Посланники тьмы - Антон Грановский

– Кто-нибудь из нас должен отвлечь их, – сказал Глеб после секундного раздумья.

Замята кивнул на Анчутку.

– Хорошо бы, чтобы это сделал твой слуга. Он маленький и юркий. Мы легко подхватим его по дороге.

Глеб хотел возразить, но коротышка схватил его за полу шубейки и, глядя на него снизу вверх преданными глазами, проговорил:

– Разреши мне сделать это, хозяин. Ты превратил меня в человека, и теперь я твой должник.

Глеб нахмурился и покачал головой:

– Нет, Анчут. Ты слишком мал и слаб, чтобы...

Но коротышка его уже не слушал. Выпустив из пальцев шубейку, он резко развернулся и, неуклюже переваливаясь с боку на бок, побежал к костру. Глеб ринулся было за ним, но Замята удержал его за плечо и покачал головой.

– Нет, Глеб. Твой слуга сам сделал свой выбор. Наша задача – пробраться к телеге.

Через пару минут в отблесках далекого пламени замаячила маленькая фигурка, марширующая вокруг костра и что-то громко горланящая. Прислушавшись, Замята услышал:

Вот – новый поворот!

И мотор ревет!

Что он нам несет?

Пропасть или взлет?

Омут или брод?..

Замята покосился на Глеба и произнес – скорее вопросительно, чем утвердительно:

– Коротышка сказал, что ты сделал его человеком.

Глеб дернул щекой.

– Долгая история.

Дознаватель задумчиво наморщил лоб. И вдруг лицо его озарилось догадкой.

– Подожди. Кажется, я понял. Уж не хочешь ли ты сказать, что Анчутка...

Глеб кивнул:

– Да.

– И значит, копыта, которые я видел...

– Они у него есть, – снова договорил Глеб.

– Но почему я не вижу их теперь?

– Диона наложила на него заклятье-оберег. Мы видим его таким, каким она пожелала.

– Гм... – Замята поскреб ногтями длинный нос. – Заклятье-то хоть было от нечисти? – уточнил он.

Глеб усмехнулся и ответил:

– Нет.

– Значит, от людей, – хмуро проговорил дознаватель. – Так я и подумал. Не мешало бы подрастянуть этого малого на дыбе.

– Сделаешь это, и я сам тебя «подрастяну», – пообещал Глеб.

Анчутка между тем продолжал развлекать ошеломленных существ, сидящих на бревнах вокруг костра. Он кричал петухом, ходил колесом, топал на руках, уморительно дрыгая ногами.

Существа, подняв головы, смотрели на него как завороженные.

– Замята, пора, – шепнул Глеб.

Они, стараясь ступать бесшумно, зашагали к крайней телеге, запряженной пегой лошадкой, толстоногой и крепкой на вид. До телеги добрались без приключений. Глеб отвязал лошадку, а Замята ловко и бесшумно забрался на телегу и взял в руки поводья. Отойдя от коновязи, Глеб одним прыжком запрыгнул в телегу.

– Гони! – сказал он.

Замята взметнул над головой кнут и хлестнул лошадку по крупу.

Завидев громыхающую по мерзлым комьям земли телегу, Анчутка резко оборвал песню и бросился к ней.

– Давай на дорогу! – крикнул дознавателю Глеб.

Тот кивнул и крепко сжал в пальцах поводья.

Анчутка перебежал через пустырь и выскочил к дороге. Сидевшие у костра существа вскочили на ноги и бросились вдогонку.

Телега поравнялась с несущимся во весь дух Анчуткой. Глеб наклонился, на полном ходу подхватил коротышку за шиворот и забросил его на телегу.

Из тьмы вынырнули еще несколько нелюдей. Они наискось пересекли пустырь, выскочили на дорогу и побежали за телегой.

– Гони! Гони! – приговаривал Глеб.

Твари не отставали. Они бежали молча и быстро, не зная устали и не сбавляя темпа.

Телега проехала с четверть мили, оставив преследователей позади, когда впереди показался конный разъезд княжьих охоронцев.

– Никогда не думал, что буду так рад охоронцам! – радостно крикнул Замята и хлестнул лошадку. – Гони, милая! Гони!