День Дьявола - Андрей Плеханов

– Это не случайность, - произнес старик. Говорил он на чистом английском языке. - Это вмешательство злых сил. Того, кого вы, европейцы, называете демонами.

Рот мой снова неприлично распахнулся. Я стоял и не знал, что сказать.

– It's a good dagger.[ Это хороший кинжал (англ.).] - Старик держал нож на открытой ладони, и я видел, что он знает цену этому оружию. - Только знаете, мой юный друг, нежелательно использовать этот нож для таких забав. Это особый предмет, я вижу здесь следы магии. Этот нож предназначен Для других целей. И если использовать его не по назначению, он может выкинуть с вами плохую шутку.

– Я… Извините… Простите… -Английские слова коверкались и ломались в моем пересохшем рту. - Откуда вы все это знаете?

– Я старый человек. - Китаец вдруг улыбнулся, и глаза его утонули в морщинах темного лица. - А к старости узнаешь много интересных вещей. Хотя… Многое забывается.

– Господин… - Я уже обращался к человеку, который сидел в кресле. Я приложил руку к сердцу и извинительно наклонился. - Я виноват перед вами. Я чуть не убил вас: Простите великодушно!

Парень молчал. Теперь я видел его лицо ближе. Это было довольно правильное европейское лицо, но все оно было в шрамах. Очки его бросали солнечные блики мне в глаза. Молчал он не из невежливости - ей-богу, он был в полной отключке. Вряд ли он слышал меня.

– Его очень трудно убить, - произнес китаец. - Почти невозможно. Во всяком случае, никому до сих пор не удавалось сделать это окончательно.

Теперь я уперся взглядом в руки этого человека. Они лежали на коленях недвижно. Это не были кисти аристократа. Скорее так могли выглядеть руки профессионального бойца карате. Некоторые пальцы были в прошлом сломаны и срослись не совсем правильно. Один палец на правой руке вообще отсутствовал. На багровых костяшках были белые мозоли, набитые бесконечными ударами. И шрамы, шрамы, шрамы.

Руки этого человека были вполне похожи на руки того, кого много раз пытались убить

Наверное, он был профессиональным спортсменом и получил страшную травму - например, перелом позвоночника. За свою жизнь в качестве спортсмена он заработал достаточно денег, чтобы его слуга мог себе позволить одеваться в костюм от Валентино. Увы, тому, кто сидел сейчас передо мной в кресле, все это было уже безразлично. Он был неподвижной мумией. Если его и не убили окончательно, то убили почти окончательно.

Хотя существовала одна маленькая неувязка. Он поймал мой нож. Это не лезло ни в какие ворота, не поддавалось никакому объяснению. Вообще.

– Что у него за болезнь? - спросил я.

А чего мне было стесняться? Все равно парень ничего не слышит.

– Невежливо говорить о болезнях людей при тех, кто от этих болезней страдает, - заметил китаец. - У господина моего довольно редкая болезнь. Более того, он единственный из людей, кто страдает сейчас на земле от этой болезни.

– А от этой болезни можно вылечиться?

– Лекарство от этой болезни - только смерть. Старик произнес эту зловещую фразу совершенно обыденно. Словно смерть была для него каким-то обычным лекарственным средством - вроде аспирина.

– Жаль, - сказал я. - Такой молодой сеньор, и совершенный инвалид.

– Он не инвалид, - сказал вдруг китаец. - Он сильнее нас с вами. Намного сильнее.

– Но почему же он так сидит? - Я уже начал уставать от этой череды загадок. Вечно китайцы так разговаривают - не поймешь, то ли шутят, то ли у них крыша поехала. - Он не выглядит здоровым. Он живым, и то еле выглядит!

– Не говорите так о моем господине. - Старик дотронулся пальцами до плеча парня, и скрытая нежность была в этом жесте. - Он отдыхает. Просто отдыхает.

– От чего?

– От жизни. Он набирается сил.

– Для чего?

– Для жизни.

– Для какой жизни?

– Для его жизни. Чтобы жить.

– Все мы живем, чтобы жить, - заметил я философски.

– Мы живем не просто так. Мы живем, чтобы выполнить свое предназначение, начертанное в Золотой книге Небес. - Старик показал кривым пальцем куда-то вверх. - Вы знаете, что такое карма, друг мой?

– Не знаю, - сказал я. - Это что-то не христианское. А я - католик. Вроде бы.

– Вы узнаете, что такое карма. Вы изучите этот вопрос сами, когда у вас будет больше времени, чтобы отвлечься от суеты жизни и подумать об истинном просветлении.

Ф- фу. Я вытер вспотевший лоб рукой. То ли было так жарко, то ли я устал. Устал разговаривать по-английски. Устал пытаться понять, что хочет сказать мне этот китайский божок. Просто устал стоять здесь рядом с парнем в черных очках, от которого веяло могильным холодом.

– Еще раз прошу прощения, - сказал я. - Мне нужно идти.

– До свидания, - китаец сложил перед собой ручки и едва заметно поклонился. - See you.[ Увидимся (англ.).]

И я пошел. Фыркнув про себя. «Увидимся». Вот еще. Надо больно.

Видеться с этой парочкой мне больше не хотелось. Я просто боялся их.