили, вознося все выше и выше. Впервые не нужно было сдерживаться, и этот факт окрылял, позволял отдаться чувствам полностью и безоговорочно.

Внизу живота начало разливаться сладкое томление, я чувствовала, что Калеб тоже хочет меня. Его рука заскользила вверх по ноге, проникла под юбку и ласкала уже там.

Оторвавшись от меня, он взглянул мне прямо в лицо, в его глазах я увидела немой вопрос, который прекрасно поняла. И просто кивнула в ответ.

Мы ни с кем не прощались, просто добрались до ближайшего отеля, где сняли первый попавшийся номер. Поцелуи пришлось прервать на то время, пока шли по коридору, но, едва оказавшись в номере, вновь приникли друг к другу.

В предвкушении я облизала губы… Совсем скоро утихнет мука, снедающие душу желания реализуются, а откровенные образы воплотятся в реальность. Да!

Калеб не прекращая поцелуев снимал мою одежду позволяя мне немного нервно и не умело раздевать себя. Желание упасть в его объятия, стремясь к самому полному ощущению друг друга делало меня порывистой и неуклюжей.

— Не спеши, — негромкий шепот, и теплые ладони мягким движением останавливают мои ладошки.

Плавно обхватив их своими большими руками, Калеб нежно погладил подушечками больших пальцев изгибы линий судьбы. И этого едва ощутимого прикосновения оказалось достаточно, чтобы я задрожала.

Задрожала всем телом, охваченная возбуждением небывалой остроты. И осознанием силы собственных эмоций, поразивших меня бездонной глубиной. Они словно дремали до сего момента, лишь изредка яркими всполохами страсти прорываясь на поверхность моего сознания. Сейчас же…

Ладони Калеба, собирая одежду в складки, медленно скользнули вверх окончательно снимая мешавшие тряпки. Его губы, всего на секунду коснувшись в мимолетной ласке уголка моего рта, пропутешествовали к уху.

Сейчас мужчина, целуя избавился от расстёгнутой мной рубашки и уже прижав меня к обнаженному торсу, нежно коснулся ключицы и изгиба плеча, втянул в рот мочку уха.

Играя со мной, мужчина изредка позволял себе осторожно прикусывать мою кожу зубами.

И сейчас, вопреки всем своим порывам, я осознала, что таю даже от такой простой ласки. Прикрыв веки, вся отдалась этой его нежности, его силе, его лидерству. Мне хотелось одного — полного растворения друг в друге, самой жаркой и нестерпимой близости тел и душ.