Посланники тьмы - Антон Грановский

– Ладно, пусть будет, как ты хочешь.

Диона провела пальцем по повязке, стягивающей плечо Глеба, и спросила:

– Ты так и не сказал, откуда это?

– Один идиот, практикуясь в стрельбе из лука, спутал меня с деревом, – небрежно ответил Глеб. – Но не беспокойся, рана несерьезная, и она почти затянулась.

Диона сдвинула брови и тихо проговорила:

– Глеб, я видела на твоих губах бурую пыль.

– Вот как? – Он усмехнулся. – Ну, хорошо. Ты меня раскусила. Плечо действительно болит, и бурая пыль помогает мне справиться с болью.

– Бурая пыль опасна.

– Я знаю! – отозвался Глеб чуть резче, чем было нужно. Поняв, что переборщил, он улыбнулся и добавил, смягчив тон: – Не стоит переживать. Правда. Через пару-тройку дней боль уйдет.

«Главное, чтобы мне хватило бурой пыли», – добавил Глеб про себя.

Диона вгляделась в его лицо, и веки ее тихонько дрогнули. «Уж не читает ли она мои мысли?» – встревожился Глеб, но тут же прогнал от себя это предположение как вздорное. На ладонях у Дионы больше не было этих чудовищных глаз. От них остались лишь шрамы. А вместе с глазами она утеряла и дар вещуньи. Опасаться нечего.

Диона провела пальцем по губам Глеба, нежно поцеловала его в грудь и попросила:

– Расскажи мне о княжестве, из которого ты прибыл.

Глеб улыбнулся:

– Ну... Даже не знаю, с чего начать. Во-первых, оно очень большое.

– Как называется это княжество?

– Россия.

Диона нахмурила черные брови, затем качнула головой и сказала:

– Я никогда о таком не слышала. Оно такое же большое, как Болгарское царство?

– Да. И даже больше.

– А как называется твой город?

– Мой город называется Москва.

– Москва, – тихо повторила Диона. – Странное слово. Не сразу и выговоришь.

– Правда? – Глеб улыбнулся. – А я и не замечал. Должно быть, привык.

– Должно быть, так. А твой город красивый?

Глеб погладил Диону по черным, отливающим синевой волосам и кивнул:

– Очень. Дома там сплошь белокаменные и такие высокие, что подпирают кровлей небо. По улицам там разъезжают самоходные телеги, которым не нужны кони. А среди облаков летают огромные железные птицы, которые переносят людей туда, куда тем вздумается. Чтобы поговорить друг с другом, людям не нужно выходить из дома. Волшебная трубка позволяет им беседовать, даже когда они находятся на разных концах княжества. По вечерам люди ходят в кружала, где им предлагают самую изысканную еду, которую железные птицы приносят из заморских стран. А еще там есть кино.

– Кино? И что же это такое?

– Ну, это... – Глеб наморщил лоб. – Даже не знаю, как тебе объяснить. По белому натянутому полотну ходят тени людей, неотличимые от самих людей, и показывают разные истории.

Диона вгляделась в лицо Глеба и вдруг засмеялась.

– Либо в твоей стране слишком много чародеев, либо ты выпил слишком много вина! – сказала она. – Может, ты и сам чародей?

Глеб качнул головой:

– Не совсем. Но кое-какие чудеса совершать умею.

– Два чуда ты уже совершил, – игриво проговорила Диона. – Может, попробуешь еще раз?

– Конечно! И обещаю тебе, что третий раз будет не последним!

Глеб повернулся к Дионе и стал нежно целовать ее губы, шею, ключицы, грудь, спускаясь все ниже и ниже. Когда губы его нашли то, что искали, Диона застонала и выгнулась дугой. Она закрыла глаза и, запустив пальцы в густые волосы Глеба, прижала его голову к своему животу...

* * *

Проснулась она внезапно, словно кто-то ее окликнул. Открыла глаза и сперва не поняла, что произошло. Повернула голову и взглянула на Глеба.

Серый вечерний свет пробивался сквозь щель в ставнях и падал Глебу на лицо. Ходок спал, хмуря во сне брови. Диона поднесла руку к носу. Затем взглянула на пальцы. Вот оно что – у нее пошла носом кровь. Ничего страшного, если только... Диону обдало ледяной волной ужаса.

Кровь на пальцах была черная, похожая на грязную болотную жижицу. Кроме того, что-то было не в порядке с ее лицом. Правая щека словно бы онемела. Диона подняла руку и осторожно прикоснулась пальцами к щеке. Пальцы наткнулись на твердый нарост.

– О, боги! – беззвучно прошептала Диона, чувствуя, как сердце сжалось в груди от ужаса.

В голове забилась мысль: «Глеб не должен увидеть меня такой!»

– Соберись! – тихо приказала себе Диона и попыталась успокоиться. Это удалось.

Она выскользнула из-под одеяла, опустила ноги на пол и бесшумно поднялась с кровати.

«Только бы он не проснулся!»

Одеваясь, Диона то и дело бросала на спящего ходока быстрые, тревожные взгляды. Но Глеб, утомленный бессонной ночью и любовной игрой, спал крепко.

– Боги, храните его! – шептала Диона одними губами. – Не дайте ему пропасть!

Одевшись, она вынула из кармана шубки полотняный мешочек с бурой пылью, который прихватила у Белозора перед бегством. Этот мешочек должен был обеспечить им с Глебом сытое и беспечное будущее.

На цыпочках подошла к комоду и положила на него мешочек. Затем повернулась и тихо двинулась к двери. У двери на мгновение замерла, глядя на Глеба, словно пыталась получше его запомнить, потом осторожно отомкнула засов, приоткрыла дверь и быстрой тенью выскользнула вон.